Потерянная

Ливадный Андрей Львович

Эллис не нужно было думать, для принятия решения. Все еще дрожа и всхлипывая она выпрямилась в кресле положив пальцы рук на сенсорную клавиатуру. В ее душе творилось что-то невообразимое, там все плакало, смеялось, пело, рвалось на части и вновь сливалось в одной только мысли – догнать!… Ее надеждой и смыслом жизни стала вдруг тоненькая, трепещущая курсовая нить…

– ЭКАЛ, экстренное торможение на планетарной тяге! – Приказала она, торопливо застегивая страховочные ремни кресла. – Беру ручное управление! – предупредила она.

– Эллис,

у «Антея» почти не осталось планетарного топлива. – Напомнил ей голос бортового компьютера. – Корабль уже не сможет вернуться на рассчитанный ранее курс.

– Делай, что тебе говорят! – Внезапно сорвалась Эллис. Она даже помыслить не могла о том, чтобы просто спокойно пролететь мимо.

ЭКАЛ подчинился.

Первыми заработали двигатели ориентации. Картина звездного узора Вселенной на экране телескопического обзора начала медленно смещаться вправо. Затем на несколько мгновений включились маршевые двигатели планетарной тяги, и «Антей», описав в пространстве плавную дугу, лег на новый курс.

Теперь шарик Земли застыл точно в центре лобового экрана.

Скорость «Антея», который она специально разгоняла, расходуя планетарное топливо для рандеву с Юпитером, была велика, и теперь Эллис пришлось тормозить. Иначе она просто рухнет в гравитационный колодец Земного притяжения, а на долгие, кропотливые маневры с касательными траекториями у нее не было ни времени, ни сил…

Она отдала соответствующий приказ, и «Антей» вздрогнул, вобрав своим дряхлым корпусом первый импульс тормозных двигателей. На счетчике перегрузок пополз вверх красный столбик светового индикатора. В глазах Эллис внезапно потемнело, и она была вынуждена вцепиться в подлокотники кресла, пытаясь побороть дурноту…

Минута торможения… В ее голове царил настоящий хаос от показаний десятков приборов. Оглушенный перегрузками мозг и ослабевшее без тренировок тело отказывались работать с нужной скоростью, и она смогла лишь контролировать действия ЭКАЛа.

Секунды тянулись словно часы. Эллис смотрела как медленно падает значение скорости, а Земля уже превратилась из горошины в мячик для гольфа и продолжала расти. «Неужели не успею затормозить?!» Ее тело, сопротивляясь перегрузкам, превратилось в упругий комок мышц, изнывающих от боли, но она знала, что выдержит все, любую физическую муку, лишь бы еще раз увидеть этот корабль…

Десять минут торможения… Сколько же еще?!… Земля уже приблизилась настолько, что начала заполнять собой весь передний обзорный экран. Она надвигалась, мрачным, пухлым шаром, серо-коричневого цвета, словно была посыпана пеплом. В ее атмосфере угадывались вихри бушующих там циклонов.

Как трудно дышать… Боль огнем располосовала грудь, но она не обращая внимания на мучения тела, до рези в глазах вглядывалась в экран, пытаясь угадать на околоземной орбите хоть какой-то признак присутствия таинственного корабля.

Неужели он пошел на посадку?

И вдруг перегрузки схлынули. Все… Кончилось планетарное топливо. Она даже не смогла заплакать… Просто застыла в

кресле, глядя в экраны похолодевшими, пустыми глазами. Чуда не произошло. Она упустила свой шанс. Скорость сближения «Антея» с землей все еще оставалась столь велика, что корабль должен был неминуемо разбиться, сгорев в атмосфере.

– ЭКАЛ, попытайся выйти на орбитальный виток! – приказала она, вставая с кресла.

Бортовой компьютер стоически воспринял приказ.

Эллис распахнула шкаф, доставая скафандр. Опять ее последней надеждой стал посадочный модуль. Она чувствовала, что совершает непоправимый шаг, понимала, что бросает «Антей» и ЭКАЛ…

На глаза внезапно навернулись горячие слезы.

«Прощай… – мысленно шептала она, лихорадочно застегивая замки скафандра. – Прости меня, ЭКАЛ…»

Уже не в силах сдержать подкативших к горлу рыданий, она развернулась и бегом бросилась прочь из рубки.

Это было похоже на наваждение или внезапное безумие.

Эллис бежала по пустым, ярко освещенным переходам «Антея», и понимала, что все рухнуло, навсегда, безвозвратно… Она не должна была столь бездумно менять курс, сжигать по своей прихоти последнее горючее… И в то же время она понимала, – не сделай она этого безумного поступка, то никогда уже не смогла бы простить себе упущенный по нерешительности шанс, ведь она своими глазами видела этот космический корабль, да и сенсоры ЭКАЛа подтвердили его материальность!

Через несколько минут она уже была в модуле. Включить пульт, произвести необходимые манипуляции, одновременно считывая показания приборов, – все это заняло столь малый отрезок времени, что она опомнилась лишь в тот момент, когда легкий толчок возвестил о произошедшей только что расстыковке.

Тупоносая, цилиндрическая громада «Антея», скупо освещенная несколькими габаритными огнями, внезапно повернулась и начала стремительно удаляться, проваливаясь в чернильный мрак космоса.

В груди Эллис вдруг образовалась неприятная, сосущая пустота. Все… Мосты были сожжены и дороги назад не осталось, – на возвращение уже не хватит планетарного топлива модуля, часть которого она перекачала в двигатели «Антея» для разгона и ориентации на Юпитер.

Земля резко приблизилась, наваливаясь своей массой на экраны. Атмосфера родной планеты казалась мутной, словно в ней присутствовала пылевая взвесь. Высокое альбедо не позволяло сканирующим системами пробиться под покров облачности.

Все околоземные орбиты были пусты, и теперь у Эллис оставался единственный выход, – посадка на остатках горючего.

Она в последний раз бросила взгляд на обзорные экраны, в поисках «Антея», и не найдя его, взялась за сенсорные рычаги ручного управления.

Посадочный модуль, похожий на блестящего жука, с поджатыми под брюхо опорами-лапками, осветился пламенем реактивного выхлопа и начал сползать с орбиты навстречу мрачной, клубящейся атмосфере Земли.

Там под облаками ее ждал тот мир, что Эллис покинула три с лишним миллиарда лет назад…