Потерянный берег - 1
Шрифт:
— Отсчитаешь семь рядов кирпича от поверхности воды и остальное сбивай, что бы ровная площадка более-менее была, кирпичи только в воду не бросай.
— А куда их?
— Как куда, пригодятся. На берег выбрасывай, Дениска подберет.
Пройдя по настилу от берега до разрушенной стены дома, который я сделал еще в первую неделю, Андрей начал откалывать кирпичи от кладки. А я тем временем начал отмерять бревна и делать в них пропилы на краях, чтобы стесать небольшую площадку для удобства и более плотной обвязки. Потом приволок два булыжника с одной плоской стороной и прикопал у берега напротив нужной стенки, что обрабатывает Андрей, предварительно обмотав проволокой оставив торчать вверх «усы». Сверху толстую доску не тоньше «пятерки», которая когда-то у кого-то была ступенью лестницы и привязал проволокой. Вроде крепко, доска не «гуляет».
— Сергей я все, — доложил Андрей кидая последнюю отколотую половинку кирпича
— Отлично, иду. Давай на берег.
Я взял еще одну доску, аналогичную той, что прикрутил на берегу, и прибил ее в нескольких местах «стодвадцатками», кроме двух согнувшихся четыре гвоздя вошли в красный кирпич без особых проблем. Потом мы втроем, кряхтя от натуги, уложили два шестиметровых бревна, диаметром около 120 мм, спилами на подготовленные поверхности. Подровняли их до нужной «параллельности», затем с двух сторон прихватил гвоздями, расстояние между бревнами получилось чуть меньше метра. Надо еще кое что сделать и потом положим третье бревно. Я взял в руки кувалду, и держа равновесие дошел примерно до середины бревна.
— Мужики несите вон ту железяку, — указал я на полутораметровый металлический уголок «пятидесятку», что я приготовил за ранние, и в котором кто то когда-то давно сделал газосваркой несколько отверстий разного диаметра.
— Так, чуть на меня, еще… сюда наклоните, еще… вот так держите.
Мальчишки стояли по пояс в воде под бревнами удерживая уголок, а я как говорили в старом кино стал его загонять в грунт, «сильно, но аккуратно». Звон конечно раздавался на всю округу, на Васином острове тоже было слышно наверное. Верхняя часть уголка деформировалась, но мне это не важно, заколотил на нужное расстояние между краем уголка и нижней частью бревен. Затем собрал конструкцию, забив между уголком и бревнами толстый брусок в форме буквы «Т», которая будет поддерживать от нагрузки бревна примерно по середине пролета, перекладину подпорки прикрутил к бревнам проволокой.
— Ну что, кладем третье бревно, и идем обедать?
— Мы не хотим, — за двоих ответил Дениска.
— Даже слышать не хочу, — нахмурил я брови.
— Я правда не хочу.
— Так хватаем бревно, укладываем.
Мы опять закряхтели, но уже было проще, готовую конструкцию мы использовали как направляющие. Уложили третье бревно, я все подровнял и прибил.
— Ну все, идем обедать.
Пережидая послеобеденную жару мы уселись за эскизы кубрика, точнее я просто подкинул мальчишкам идею, что мол хорошо бы обустроить все внутри бота, что бы было удобно и уютно. Дети с радостью подхватили идею и даже не пошли в свой «штаб» на развалинах, в место этого они на листах от вахтенного журнала принялись реализовывать себя как дизайнеры. Света спустилась в подвал провести ревизию запасов и придумать ужин, а я уселся разбираться с радиостанциями. Аккумуляторы были «живые» на 1/3 от уровня заряда, но проверить что все работает хватило. Собрал все обратно, отнесу на бот, зарядить от бортовой сети. Затем я до конца обеда копошился в мастерской, где собрал кое какие ГСМ для двигателя бота, и когда солнце начало уходить из сектора жары, мы с мальчишками пошли продолжать строительство.
Удлинить пирс дальше в воду не представлялось возможным, а вот развернуть его почти параллельно берегу мы сможем, используя торчащий из воды на тридцать сантиметров бетонный пасынок от опоры ЛЭП. Расстояние между ним и углом дома бабы Зои было около 4,5–5 метров. Глубина около пасынка была примерно два метра, может чуть больше, по этому мы накачали лодку, обнаруженную в боте, правда не насосом а выдернув чеку из баллона со сжатым воздухом, что был прикреплен к одному из бортов. За несколько секунд шипя и извиваясь, бесформенный оранжевый комок превратился в готовое плавсредство. Теперь предстояло придумать, как соорудить на коротком бетонном «пеньке» торчащим из воды некую опору для настила бревен, да еще эту опору было необходимо поднять от воды на полметра. В общим, изрисовав набросками пару листков бумаги решение нашлось. Сделав заготовки из кусков шпалы, уголка и бруса, сгрузил все в лодку и поплыл к пасынку. Работать оказалась очень неудобно, не имея под ногами жесткой опоры, но повозившись и красноречиво матерясь, шепотом, что бы дети не слышали, я все-таки закрепил куски шпал, установив их спилами на «пенек» и скрепив кусками тонкого металлического прутка, затем сделал обвязку доской. Уложив сверху на всю эту конструкцию кусок бруса, сделал от него с двух сторон упоры в «пенек» под сорок пять градусов. Потом все это «произведение» скрепил для верности, где металлическим скобами, где гвоздями, а где многократно замотав проволокой. Выглядело это все конечно ужасно, но конструкция получилась достаточно крепкой. Теперь оставалось уложить бревна от стены до «пенька», чем мы и занялись, столкнув в воду три бревна подходящей длины. После того как все несущие бревна были
— И что ты там ловишь?
— А вон кружка лежит.
Я подошел к нему и увидел, что действительно, на половину погрузившись в смесь суглинка и грязи на дне лежала эмалированная кружка, глубина была около полутора метров и было сносно видно дно. Дениска в очередной раз закинув свою снасть, аккуратно подтягивая веревку все-таки удачно подцепив кружку выволок ее на пирс.
— Молодец! — потрепал я его за чуб, и отправился сооружать свою «удочку».
Когда я вернулся к пирсу из сарая, у меня в руках была десятиметровая буксировочная стропа из багажника Террано, пара металлических уголков, обрезки арматуры и десять метров толстой металлической проволоки 8-ки, к которой был когда-то привязан пес прежнего хозяина моего дома и бегал вдоль нее на цепи. Скрепив крестом два уголка проволокой и крепко связал, прокручивая гвоздодером пару подлепленных витков. Затем к этому «якорю» прикрутил проволоку 8-ку и отправился на край пирса. Где-то в глубине, метрах в шести от пирса должны быть остатки еще одного дома, возможно удастся за что то крепко зацепиться. Я кидал якорь в воду и вытаскивал более десятка раз, занятие оказалось не из легких, но в закинув в очередной раз «снасть» я все-таки за что-то хорошо зацепился. Несколько раз сильно подергал, ага, есть контакт!
— Андрей, Денис идите сюда. Держите в натяг проволоку, — сказал я детям, а сам принялся изготавливать что то вроде талрепа, намотав на полуметровую доску несколько витков колючей проволоки, и накинув получившуюся петлю на толстую металлическую скобу, заколотил эту скобу в торец пирса, в недавно сооруженную опору. Теперь проволоку от якоря в петлю и закрепить. Закрутив немного самодельный талреп натянул проволоку якоря, но не сильно, надо теперь в противоположную сторону сделать растяжку. Привязал к скобе стропу и перебросил ее на берег, где втроем максимально ее натянули и привязали к трубе бывшего забора вдоль дороги, труба была забетонирована и выглядела очень надежно. Потом вернулся на пирс и сделал еще несколько оборотов на талрепе. Вот! Это совсем другое дело, получив натяжение в две стороны опора нашего пирса теперь стояла почти намертво. Осталось только привязать с краю пару старых покрышек (бывшие клумбы у кедров сзади дома), чтобы бот не бился бортом о край пирса. Располагать швартовочные устройства на пирсе я побоялся, по этому, я просто протянул от забитых на берегу уголков два линя, пропустил их через крючки из арматуры, которые я изготовил и закрепил на пирсе. Теперь при швартовке нужно будет просто снять с крючков лини и завязать их на носовом и кормовом швартовочных кнехтах бота.
Потом мы завели бот, и пришвартовались к нашему пирсу. Пока я удерживался багром за край пирса, мальчишки шустро спустились по бортовому трапу на пирс, схватили по линю, и вернувшись на бот привязали лини к кнехтам.
— Отлично, всем пять! — сказал я радостно спустившись на пирс, — ну, теперь опять кто то скажет что не голодный?
— Неееет, — хором ответили мальчишки, — уже очень есть хочется.
— Ну вытаскивайте резиновую лодку на берег, вон к дереву ее прислоните, собираем инструмент и топаем ужинать.
До заката оставалось не более часа, мы конечно сегодня очень устали, но и работа проделана о-го-го! Теперь сполоснуться и ужинать.
— Оооо, работнички чумазые явились, — скала Света увидав нас подходящих к дому, — ну как успехи?
— Мама, давай сходим после ужина, я тебе там все покажу, мы там столько построили… там такие тяжелые деревяхи были… а еще потом доски прибивали и прям как мост получилось, — затараторил радостно Диниска.
— Хорошо сынок, обязательно сходим, только завтра, сейчас мыться ужинать и спать.
— А почитать? — надулся было Андрей, он уже не первый вечер после ужина с интересом зачитывался советскими журналами.
— Ну конечно почитаешь, — улыбнулась Светлана, — мойтесь идите, чумазики.
Сложив весь инструмент и остатки материалов в мастерской, я присел на стопку досок рядом с домом и наблюдал за Светланой, которая помешивала в кастрюле на очаге что очень вкуно пахнущее. Бим сидел рядом с ней как статуя, вытянув голову вперед и втягивая шевелящимися ноздрями блестящего носа аромат готовящейся пищи. «Да… рисовать их надо», — подумалось мне.