Потерянный берег - 1
Шрифт:
— Валюта какая здесь?
— Золотые и серебряные монеты и материковой и вашей «чеченской» чеканки, по весу они одинаковые, ну и всякий товарный обмен естественно.
— Ясно, ну не будем больше задерживать, спасибо за инструктаж, — сказал я.
— Пожалуйста, обращайтесь если будут вопросы, вон в тот вагончик, там наша служба. Я с утра меняюсь, так что если за картой придете, можете к любому кто там будет обратится.
Мы попрощались с таможенниками, наконец то поужинали, после чего разбили по времени ночную вахту и расположившись в гамаках легли спать.
Предрассветная вахта досталась мне, и утро я встречал наблюдая, как просыпается Лунево и этот Новый Мир. Светло-розовая заря медленно ползла из-за сопок, постепенно вытесняя ночь, и как только краешек Солнца показался за далеким хребтом, рассвело практически мгновенно. Приятная ночная прохлада сразу сменилась вязким теплым воздухом. Я взял бинокль и стал рассматривать городишко уже при дневном свете. На улицах и во дворах стали появляться люди и транспорт, в основном гужевой. Были и велосипедисты и пара грузовиков-японцев. Один из них приехал к пристани с полным кузовом каких-то коробок. Мимо «Мандарина» с ревом пронесся небольшой катер, подняв высокую расходящуюся волну, и скрылся за поворотом вверх по течению. Я обратил внимание на экипаж — конкретные такие братки… здоровые и лысые, все вооружены. Один из них тоже внимательно посмотрел на меня и что-то сказал, не отвлекаясь от управления катером, стоящему с ним рядом парню.
— И кто тут носится? — с недовольным и заспанным лицом показался Иваныч в рубке.
— Уже унеслись, похоже братва.
— Ну что, подъем по части?
— Да, пора.
После мероприятий по утреннему туалету мы вскипятили чайник и позавтракали. Потом приготовились к экскурсии по городу, прихватив казну, и из оружия только пистолеты сошли с «Мандарина».
— Нормально служба налажена! — сказал Алексей.
Мы увидели, что пока мы копошились со сборами, на пристани рядом с «Мандарином» появился пост, в виде немолодого мужика с дробовиком, сидящего на пластиковом стуле как из пляжного кафе под раскладным пляжным же зонтом ядовитой раскраски. Мужик поднялся со стула и подошел к нам и представился:
— Олег Николаевич, служба охраны.
— Ясно, ну мы в город, и нам бы карту…
— А, так в вагончик идите, Андрей когда сменялся предупредил.
— Спасибо.
— Не за что, — ответил охранник и уселся обратно в кресло, положил на колени дробовик и достал зачитанную книгу в мягком переплете.
Выйдя с пристани мы оказались у снесенного волной небольшого деревянного здания, которое уже почти разобрали на «запчасти». Вверх шла достаточно широка улица.
— Советская, — сказал Иваныч кивнув на табличку на одном из ближайших домов.
— Да это центральная улица, — подтвердил Алексей, — она через сопку и до самого рынка идет.
— Ну куда идем? — спросил я.
— Давайте сначала на рынок, потом к тетке зайдем, мать проведаю. А от туда уже к Васе в городок.
— Вася это который….
— Да, зампотех в части.
— Ну пошли значит, — согласился я.
Топали мы медленно, периодически заглядывая в схему, а Алексей параллельно показывал ориентиры и то, какие объекты отмечены на схеме. Так мы узнали где здание администрации, милиция, старый клуб, который сильно пострадал, вероятно во время периода передела власти. Из многих окон небольшого двухэтажного здания красовалась копоть, поднимающаяся вверх по когда-то белым стенам, и следы попадания пуль.
— Да тут прям война была, —
— Ну да, скоротечная, — кивнул Алексей.
— А кого с кем?
— А тут хрен пойми было кто и с кем.
— О, это рынок? — спросил я, когда мы поднялись на сопку, и дорога покатилась вниз.
— Он самый, только разросся значительно.
Дневные будни окончательно вывели городок из сна, и по мере приближения к рынку нас уже поглотило это «броуновское движение» людей, телег, домашней скотины, велосипедов и постоянного гомона вокруг. Нам даже пришлось прижаться к краю улицы, что бы хоть как то оградить себя от этого хаоса, который выглядел таковым только на первый взгляд «непосвященного». Вся жизнь здесь кипела вокруг рынка, край которого упирался в ЖД станцию, где шла суета около длинного пакгауза, к которому периодически подъезжала некая конструкция с длинным кузовом, нечто среднее между мотодрезиной и трактором «Беларусь», явный новодел. А чуть дальше от пакгауза на путях стоял не один десяток цистен, рядом с которыми прохаживались по паре вооруженных людей. Вход на рынок был рядом со старым кирпичным одноэтажным домом, на фронтоне которого можно было разглядеть следы не выцветшей краски от слов «Почта России». Свежий фанерный щит с надписью «Управление рынка» висел над крыльцом дома.
— Интересно, а у Фимы есть родственники в Лунево? Сейчас бы не помешал нам такой, — почесывая двухдневную щетину сказал Иваныч.
— Пойду в «управление» зайду, наверняка основная информация там есть.
— Ну сходи, а мы с Лехой тут у крыльца в тенечке посидим, перекурим.
Я вошел в здание и сразу попал большую и светлую комнату, на половину отгороженную стойкой, за которой сидели две женщины, с разницей в возрасте лет в десять и как две капли похожи друг на друга. Обе со светло-русыми волосами, заплетенными в толстые косы, круглолицые и розовощекие.
— Здравствуйте девочки, — поприветствовал я их и подошел к стойке.
— Ну тут не все девочки, — хохотнула та, что постарше, — Доброе утро.
— А мальчиков я тут, кроме себя, не вижу, — демонстративно осмотрелся я по сторонам.
— С чем пришли, продать что то? — спросила та что помоложе.
— Да вот решил зайти поинтересоваться. Я в первый раз у вас на рынке, может подскажите мне кое что, что бы я дефицитную нынче обувь не снашивал, слоняясь по торговым рядам в поисках нужного.
— Подскажем конечно, что вас интерисует?
— В первую очередь бензин, посевной материал, инструменты.
— Ну значит от сюдова и до станции идут линии торговых рядов, всего девять, — быстро заговорила та, что постарше, — первые три это продукты, дальше три с одежей и по хозяйству что надо, потом два с железками всякими, ну тама струменты и части от всякой техники, ну и крайний ряд у станции чем попало торгуют.
— Эм… а бензин?
— А… — спохватилась молодая, — так то все в «военторге», что на станции. Там военные и топливом торгуют и всем своим прочим.
— Это в пакгаузе?
— Где? А! Да, тудой в склад надо иди.
— Ну спасибо девочки… и еще, где можно шлюпку продать?
Они переглянулись, как то сосредоточились и та, что постарше спросила:
— А сколь хотишь за шлюпку?
— Ну в Лесном такую же я чеченам за 150 продал.
— А дешевле?
— А смысл?
— А может… поменяете? Нам очень надо, — почти умоляюще спросила переменившаяся в лице старшая.
— А сколько вы можете за нее заплатить? Ну или на что хотите поменять?