Потерянная станция
Шрифт:
Но минуты покоя оказались недолгими.
Глава 13
Галанин успел заметить в раскрытом створе десантного шлюза багровый росчерк энергетического разряда. В ту же секунду на опущенной аппарели вспухла ядовито-красная прошлепина лазерного попадания. Металл вздулся и потек, моментально застывая в вакууме причудливыми образованиями.
Галанин перекатом рванулся в глубь модуля, но жгучее любопытство и ужасная догадка вновь толкнули к опущенной аппарели.
Распластавшись на полу, он осторожно выглянул.
Равнина мертвого, искореженного металла медленно оживала.
«Конец», -
Даже невооруженным взглядом было заметно движение среди руин технологических надстроек. Боевые андроиды, которые оказались поврежденными в результате отгремевшего столетие назад боя, в отсутствии активных целей впали в режим ожидания. Сейчас же сканеры кибермеханизмов моментально зафиксировали произошедший короткий бой около модуля, выводя системы из статиса. Андроиды образовали между собой локальную сеть беспроводной связи, обменявшись кодами доступа. Связь с Центральным процессором станции отсутствовала, командных директив не поступало, но загруженные программные приоритеты и без них позволяли осуществлять действия согласно реестра целей. Вдобавок поврежденный андроид, уничтоженный Глебом, успел транслировать файловый пакет, в котором обозначалась новая цель. Информация была принята, изменения в реестр внесены, разработан алгоритм действий, и кибермеханизмы приступили к его выполнению с бесстрастностью и упорством смертоносных машин.
Глебу захотелось завыть от отчаяния и безысходности.
Ну, а теперь-то что делать?!
Он едва справился с поврежденным боевым сервом, а тут еще два десятка целых и невредимых! Или того больше…
Каждая утекавшая минута приближала к неминуемой гибели.
Галанин отстегнул от креплений скафандра мономолекулярный трос, который все это время волочился за ним как спасительная нить Ариадны. Вернуться обратно тем же путем теперь ему точно не суждено.
Мигавший на внутреннем ободе гермошлема огонек напомнил о еще одной весьма насущной проблеме.
– Если попал, так по-полной, - с досадой пробормотал Глеб.
Дыхание было тяжелым и хриплым.
Еще минут сорок, и запас дыхательной смеси иссякнет. Система жизнеобеспечения переключится на подпитку из резервного кислородного баллона и активирует поглотители углекислоты. Это даст еще полчаса времени, а потом… Даже страшно представить муки удушья от переполненной углекислым газом дыхательной системы.
Глеб усилием воли заставил себя сосредоточиться.
«Задержать андроидов хотя бы на десяток минут, – лихорадочно подумал он.- Если в цепях модуля есть энергия, значит, реактор жив и орудия работают».
Эта идея принесла немного бодрости. Любое действие сейчас лучше тупого ожидания приближающейся смерти.
«Найти армейский бронескафандр!» – мысль полыхнула, как озарение.
Глеб не был знаком с военной амуницией, но прекрасно знал, что армейские бронескафандры по определению имеют большой запас прочности и надежности. Автономная система жизнеобеспечения имеет огромный ресурс и способна поддерживать жизнь даже раненного пилота несколько суток. Дело осталось за малым – найти это «богатство». В том, что на борту ДШМ подобное имеется, Галанин не сомневался, вспомнив, как обнаружил
Вскочив, Глеб бегом ринулся вглубь модуля.
Лучи фонарей вновь заплясали по стенам, разгоняя застоявшийся мрак.
Развязка коридоров, обесточенные лифты – рядом на приборных панелях ни огонька.
Пинком распахнув дверь со значком аварийного выхода, Галанин, тяжело дыша, помчался по ступеням.
«Артиллерийская палуба № 3», - высветили лучи фонарей.
На толстой плите герметичной двери тлел изумрудный огонек -- на палубе царила нормальная атмосфера. Это давало надежду. Значит, этот сектор модуля не получил повреждений и, возможно, бортовые орудия остались исправны.
Глеб торопливо коснулся сенсоров на панели.
«Ждите. Активирована процедура плавной декомпрессии», - вспыхнула надпись на небольшом экране.
«Ждать сейчас смерти подобно»,- подумал Глеб, представляя, как цепь боевых кибермеханизмов неуклонно приближается к модулю.
Мелькнула мысль, что следовало бы поднять десантную аппарель. Это окажется серьезным препятствием для оживших кибернетических исчадий, но для этого требовались командные коды, которыми владел только экипаж. Взять их было просто неоткуда – вернее, не было времени обшаривать тела погибших, в поисках личных кодонов.
Через две минуты Галанин шагнул в тесный коридор палубы.
Редкие плафоны на потолке давали минимум света, едва рассеивая темноту и превращая ее в плотный сумрак. Реактор модуля находился на минимуме мощности или в режиме жесткой экономии энергии.
Глеб разгерметизировал скафандр. Затхлый, сухой воздух, пропитанный запахом сгоревшего пластика, хлынул в легкие. Галанин поморщился, но это было, можно сказать, подарком судьбы. Простоявший сотню лет в забвении, поврежденный и потерявший весь экипаж ДШМ все-таки сохранил функциональность.
Он двинулся по коридору.
«Орудийный блистер № 1».
«Орудийный блистер № 2».
«Орудийный блистер № 3»…
Целый ряд дверей тянулся по правой стороне.
Галанин замер около одной, с порядковым номером четыре, и коснулся клавиши открывания.
Толстая герметичная дверь, тихо чавкнув уплотнителем, плавно открылась.
Глеб оказался в тесном помещении, большую часть которого занимал орудийный лафет спаренного электромагнитного орудия. Стволы, забранные в пластиковую герметичную муфту, выдавались далеко вперед за границы прозрачного блистера.
Галанин замер, осматривая кресло стрелка, втиснутое между массивными блоками управляющего компьютера. Орудийная башня находилась на десятиметровой высоте. Через бронестекло блистера открывался совершенно другой вид, чем из десантного шлюза.
Глеб замер, невольно созерцая открывшуюся панораму. Ледяной холодок страха пробежал по спине.
Их были десятки. Глеб ясно различал высокие фигуры андроидов, медленно перемещавшиеся и занимавшие позиции за изломанными контурами изуродованных взрывами надстроек.