Потерянный ангел
Шрифт:
Слава Богу – она не забеременела. Ее месячные продолжались в обычном порядке. Сузанна понимала, что это подарок судьбы, но все равно безумно тосковала о своих неродившихся детях, впрочем, не меньше она тосковала и по Айану.
Сузанна находилась в таком расстроенном состоянии, что даже не могла, готовить. Раньше никогда не случалось, чтобы она не нашла утешения в работе, и это обстоятельство очень обеспокоило бы ее. Но сейчас все эмоции умерли. Отчаяние переполняло ее. Больше она ничего не чувствовала.
Приближалась свадьба Сары Джейн, и Сузанне пришлось заставить себя приступить к приготовлениям. И если она изредка плакала за шитьем свадебного
Сузанна понимала, что ведет себя эгоистично, но горе ее было безутешно, и она совсем не испытывала чувства стыда.
Семья обеспокоено наблюдала, как Сузанна становится все бледнее и пассивнее. Наконец Сара Джейн предложила съездить на пару недель в Чарлстон, расположенный в сорока милях, чтобы пережить там августовскую жару. Такие сезонные миграции были обычным делом среди плантаторов и их семей. Хаскинсы, миссис Грир и некоторые местные аристократы уже уехали до конца лета в город, где у них были свои дома, но Редмоны, как простые фермеры, никогда не следовали их примеру. Преподобный отец Редмон предавал анафеме все городские празднества и развлечения. Правда, на сей раз он поддержал Сару Джейн, считая, что смена обстановки может помочь Сузанне прийти в себя, хотя сам он отказался от поездки под вполне законным предлогом – если он уедет, некому будет читать проповеди по воскресеньям. Сама Сузанна всего несколько недель назад тоже бы воспротивилась такому замыслу: кто будет выполнять ее работу? Но тоска и отчаяние все больше мучили ее, поэтому она безропотно разрешила Саре Джейн и отцу начать сборы. И только тогда, когда ей пришло в голову, что в Чарлстоне она не сможет быстро получить сведения об Айане, Сузанна начала возражать. Но было уже поздно: вся семья находилась на борту судна, ходившего летом вдоль берегов.
Даже море не спасало от жары. Сузанна с сестрами большую часть пути просидели на палубе под тентом, специально натянутым для дам. От легкой качки Сузанну и Сару Джейн слегка мутило, и они, застыв на месте, наслаждались легким ветерком. Мэнди и Эм были так возбуждены, что не могли сидеть на месте. Они все время вскакивали и вскрикивали по поводу то показавшейся из воды рыбы, то далекого паруса. Компания подобралась подходящая, и обстановка на палубе напоминала церковное сборище. Шли часы, тошнота прошла, и Сара Джейн рискнула выпить лимонада, съесть пирожное и присоединиться к восторгам сестер. Но Сузанне становилось все хуже. Ей хотелось одного: чтобы это путешествие поскорее закончилось.
Неожиданно ей подумалось, что без Айана больше уже ничего не доставляет ей удовольствия.
Темнело, когда “Голубой колокол”, а судно называлось именно так, резво вошел в гавань Чарлстона. Капитан объяснил, что они пропустили прилив и что дует сильный западный ветер, и теперь он намеревался встать на якорь в гавани, а пришвартоваться утром. Пассажиры тем временем могут отправиться в город на лодке.
Желающих оказалось одиннадцать человек, так что лодка была переполнена. Сузанна, сошедшая по веревочному трапу только при помощи силы воли, отчаянно боролась с головокружением: лодка качалась на волнах, как хлипкая скорлупка. Сузанна истово молилась, закрыв глаза и сжав зубы, чтобы Господь позволил ей добраться до берега, не опозорившись.
Солнце
– У нее, видать, морская болезнь, – сказал матрос, уходя за багажом. – Пусть она маленько постоит, будет как новенькая.
Сузанна сглотнула и открыла глаза.
– Он прав, – простонала она слабым голосом. – Дайте мне постоять минутку. Я знаю, у меня под ногами земля, но мне кажется, что пристань колышется. Боюсь, из меня плохой моряк.
– Я посмотрю, нет ли кареты, – предложила Сара Джейн, оглядываясь по сторонам. – Говорили, что ее можно нанять сразу у причала.
– Не ходи одна. – Сузанна заметила свой сундук среди багажа, выгружаемого из лодки, подошла к нему и со вздохом облегчения села. Вот если бы еще лечь. Голова у нее болела, в животе было неспокойно.
Она взглянула куда-то в пространство, в сторону города, и ей показалось, что горизонт с неровными контурами домов и двумя шпилями наклонился. Смотреть в сторону моря было еще хуже: за голыми мачтами и сложенными парусами кораблей был виден вовсю разгулявшийся океан. Сузанна вздрогнула и перевела взгляд на ближайшие предметы.
Кругом все суетились. Прибывшие и отъезжающие пассажиры плакали и обнимались. Матросы обменивались грубыми шутками и лениво переругивались. Свою лепту в общий шум вносили бочки, разгружаемые с ближайшей баржи. Откуда-то сверху визгливыми лебедками спускались грубые сетки с товаром.
– Я возьму с собой Эм, а Мэнди побудет с тобой, – сказала Сара Джейн, с беспокойством всматриваясь в лицо Сузанны.
Мэнди слегка надулась, но возражать не стала, хотя ей очень хотелось побыстрее попасть в город. И тут Сузанна сказала, что ей лучше всего побыть одной и отдохнуть, а если придется присматривать за Эм или Мэнди, она совсем расклеится.
– Идите втроем. Я здесь посижу. Возможно, если хоть минуту отдохну, мой желудок сообразит, что мы уже на суше.
Сара Джейн строго взглянула на Эм и Мэнди и неохотно согласилась.
– Мы скоро вернемся.
Сузанна махнула им рукой, закрыла глаза и расслабилась. Если бы лечь…
Она не знала, что заставило ее внезапно открыть глаза – внутренний голос, холодок по спине? Но она вдруг напряженно стала вглядываться в поток людей, бурливший в нескольких футах от нее.
Женщина в нарядном алом платье и фантастической шляпе из перьев болтала с солдатом, чья форма могла по яркости посоревноваться с ее платьем. Двое пацанов гонялись друг за другом, причем первый стремился отнять у второго мяч. Семейство – семь ребятишек и папаша – во главе с беременной женщиной медленно двигалось к спущенному с корабля трапу. Высокий мужчина в развевающемся синем плаще и надвинутой на глаза треуголке перегнал семейство, стремительно направляясь к трапу.
Глаза Сузанны стали огромными. Она вскинула голову и рванулась с сундука.
– Айан, – едва прохрипела она. Потом произнесла громче: – Айан!
Нет, этого не может быть. Но походка, манера держаться – все так знакомо. Не может быть, и все же…
– Айан! – Теперь Сузанна кричала, и прохожие стали оглядываться.
Мужчина, подойдя к трапу, искоса посмотрел в ее сторону. Шляпа закрывала его глаза, а высокий воротник скрывал нижнюю часть лица. Сердце Сузанны сжалось – как знакомо ей это движение головы!