Потерянная империя
Шрифт:
Совершенно беззвучно перед ними появился Кид.
— Эврика! — воскликнул он.
Идти пришлось минут двадцать пять. Едва они взобрались на маленький, но крутой холмик, Кид остановился и простер руки в стороны.
— Тут? — спросил Сэм.
— Тут. После землетрясения бухта сомкнулась, вода испарилась. Осталась лишь макушка острова. За восемьдесят лет, из-за нанесенного океанского ила, низина сровнялась с окружающей местностью.
Фарго огляделись:
— Теперь нужно найти отправную точку — и начинать отсчет! — объявила Реми.
— А какое расстояние обозначил Блэйлок?
— Тысяча четыреста сорок два промежутка. Чуть меньше двух миль.
Старик взглянул на небо.
— По мадагаскарскому времени это займет три или четыре часа, да еще идти через дождевой лес… Я бы посоветовал устраиваться на ночевку.
ГЛАВА 30
Мадагаскар, Индийский океан
Проснулись с первым лучом солнца. Старик отправил Сэма и Реми к озеру ополоснуться, а сам принялся готовить завтрак — оладьи из трюфелей и кассавы. Когда Фарго вернулись в лагерь, кофейник уже вовсю булькал, кипел. Пока Реми разливала кофе, Сэм помог Киду накрыть на стол.
— Пожалуй, все-таки спрошу… — начал вдруг старик в разгар завтрака. — Что вам известно о здешней ситуации?
— В смысле, политической? — уточнил Фарго. — Немного. Только то, что пишут в газетах: переворот, новый президент, разгневанный экс-президент отправлен в ссылку. Все.
— Вкратце обрисовали верно. Однако экс-президент вернулся из ссылки. Да-да! Говорят, вернулся и открыл магазинчик в Маруанцетра. Это город на побережье, ближе к северу. Если он наберет достаточно людей — и, соответственно, оружия, — на острове разразится гражданская война. Если нет, начнется обычная резня. В любом случае нынче не лучшее время мельтешить тут белыми физиономиями. В городах еще ничего, но в глубинке… — Кид пожал плечами. — Нужно держать ухо востро.
— И кого опасаться? — спросила Реми.
— В основном парней с автоматами Калашникова, разъезжающих на пикапах.
— Будем надеяться, что заметим их раньше, чем они нас.
— Именно. Но если выйдет наоборот, дайте понять, что от вас больше проблем, чем выгоды, — тогда они, возможно, поедут своей дорогой. Во времена политической нестабильности неудачники иногда пытаются поправить свои дела киднеппингом.
— Если все нормально, — ответил Сэм, — мы вернемся в Антананариву еще засветло.
Кид улыбнулся.
— Когда найдете что там следует найти.
— Или выясним, что искать нечего, — добавила Реми.
Около восьми они собрали все вещи, кое-как
— Надеюсь, посох за последние сто тридцать лет не усох и не вытянулся, — весело заметил Сэм.
— И надеюсь, что Блэйлок все правильно намерил, — добавила Реми.
Пока путешественники добрались до середины саванны, обувь и брюки насквозь промокли от росы. Вскоре солнце целиком вырвалось за границу горизонта и, когда троица подошла к кромке леса, уже жарко припекало им спины.
У кромки джунглей Кид притормозил.
— Погодите-ка. — Он прошагал вдоль деревьев пятьдесят ярдов на север, потом на юг и постановил: — Нам сюда!
Сэм и Реми отправились за проводником — он, разумеется, отыскал тропу.
Не успели они пройти в глубь леса и десяти шагов, как солнце за спиной померкло, превратившись в золотистые полосы и россыпь брызг на листве.
— Пять с половиной тысяч футов пройдено, еще четыре тысячи шестьсот, — объявил Сэм.
Они двинулись дальше. Ближе к высокогорью дорога стала круче. Тропа сузилась до ширины плеч, затем до одного фута; приходилось то уклоняться в сторону, то пригибаться. Снова появились острые, как лезвия, листья и шипастые стебли.
Старик велел остановиться.
— Слышите?
Фарго кивнул.
— Горная река. Где-то слева.
— Я сейчас.
Кид свернул с тропы и растворился в чаще. Вернулся он минут через десять.
— Река в тридцати ярдах южнее. По-моему, течет примерно параллельно вашему курсу. Сколько еще идти?
Сэм проверил показатели GPS-навигатора.
— Три тысячи футов.
— Девять тысяч по мадагаскарским масштабам, — с улыбкой добавила Реми.
— Идти по реке будет легче. Нужно только внимательно следить, нет ли крокодилов.
— Смеетесь? — недоверчиво спросила Реми.
— He-а. Вы разве не слыхали о мадагаскарских пещерных крокодилах?
— Мы думали, это пустые россказни, — ответил Сэм.
— А вот и нет! Они водятся исключительно на Мадагаскаре. Видите ли, аллигаторы и крокодилы — существа холоднокровные, температура тела у них зависит от окружающей среды: на солнце теплые, в воде и теньке прохладные. Нашим крокодилам этого не нужно. Несколько лет назад их приезжали изучать ученые из «Нэшнл джиографик», но так и не разгадали загадку. Иногда крокодилы выбираются поохотиться через подземные потоки — утром, пока солнце не слишком печет.