Потерянный берег - 1
Шрифт:
Я молча протянул записку Иванычу. Он прочитал, минуту помолчал и сказал:
— Ну раз пошла такая пьянка… в общем садитесь обедать давайте, пока время есть, чего уж теперь.
И мы уселись обедать. Жека ел стоя, периодически отходя от окна, в которое он все время наблюдал. После обеда Иваныч выходил пару раз покурить и осмотреться. И вернувшись в очередной раз с улицы он сказал подойдя к окну:
— Не нравятся мне вон те двое на телеге, стоят там уже часа четыре, и сюда пялятся.
— Ага, я тоже их спалил, — подтвердил Жека.
— Ну вот нам и транспорт, да девчата? — подмигнул Иваныч заметно нервничающим сестрам.
Маша подошла к окну и тихонько
— Да, это из Матвеевских, я того рябого знаю. Может уже пойдем? — умоляющим голосом сказала она, — полтора часа до «фонарей».
— Тут второй выход есть? — спросил я.
— Нет только окно приема посылок в той комнате, — ответила Даша кивнув на филенчатую дверь.
— Иваныч будь тут, Жека пошли.
Мы открыли металлическую дверцу окна и вылезли на территории рынка, всем было на нас наплевать. Обошли по большому кругу телегу с наблюдателями и вышли им в тыл. Жека рубанул обоих прикладом, быстро и без суеты. Наблюдателей связали, снабдив кляпами и сложили в траве у поленицы дома у дороги, где Жека им еще добавил для надежности.
— Не убил? — спросил я его залезая в телегу.
— Не должен, хотя…
— Этого нам не надо.
— Приход нормалек словили, отпустит их не раньше часа точно.
Молодая кобылка резво домчала нас до дома сестер минут за десять
— Ну хватайте пожитки и вперед.
— Там отцовский трактор, он на ходу можете на нем до пирса, — указала Маша на сарай.
— Идите уже, разберемся, — зашипел Иваныч.
Беглянки забежали в дом, вместе с Женей, пока мы караулили, они сделали пару рейсов с тюками и чемоданами, погрузились. Телега тронулась и покатила вверх по улице упирающейся в таежный проселок. А мы с Иванычем решили все же заглянуть в сарай и мягко говоря охренели. В сарае стоял ISEKI Landleader — японский дизельный минитрактор, с небольшим прицепом, в углу вдоль стены стояли железяки навесного оборудования как то картофелекопалка, фреза и еще какие-то хреновины. Не сговариваясь мы начали все грузить в прицеп. Нашли пару канистр с соляркой, заправили. Покидали еще в кузов все что попалось под руку из инструмента. Иваныч не долго возился и завел трактор, подергал за рычаги и потом с довольным лицом скомандовал:
— Прыгай в прицеп, поехали!
До пристаней доехали по улице разрушенной волной за полчаса, и от тряски в прицепе, съеденный обед все время пытался выскочить наружу. Иваныч сходу загнал трактор на катамаран, чуть не свернув трап, но все обошлось и мы закрепили технику на палубе, даже успели отбалансировать нагрузку, переместив пару бочек и несколько ящиков от «военторга». На нашу суету особого внимания никто не обращал, охранник доложил, что все спокойно и нами никто не интересовался. Ожидая маму Алесея и его тетку, я весь издергался, и что бы отвлечься, я вскрыл один цинк и начал набивать магазины к АКМ-ам. Родные Алексея появились практически одновременно к моменту, когда сгустились сумерки и зажглись фонари уличного освещения. Я договорился с охранником еще за пару золотых, что бы он сам сделал все нужные отметки за нас, что мол некогда и хочется до темна выйти в открытое море. Тот понимающе кивнул и даже помог зацепить катамаран к «мандарину».
Из протоки «Мандарин» выскочил как пробка. Когда мы отошли от пристани, развернулись и пошли вниз по течению Иваныч первые полчаса матерился как сапожник пытаясь поймать скорость в натяг соответственно сильному течению Новой. Но вскоре приловчился и закурив успокоился. Семья Алексея сидела в каюте, я расположился на катамаране между ящиками на мешках с пшеницей с АКС-ом
— Принимай, первая пошла! — услышал я голос Алексея.
Сгруппировавшись в позу эмбриона от страха, осторожно отталкиваясь от скалы руками и ногами спускалась обвязанная толстой веревкой Маша.
— Принял! — прокричал я вверх развязывая мудреные узлы, которыми была обвязана Маша, — Вытягивай!
Та же манипуляция была проделана и с Дарьей, Алексеем и с еще тремя десятками ящиков, ящичков и каких-то тяжеленных брезентовых свертков. В общей сложности погрузка заняла около двух часов, все пришлось делать практически на звук и на ощупь. Когда спустились Алексей и Жека, еще час ушел на балансировку крена и крепление груза.
Я, Иваныч, Алексей, Жека и Василий сидели на ящиках в окружении огромной кучи багажа, клеток с птенцами и уже прилично обгадившими палубу катамарана баранами.
— Постоим еще пару часов, и потом до дому, — сказал Иваныч закривая
— Иваныч отошел бы ты с сигаретой к борту а? Тут же бочки с бензином, да и ты на непростом ящике сидишь, — сказал Алексей, пнув ногой по ящику.
— А что тут?
— А сюда Вася наложил всякого взрывоопасного.
— Да ну вас в баню, — ответил Иваныч подскочив и выбросив окурок в воду, — пойду на «мандарин», чайник поставлю.
— Да, предлагаю перекусить, — добавил я, — Жека, ты как самый молодой остаешься бдить
— Понял чо, — ответил тот.
К Сахарному подошли на рассвете и долго занимались разгрузкой. Потом все собрались на завтрак, познакомиться с вновь прибывшими и послушать новости, не очень радостные надо сказать. Затем всех женщин прибывших с нами Светлана и Лидия Васильевна увели расселяться. Пришлось опять потесниться, ну пока так. А вообще, надо опять делать перерыв в походах и выделять время на быт и обустройство, да и близким надо время уделить, Андрей с Дениской прилипли вот и не отходят. Иваныча после завтрака срубило и он ушел отдыхать, устал… почти весь поход за штурвалом. Василий с Жекой меня отозвали к мастерской побеседовать.
— Сергей, мне Леха конечно рассказал про вас и про то как вы тут живете, — начал Вася, — но пойми правильно, я здесь оказался из-за обстоятельств, которые лично мне еще аукнуться. С Лехой у меня расчет можно сказать по полной и я с первым вашим рейсом уйду в Лесной с частью того железа что мы эм… взяли.
— Твое право, — ответил я, — здесь все добровольно, и за помощь железом огромное спасибо. Ближайший рейс пока даже не планируем, сам видишь, надо тут разгрести все и помочь со стройкой.