Потерянный Ангел

Велесова Светлана

— Назовешь другую?

— Почему нет. — Он пожал плечами. — Я сделал это, чтобы оправдать свою совесть.

— Совесть? О чем ты… — Начал Валдай, а потом в его взгляде отразилось понимание, и он откинув голову захохотал.

Обалдевшие стражники судорожно сжимали клинки, не зная как себя вести в столь стремительно меняющейся ситуации. Эрл же отсмеявшись, уткнул Ройку палец в грудь и с улыбкой спросил.

— Это все из-за моей дочери?

— Из-за нее. Наплел с три короба, о чести и долге и бросил. Стыдно было

бы вернуться, не исполнив этот самый долг. Вы не находите?

— А…. так ты все же собираешься вернуться?

— Конечно. Нехорошо оставлять молодую замужнюю даму скучать в одиночестве. Так ведь можно подтолкнуть ее к соблазну.

— Замужнюю, Ройк? Я не ослышался?

Ройк расплылся в улыбке, не услышав в голосе отца и тени осуждения. Прожитые месяцы вдали от влияния Нориса пошли Валдаю только на пользу.

— Скорее да, чем нет. И это при условии, что мне удастся вымолить ее прощение.

Валдай молча осмотрел его с головы до ног и вновь тепло улыбнулся, чем добил Ройка окончательно.

— Если Эл пошла в матушку, то тебе дорого обойдется ее прощение. Меня до сих пор не простили.

Ройк присвистнул от удивления. Вот уж не думал оказаться с Валдаем в одной лодке. Ну, Гэрис я тебе это еще припомню. В голове раздался веселый смех божества и Ройк с чувством выматерился, поминая всех, кто так любит играть судьбами людей до десятого колена. И его судьбой в частности. А потом долго оправдывался перед оскорбленным тестем, доказывая, что он поминал не его матушку, а родственницу совсем другого мужчины.

* * *

Склонившись над столом, Ройк развернул новенький пергамент, макнул перо в чернильницу и взялся за новый свиток, старательно составляя летопись прожитых дней, для библиотеки ордена. Он вернулся в Шерринг-Кросс сразу как только отвертелся от гостеприимства Валдая и явился в резиденцию Ринальдо. Друг едва не надорвался от хохота, слушая историю примирения двух врагов. Затем заставил его помыться, побриться, прилично одеться, поесть наконец, и отправил порталом домой, доставив блудного мага прямиком в кабинет Эсселина.

Эсселин выслушал устный доклад Ройка, не предложив сесть, и продержал на ногах еще добрых полтора часа, высказывая ему все, что он думает о нем хорошего и плохого. По завершении аудиенции, Ройк был отпущен к себе с наказом не тратя времени описать все в мельчайших подробностях, и готовиться к посвящению в Наследники.

К тому времени как Ройк добрался до своей комнаты в крепости, он буквально валился от усталости, а потому, доклад Чейза, заменившего его на посту оставил на утро. И правильно сделал, что отложил доклад командира Чейза до утра, иначе никаких нервов не хватило бы, чтобы переварить очередную новость.

Оказывается, Эсселин утвердил Чейза в должности командующего крепости в тот же день, как Ройк уехал и не собирался ничего менять, заранее отрезав Ройку

все мосты отступления. Видимо, Владыка готовился уламывать Ройка, так же как тот готовился бы к взятию крепости. А потому легкое согласие строптивого ученика с принятым без его ведома решением, не на шутку встревожило Эсселина. Заподозрив со стороны Ройка, какую-то подлянку, он приставил к нему ненавязчивую охрану. Ройк сделал вид, что не заметил. И все остались довольны.

В Шерринг-Кросс царило небывалое оживление. Еще бы, Владыка наконец назвал своего наследника, а учитывая, что подобное событие произошло впервые за добрую тысячу лет, в крепость съезжались все Маги Жизни, кто имел хоть малейшую возможность попасть внутрь. Учитывая, что на церемонии должны были присутствовать все Высшие Маги Ордена, окружные Магистры и их заместители, Эсселин издал особый указ об ограничении проживающих в крепости. Все, кто не занимал видного положения в ордене были вынуждены ютиться в близ лежащих деревнях.

Ройк старался делать вид, что его не сильно волнует предстоящее событие, но волнение не отступало. Чтобы отвлечься, он утренние часы посвящал физическим тренировкам с Чейзом, а после обеда описывал свои путешествия. По его расчетам, он должен успеть дописать как раз к церемонии, так как не собирался задерживаться в крепости более чем на один день сверх положенного. О чем и заявил Эсселину. К его огромному удивлению Владыка тут же согласился.

В дверь постучали. Ройк глянул на чистый пергамент, на котором так ничего и не написал и пошел открывать.

За дверью обнаружился улыбающийся во весь рот Чейз. Командир гарнизона Шерринг-Кросс был молодым мужчиной тридцати трех лет от роду. Высокого роста, статного телосложения. Соломенные, коротко стриженные волосы были в полнейшем беспорядке, чем портили солидное впечатление от командирского мундира. Серые глаза озорно сверкали, а шальная улыбка только подтверждала, что ее обладатель затеял каверзу, и как неоднократно бывало в детстве, собрался втянуть в нее своего приятеля. И бурдюк с вином в одной руке и два бокала в другой только подтверждали эту догадку. Ройк схватил друга за рукав и втащив в комнату запер дверь.

— С ума сошел? Хочешь, чтобы Эсселину настучали, что я пью, когда должен работать?

— Так, я тоже на службе. И что с того? — Чейз плюхнулся в кресло и водрузил бокалы на стол. Мех с вином удостоился более уважительного отношения и был аккуратно положен рядом. Рассмотрев сорт вина и его выдержку, Ройк присвистнул от удивления.

— Как тебе удалось раздобыть такую редкость?

Он осторожно сорвал пломбу, откупорил и разлил рубиновый напиток по бокалам.

— Сказал, что сие вино требуется наследнику Владыки и мне выдали его без лишних разговоров и заверили, что в погребах крепости имеется изрядно количество достойных наследника вин и если что…