Потерянные души
Шрифт:
Я кивнул.
— Потому-то я и здесь. Бейнс жаждет мести. Я говорил с ним примерно накануне его предполагаемого отъезда. Он буквально перехватил меня в коридоре, отвел в кабинет, который у него был в мэрии. Вот тогда я и понял, как он зол на меня. Он копался в моей личной жизни, вынюхивал что-нибудь, чтобы прикончить меня. Узнал, что я разведен, что я разорен, что несколько месяцев не платил алименты. В заключение разговора он спросил меня про пожар в моей хижине. Он узнал, что мое страховое требование оспаривается. Я тогда решил, что он хочет передать всю эту финансовую информацию страховой компании и тем мне отомстить. — Я умолк и покачал головой. Потом продолжал: — На следующее утро,
Хейден перевернул лист и продолжал писать.
— Теперь у нас кое-что набирается. Бейнс сказал вам, какие у Эрла есть доказательства, что вы шантажировали Кайла?
— Доказательств никаких нет. Я Кайла не шантажировал.
— А что конкретно Бейнс сказал вам?
— По его словам, Эрл утверждает, будто застиг меня, когда я ожидал Кайла утром в воскресенье вблизи их фермы, а потом Кайл сказал ему, что я хочу денег.
Хейден постучал ручкой по блокноту.
— В последние месяцы вы вносили в свой банк какие-нибудь необычные вклады?
— Нет!
— Вы уверены?
— Да.
— Теперь об этом пожаре в вашей хижине. Вы наполняли канистры бензином на местной заправке, покупали что-нибудь пожароопасное в последнее время, что-нибудь по кредитной карточке, что можно проследить?
— Нет.
— Они все это проверят. Я просто хочу знать, могут ли они что-нибудь подобное найти?
Мне снова стало холодно. Я сказал решительно:
— Нет.
Снаружи снова прошел охранник. Он не остановился. Эхо его шагов замерло.
Хейден посмотрел на меня без утайки.
— Думаю, я получил полную картину. Как вы и сказали, имеется полицейский, завязший в трагедии, который ищет что угодно, лишь бы выгородить себя. Может быть, он обнаружил что-то, что вы упустили, может быть, Кайл действительно переехал эту девочку. Может быть, даже имелись свидетели. Ну и что? Не вижу никакой связи с вами. Вы составили докладную, изложив то, что вам удалось собрать после осмотра пикапа Кайла и разговоров с ним. Конец истории. Это был тупик, верно?
Наводящий вопрос.
Я сказал:
— Да…
— Что до Бейнса, полагаю, он прибегнул тут к типичному полицейскому маневру, попытавшись подкрепить хилую версию, засадив вас сюда. Он действовал по наитию. Откопал вашу докладную о посещении Кайла, затем присовокупил к ней ваше финансовое положение, а также свою встречу с вами в мэрии, когда вы состряпали нелепую версию про Оуэнсборо. А потому я вижу, куда он клонил, как действовал по наитию. — Хейден глядел мне прямо в лицо. — Но теперь не имеет значения, как близко Бейнс подобрался к правде или частичной правде, поскольку до тех пор, пока все причастные к делу будут хранить абсолютное молчание, у Бейнса есть только предположения.
Я сказал тихо:
— Кайла я не шантажировал.
— Я же не говорил, что вы его шантажировали, верно?
— Я просто хочу, чтобы вы знали, — этого не было. Даю слово.
Хейден кивнул.
— Ладно… Хорошо, что вы мне это сказали.
Но я видел, что ему абсолютно все равно. Он продолжал:
— Я вижу это так: тот, кто мог бы сказать нам, что произошло на самом деле, мертв, и это для нас главное, а мертвые — плохие свидетели. Никаких следов получения денег не существует, и чем больше я об этом думаю… Где, черт подери, мальчишка вроде Кайла мог бы добыть сумму, которая вам требуется? Полная бессмыслица. Вы же в долгах примерно на… какой у вас долг по кредитным карточкам?
— Двадцать две тысячи долларов.
Хейден присвистнул.
— Что задумал Бейнс? Связать ваше тяжелое финансовое положение с планом взять за горло
Хейден говорил с величайшим недоумением, будто выступал в суде. Он закрыл свой блокнот, убрал его в портфель, затем встал.
— Послушайте, разбирательство вашего дела назначено завтра на десять тридцать, так почему бы нам не посмотреть, что припас прокурор? Им необходимо представить реальные улики, вероятную причину и тому подобное, прежде чем вам смогут предъявить обвинение. А это все — косвенная белиберда. Пока же я намерен ходатайствовать перед судом об отстранении Бейнса от дела. — Голова Хейдена подергивалась в такт словам. — Послушайте, мне не хотелось как-либо на вас повлиять, а потому я не сказал вам, что знаю Бейнса. Он может нагнать страху, мастерски пляшет на юридическом канате и всегда готов вести нечестную игру. — Хейден положил руку мне на плечо. — Думаю, худшее вы уже выдержали. Бейнс вполне мог сам подкинуть Эрлу Джонсону идейку о шантаже. Вы понимаете, насколько полезным это может оказаться для Эрла Джонсона в смысле общественного мнения? Эрлу же придется жить здесь до конца своих дней, так? Пришпилить вам обвинение в шантаже — значит сделать большой шаг к превращению Кайла в жертву. Даже если не будет доказано, что вы шантажировали Кайла, самого намека вполне достаточно, чтобы пробудить симпатию к Кайлу. И в процессе этого Бейнс сможет реабилитировать себя как полицейского, который попал в ловушку махинаторов маленького городка.
Я сказал:
— Эрлу Джонсону дела нет до общественного мнения.
— Послушайте, когда речь идет о деньгах, люди начинают быстро понимать, что к чему. Например, Эрл может предъявить гражданский иск вам или управлению. Вполне могу представить, как Бейнс подбивает его на что-нибудь эдакое, на возможность извлечь из случившегося какую-то компенсацию. Ведь Эрл сейчас сокрушен, верно? Всю жизнь он рассчитывал, что сын избавит его от беспросветного существования. Я видел по телевизору, где они живут. Я знаю людей, с которыми имею тут дело. Для Эрла это последний шанс хоть что-то исправить. На месте Бейнса я избрал бы именно такую тактику, чтобы привлечь Эрла на свою сторону. Я бы сказал ему, что полицейский, который приехал к ним официально допросить его сына, был кругом в долгах и намекнул Кайлу на возможность сделки. — Хейден повысил голос. — Я вижу тактику Бейнса. Он использует Эрла Джонсона в собственных целях, дразня его возможностью предъявить иск о возмещении ущерба, причиненного ему смертью сына. И знаете что?
Я был словно в гипнотическом трансе и практически перестал слушать Хейдена.
Он поднял ладони, словно уступая. Потом слегка улыбнулся.
— Тут я забегаю немножко вперед, знаю. Послушайте, вот что я намерен сделать — нанести Эрлу визит, открыть ему глаза на то, как действует закон. Признав, что ему было известно о подкупе, Эрл может понести гражданскую ответственность, особенно за смерть директора, если вдова директора захочет пойти таким путем. Я намерен показать этому Эрлу, как Бейнс забрасывает удочку, чтобы заполучить что-то из ничего. Думаю, Эрлу еще не поздно забрать свое заявление. Я покажу ему, как Бейнс его использует.
Я сказал:
— Вы можете попытаться.
Хейден снова положил ладонь мне на плечо.
— Люди быстро умнеют, когда им это необходимо. Инстинкт самосохранения присущ нам всем.
— Значит, вы не хотите выслушать, что я думаю об этом самоубийстве… — сказал я.
Хейден подмигнул.
— Мы возьмемся за версию психического расстройства, когда возникнет такая нужда.
С этим он постучал в стальную дверь камеры. Охранник из коридора попросил меня встать у дальней стены. Хейден ушел, дверь закрылась, щелкнул запорный механизм.