Потерянные Наследники
Шрифт:
Огромные окна от пола до потолка позволяли Ивану Алексеевичу беспрепятственно любоваться заснеженным хвойным лесом, который он так любил. Перепрыгивая с ветки на ветку и взбивая хвостом снопы снежных искр, перед ним пронеслась упитанная белка. Красота…
Иван Алексеевич еще раз глянул на паренька. Ему было без двух лет тридцать, а он уже хорошо обосновался в десятке ста самых богатых людей западного полушария.
Информация, которую ему удалось почерпнуть об этом юнце в интернете, была отвратительно скупа на детали и возможности задать неловкие вопросы. Иван Алексеевич знал
На месте парни не сидели и в результате ударились в недвижимость. К 25 годам Адриан и Максим Ильевские стали владельцами внушительной сети апарт-отелей, раскинувшейся по всей стране. В этот раз они сказали: «Людям важно чувствовать себя дома даже в незнакомом городе. Обычные отели так и пахнут одиночеством».
В 26 Адриан, что называется, отошел от дел, продав Максиму Ильевскому свою долю в гостиничном бизнесе. Самое интересное началось, когда он, спустя несколько лет переговоров, принял предложение возглавить крупнейшую немецкую инвестиционную компанию, сделав контрольным акционером свою сестру-близнеца. Адриан перелопатил всю стратегию компании и вывел на первый план венчурные инвестиции. В 28 его назвали самым молодым бизнес-ангелом в истории. А он ответил, что «не бывает плохих инвестиций. Поверьте моему личному опыту».
И вот сегодня Иван Алексеевич, глава журнала, который был выужен из долговой ямы этим парнишкой, узнал, почему никто не слышал об Адриане Ильевском, точнее уж будет сказать Адриане Эркерте, первые 20 лет его жизни.
Эта история почти восьмилетней давности, записанная им со слов близнецов и их супругов, была хороша. Иван Адексеевич уже переводил ее в цифры и рейтинги, и по коже бежали мурашки.
Он брал много интервью. У моделей, актеров, блогеров и светских львиц. И никогда прежде не чувствовал себя так комфортно.
Адриан улыбнулся, ненавязчиво стараясь привлечь к себе внимание задумавшегося журналиста. Тому стало неловко, ведь он снова пялился на практически не функционировавшую правую руку молодого магната.
Желтая пресса не раз высмеивала его кривую подпись и забавный способ держать ручку в левой руке. А Иван Алексеевич теперь знал причину: Адриан был правшой, но пулевое ранение задело нерв. Еще одна строчка вверх в топе самых популярных интервью.
Но у Ивана Алексеевича было оправдание: если не сосредотачиваться на белке, крошащей за окном сосновую шишку, или правой руке Адриана, то глаза упорно возвращались бы к его сестре, невозможно красивой Агате.
Она сидела в кресле напротив в роскошном вечернем платье, выбранном стилистами для фотосессии, и из широкого разреза выглядывали стройные длинные ноги. Агата знала, как хороша, и всю жизнь этим умело пользовалась. В отличие от своего брата она, будучи контрольным акционером компании, продолжала развивать сайт знакомств, их первое детище, с Элиной, супругой Максима Ильевского.
Сейчас Агата пыталась отвлечься от грустных воспоминаний о похоронах их старшего
Иван Алексеевич оказался спасен от неловкой ситуации громким топотом детских ножек по парадной лестнице. Фотосессия закончилась, догадался он. И точно, спустя минуту дверь кабинета распахнулась, и внутрь ворвалась семилетняя девочка в пышном розовом платьице. Ее темно-русые кудри метались из стороны в сторону всякий раз, когда она оглядывалась назад, чтобы убедиться, что отец ее не догнал. С победным визгом девочка влетела в распахнутые объятия Агаты.
— Мамочка! Я выиграла! Ты видела? — Верещала она, заразительно хохоча и корча свое красивое личико.
— Настя, ты просто умница! — Смеялась вместе с ней Агата. — Надеюсь, ты не убила нашего папочку? Он мне еще нужен.
Она легонько щелкнула девочку по острому носику и осторожно поправила на шее цепочку с золотым крестиком.
Следом в кабинет скорыми шагами вошел высокий статный мужчина, на ходу отряхивая на себе пиджак.
— Поверить не могу, что ты наконец-то изволил ребенку выиграть у себя, Том! — Прыснул Адриан, закрывая рот ладонью.
— Я споткнулся об игрушку твоего сына, папаша! — Парировал муж Агаты.
Новости об этом парне тоже вызывали приличную шумиху. Как говорила двадцатитрехлетняя дочь Ивана Алексеевича, «градус его сексуальности только повышается благодаря тому, что он возглавляет службу безопасности иностранного представительства Петербурга, но тут же падает, потому что женат уже 7 лет и считает свою жену самой горячей на планете. Это нечестно, ему всего 32»!
Сейчас журналист имел все основания утверждать, что его дочь была права. Томас так пожирал глазами свою жену, о чем она, разумеется, прекрасно знала, что ему даже становилось неловко.
Помимо основной своей деятельности Томас являлся соучредителем фонда помощи онкобольным пациентам. Но об этой благородной миссии он предпочитал не рассказывать.
— Я сам! — Раздался упрямый голосок от двери.
— Конечно ты сам, малыш, дай только я с тебя гирлянду сниму, — последовал ответ.
Адриан захохотал.
— Мой отпрыск в своем репертуаре!
В кабинет, решительно сжимая ладошкой руку мамы, вошел мальчишка лет четырех. Он принял на себя все отцовские черты. Глядя на него, можно было смело утверждать, как выглядел в его возрасте Адриан. Только глаза ему достались от мамы: яркие изумрудно-зеленые.
Иван Алексеевич заинтересованно следил за новой семейной сценой. Он не напишет об этом в своем интервью, просто наблюдать за счастьем людей, переживших такую нешуточную историю в 20 лет, было до чертиков приятно.
Алина нагнулась и, подхватив малыша, усадила его Адриану на колени. Для фотосессии девушка выбрала платье с пышной юбкой, доходившей до колен, а туфли уже успела сменить на мягкие полосатые носки в ярко-розовый горошек.
Алина вместе со Святославом, другом семьи, владела несколькими оранжереями по городу, занималась реставрацией разрушенных ботанических садов и разрабатывала для них новые дизайн-проекты. Семейство филантропов, честное слово.