Потерянная династия
Шрифт:
Я поежилась. Тот сон, где в лице Зульфагара убивали меня, был неприятен. Если бы мне снилось такое каждую ночь… Мысли о самоубийстве уже не казались бы такими отталкивающими.
— Те осколки с запертыми в них людьми… — неуверенно подала голос я, но Эршаз вдруг перебил.
— Это был единственный шанс спасти их. Проклятие после смерти лишало шанса на перерождение, оно уничтожало душу. Все они — мои предки, добровольно решившие заточить себя в картинах до лучших времен.
— А ваш отец? — Голос Хтои дрогнул, выдавая волнение.
— Умер год
— Поэтому вы и торопились со свадьбой, — догадалась принцесса. — Быстрее короноваться, чтобы править от своего лица.
Эршаз лишь лениво кивнул, соглашаясь. Нерушимое проклятие преподносилось народу как особая традиция династии. Правда была скрыта, но в то же время лежала на поверхности.
— Значит, проклятие теперь снято? — спросила Сэна.
— После того, как Юнисса и Зульфагар решили сами отправиться в небытие, — да, — произнес Нарташ. — Мы, наконец, искупили свою вину.
— А книги? — вырвалось у нее вновь.
Исташ широко и довольно ухмыльнулся, словно собираясь вернуться к их совместной незаконченной «беседе», но слова принца нарушили его планы:
— Их нужно сжечь. Теперь от них нет толка. Верните их нам или сожгите сами, как хотите.
История проклятия и тайного ордена зульфийцев подошла к концу. Потомки тех, кто казнил Зульфагара, спустя много столетий смогли получить свободу и прощение, шанс на счастливое будущее для себя и своих потомков.
— Сейчас, когда вам все это известно, — медленно произнес поднявшийся на ноги Эршаз, — что вы будете делать, Ваше Высочество?
Хтоя поджала губы, но с места не сдвинулась, даже когда принц оказался рядом. Он взглянул на нее сверху вниз.
— Проклятие снято, вам ничего не угрожает. Ваших людей никто не тронет, обещаю. Пусть у нас и возникли некоторые трудности, но они все же помогли нам. — Эршаз поймал пальцами прядь у ее лица и, слегка наклонившись, коснулся темных волос губами. — Доверитесь мне или разорвете помолвку, как и планировали?..
* * *
Мы сидели у костра, разведенного прямо на берегу.
Огонь медленно пожирал вновь подброшенные дрова. Языки пламени красиво танцевали, содрогаясь от малейшего дуновения ветра. Они устремлялись вверх, вслед за покинувшими навсегда этот мир душами. И лишь маленьким искоркам удавалось взлететь выше, чтобы потеряться навсегда во тьме ночного неба.
Морские волны ласкали песчаный берег, лениво ударяясь о редкие скалы. Водная гладь в этот час была безмятежной. Причал вдалеке непривычно молчал. Было раннее утро, даже птицы еще не пели. И ничто сейчас не могло нарушить музыку морского прибоя. Музыку, которая так нравилась Мурро.
«Давай сходим к морю все вместе, когда все закончится? — предложил он в конце нашей с ним последней совместной
Все так, как он и хотел. Мы все вместе. Море.
И рядом нет никого, кто бы мог навредить.
Причудливые тени от костра плясали на наших лицах.
Молчим.
На сердце легко, но в душе сомнения. Наконец, все закончилось. Больше нет проклятий, ордена, Междумирья. Души нашли покой, люди — свободу. На нас не ведется охота, мы можем возвращаться домой. Чудом спасшийся Мурро сопит рядом, а все остальные целы. Так почему же тогда остался неприятный осадок от произошедшего?
Ар, отрешенно глядя куда-то вдаль, кинул в огонь маленький камушек. Сложно было представить, о чем думал он в этот момент. Может, о белых магах, что очернили собственное имя, став жертвой вечного проклятия, а может, о том, что едва не потерял своего ученика — мальчишку с особым даром, провидца с непростой судьбой, о которой тому было заранее известно.
В народе ходит мнение, что провидцы долго не живут. Сегодня Мурро удалось избежать ранней смерти. Но есть ли у него шанс прожить долгую и счастливую жизнь?
Сидевшая рядом с ним Сэна, легонько коснулась плеча Арестея своим. Придвинулась ближе, прижимаясь боком. Они молча переглянулись. Хмурое лицо мага расслабилось, губы тронула улыбка. Слова были лишними.
Мурро спал, устроив голову на женских коленях. Он все еще был очень слаб и нуждался в отдыхе. Тонкие пальцы Сэны ласково перебирали его волосы, ненавязчиво гладили по спине, успокаивали, даря чувство безопасности и тепло.
Мы сидели в кругу у костра, наслаждаясь утренней тишиной и спокойствием. И говорить о чем-то, нарушая этот волшебный момент, совершенно не хотелось. Конечно, через пару часов, мы засобираемся в обратный путь, в Элларию, вернемся к вопросам, которые все еще остались нерешенными, но сейчас есть только природа и умиротворение.
Я тихо встала.
Райан, видимо, подумав о том же самом, поднялся следом.
Оставляя Сэну и Ара наедине, мы неспешно двинулись дальше по берегу. Молчали, каждый думая о своем. Нужные слова все не находились.
— Ты виделась с принцессой? — подал неожиданно голос Райан. — Что она решила со свадьбой?
— Сказала, что ей нужно подумать, — отозвалась я, забираясь с ногами на большой камень, попавшийся на пути. — Вернется в Элларию на время. Помолвку пока не будет расторгать.
— Весьма великодушно с ее стороны, — заметил он. — Даже благородно.
— Как бы она не пыталась это скрыть, принц ей все же нравится. А вот его темные секреты — нет.
Мы на какое-то время снова замолчали.
Ветер усилился. На горизонте посветлело небо. Скоро начнется новый день.
— Почему Зульфагар так резко передумал? — вновь нарушил тишину усевшийся рядом Райан. — Он так жаждал мести, но…
— Зульф не был жестоким, — ответила я. — В нем просто играла обида, но не ненависть. Я видела его казнь, и она была ужасной. И знаешь, мне было его действительно жаль в тот момент.