Потерянная
Шрифт:
– Пойдем в душ, там и разомну, – Свон села на лавочке с явными звуками кряхтения.
– Я сейчас не хочу, – Реджина отвернулась. Девушке было трудно сейчас вести себя и жить как ни в чем не бывало.
– А я говорю нужно, – Эмма понимала, что Реджине трудно, больно, паршиво, но Свон не даст ей киснуть. Блондинка встала с лавочки, – сейчас мы идем в душ, а потом я приготовлю нам завтрак и отвезу тебя к Хоперу. Так что вставай.
– Но, Эмма… – Реджина встала с лавочки с помощью Свон и нехотя поплелась за ней.
– Не нокать
Когда девушки вошли в дом, блондинка потянула Реджину на второй этаж.
– Свон, я не чувствую, что могу… да и вообще… – Миллс все равно пыталась остановиться.
– Что можешь?! – Эмма остановилась и взглянула серьезно на брюнетку
– Ну… заниматься любовью, – Реджина хотела быть честной.
– Глупенькая, – Свон выдохнула и мило улыбнулась, – я говорю про душ. Искупаться, смыть ночь, освежиться перед трудным днем. Только и всего.
– Все равно, – бубнила себе под нос Реджина.
– Что все равно? Говори громче, – настаивала блондинка, – хочешь сама сходить в душ, одна?! Нет, я тоже хочу. И вообще я от тебя теперь ни на шаг не отойду. Во-первых, я обещала тебя оберегать и защищать, а во-вторых, – Эмма притянула к себе девушку за талию, – я сама не хочу от тебя отходить. Мне так приятно быть вместе. Дышать с тобой одним воздухом, ощущать твое присутствие.
– Эмма, – Реджина подняла голову и посмотрела на Свон, и без раздумий нежно поцеловала, – пойдем в твой душ.
– Вот так мне нравится больше, – Свон облизала губы, а потом бегом побежала в ванную, ведя за собой брюнетку.
Сейчас Реджина улыбнулась непроизвольно. Она была спокойна и рада, что Эмма рядом, а то что было, она забудет, именно в объятиях и любви мэра.
Девушки совместно приняли душ, без какого-либо интима. Эмма даже намека не кидала в эту сторону, как и обещала просто смытие напряжения теплыми струями воды и только. После девушки пошли по комнатам переодеться и уже вместе спускались вниз. Свон приготовила вкусный завтрак и накормив Реджину и себя, Эмма повезла брюнетку к Хоперу. Мэр взяла себе сейчас за правило – ни в коем случае не делать акцент на произошедшем, жить дальше и заставлять жить Реджину.
– Позвони мне, если я вдруг не успею. Хотя должна, – уже у офиса Арчи попросила блондинка
– Если что я доберусь сама, не переживай, – Реджина наклонилась и чмокнула Эмму в уголок рта.
Свон мимолетно ответила, но после Реджина села прямо.
– Но все равно позвони, чтобы я знала, что ты освободилась.
– Хорошо, мадам мэр, – Реджина вышла из машины и, выдохнув, вошла в здание, поднимаясь на второй этаж.
Брюнетка постучала и ждала, пока Арчи ей откроет дверь.
– Реджина, здравствуйте, – Хопер ждал Реджину, так как Эмма заранее позвонила и предупредила его, – а мадам мэр? – спросил про отсутствующую Свон врач.
– Ее
– Ничего страшного, Реджина, – доктор прошел за девушкой, закрывая дверь, – что-то случилось?!
– Да, – Реджина мяла от волнения свои руки, – мне приснился новый сон.
– Так расскажите мне про него, – Арчи с взглядом специалиста замечал движения и нервозность брюнетки. Он достал ее карту и присел в кресло, в котором обычно всегда сидел.
– Я не могу. Это очень трудно для меня, – Реджина продолжала стоять, – но я хочу, чтобы вы его знали. Вы могли бы ввести меня в транс, чтобы я вновь этого не переживала?! Или это нереально? Я не могу об этом вспоминать и тем более говорить.
– Подождите, Реджина, – Арчи убрал карту, – пожалуйста, присядьте. И давайте спокойно поговорим.
Миллс присела на кушетку. Она продолжала сминать пальцы и смотреть в пол.
– Вы говорили про транс, про то, что хотите все забыть и больше никогда не вспоминать, – повторил Арчи, смотря внимательно на девушку, – вам приснилось… – начал Хопер, но тут же осекся, видя состояние своей пациентки, – кошмар о прошлом. Но, Реджина, его невозможно будет просто стереть с помощью гипноза. Во-первых, сам процесс входа в транс, в гипноз недостаточно хорошо изучен, возможны побочные эффекты. Да и какой-нибудь фактор может внезапно все эти ужасные моменты вернуть в вашу жизнь, память и это будет очень неприятно, гораздо хуже, чем сейчас.
– Но… – Реджина опять опустила глаза в пол, – а рассказать я вам его под действием гипноза могу?! Мне трудно говорить, а вы можете и дальше узнаете. Я вспомнила только один день, а их…
– Зачем вам это? – спросил серьезно Арчи, – достаточно одного дня, чтобы понять и прочувствовать. Больше вам не нужно к этому возвращаться. Нужно идти дальше, переосмыслить, что это прошло, что все в прошлом. Знаете, я люблю говорить одну поговорку. Простите, может она покажется грубой и не профессиональной, но она хорошо подходит к вашей проблеме. «Всё, что не убивает нас делает нас сильнее». Именно это вам, Реджина, нужно всегда помнить. А поговорить мы можем, мы сейчас это и сделаем. Но все равно помните именно эту фразу. Она поможет.
– Но вы же должны мне сказать, что это было?! – Реджина хотела ответов. Она сама боялась разобраться во всем и это пугало, неимоверно, до дрожи.
– Мы побеседуем, обязательно, – Арчи смотрел на свою пациентку, – но вы уверены, что хотите сделать это через гипноз? Он как обычно будет тяжелым, а с такими воспоминаниями тяжелее в стократ.
– Я не могу все это держать в себе, мне нужно рассказать, но сама я не смогу, – голос начал дрожать, а из глаз катиться слезы.
– О, Реджина, – Арчи встал с кресла и подал брюнетке коробочку с бумажными платками, – нужно. Вам нужно выговориться.