Потерянная династия
Шрифт:
«Ну что же за благородный рыцарь во мне сидит!» — съязвила в ответ мысленно я.
Мы не сговариваясь следили за каждым шагом найденного паренька. Сначала он сложил в центр алтаря принесенные с собой фрукты, аккуратно разместив их рядом друг с другом. Затем, побродив по поляне, украсил съедобную композицию сорванными цветами. Последним штрихом должны были стать пузатые кувшины.
— В любом случае нам желательно разобраться с этим до наступления ночи. Находиться на этой горе утомительно, — высказался некромант прежде,
Тот вздрогнул, поднял на нас глаза и тут же нелепо запнулся о край алтаря. Ноги его подкосились, и он, не удержав равновесия, рухнул на каменную платформу грудью. Кувшины выскользнули из его рук и попадали на землю, разбиваясь и расплескивая все содержимое по старым камням.
Мурро ойкнул. Райан досадливо цыкнул, видимо, почувствовав укол совести. Мужчина шагнул к застывшему на четвереньках парню.
— Ты как?
— Вино разлилось, — посетовал Шотуш, вздыхая.
Он взъерошил пушистые волосы, а потом принялся собирать разлетевшиеся осколки. Мальчишка, немного помедлив, все же присоединился.
— Извини, — спустя пару минут молчания, негромко произнес некромант. — Не думал пугать.
— Не переживайте, кхарш, — Шотуш лишь махнул рукой. — Сам виноват. Придется, правда, опять спуститься в деревню за другими кувшинами, но…
— Ай! — пискнул ползающий рядом Мурро.
Все разом уставились на него. Он поморщился и разжал ладонь с осколком, по которым тут же потекла на землю кровь. Первые капли коснулись камней и моментально впитались в магический рисунок. Он сразу же едва заметно засветился.
— Живо уйдите с алтаря! — тут же среагировал Райан, для безопасности делая шаг назад.
— Да что от пары капель может… — начал было мальчишка, но тут земля под ногами затряслась, и огромная платформа пришла в движение.
Шотуш и Мурро кинулись на спотыкающихся ногах в разные стороны, но не успели. Алтарь под ними засветился и заскрежетал, быстро проваливаясь куда-то внутрь и утягивая людей с собой.
Мы с Райаном кинулись одновременно к ним на выручку.
Некромант успел ухватить за руку Мурро, а я — Шотуша. Парень оказался на удивление тяжелым. Я едва успела найти хоть какую-нибудь увесистую опору, чтобы не полететь вслед за ним.
— Не отпускай! — испуганно завопил он, отчаянно цепляясь за меня. — Умоляю!
— Держу, — прохрипела я, чувствуя, как спина и плечо ноют с каждой секундой сильнее. — Перестань дергаться!
Пусть я и успела поймать Шотуша до того, как он рухнул в открывшуюся черную дыру, вытащить его пока было невозможно. Алтарь все еще сильно трясло. Казалось, что мы привели в действие какой-то древний механизм, и гора вот-вот рухнет.
Райан рядом тоже, крепко держа свою ношу, цеплялся за ближайший увесистый камень. Мы успели поймать обоих в самый последний момент.
Притихший от страха Мурро старался даже не дышать лишний раз, чтобы не создавать проблем некроманту.
Очередной подземный толчок пустил по камню, за который я так отчаянно цеплялась свободной рукой, трещину. Монолит закряхтел под давлением, верхушка его сдвинулась с места, и весь этот неподъемный кусок породы полетел вниз.
А я, лишившись опоры, вместе с завопившим от ужаса Шотушем отправилась следом в черную пропасть.
— Мадена! Мади! — заорали Райан и Мурро.
А потом я увидела, как они также срываются с края и падают вниз.
«Грохт возьми, нет!» — промелькнуло в голове, прежде чем меня накрыла темнота.
Голова болела просто невыносимо. Тело ужасно ныло. Было трудно пошевелить даже пальцем. Перед глазами стояла непроглядная тьма. Мутило. Рядом кто-то постоянно шмыгал носом и беспокойно копошился.
Я не без усилий открыла глаза. Темнота перед глазами никуда не исчезла, и лишь маленькое белое пятнышко появилось где-то далеко наверху.
«Алтарь, — лениво подумалось мне. — Так высоко…»
Видимость вокруг была нулевая. Судя по эху от каждого всхлипа моего соседа и ледяному неровному полу подо мной, мы были в пещере. Глубокой и очень темной пещере. Воздух был спертым и пыльным. Дышать было тяжело.
— Кхарша? — с надеждой шепнули рядом, и стало понятно, что все это время скулил под боком именно Шотуш.
— Жива, — ответила я, осторожно приподнимаясь на локтях.
Тело вновь отозвалось тупой болью. Хоть и приземление с такой высоты было не самым удачным, кажется, кости были целы. Это радовало.
— Цел?
— Не совсем. Нога болит, — шмыгнув в очередной раз носом, отозвался он.
Я, ориентируясь на его голос, аккуратно подползла ближе.
— Сейчас посмотрю. — Мои руки нашарили в темноте его колени. — Где остальные?
— Не знаю. Вы — единственная, кто отозвался. Я уже давно так сижу, и никто не отзывался, — сдавленно ответил Шотуш. — Ай!
Он резко дернулся, едва мои руки спустились ниже. Если левая нога была целой, то вот правая, судя по всему, нет. Пальцы наткнулись на что-то липкое. Я растерла каплю между подушечками пальцев и принюхалась.
Кровь. Брючина, полностью пропитавшись ею, прилипла к коже. Пришлось отдирать. Закатав штанину, я проверила целостность ноги. Она была горячей и опухшей, с ярко выраженной шишкой прямо на косточке.
— Шевелить можешь?
— Нет.
— Плохо, — досадливо цыкнула я. — Остальное цело?
— Вроде бы. Голова только болит. Упал на камень, и вот…
— Рубаху свою снимай, — скомандовала я, рыская руками по округе в поиске своих клинков.
— З-зачем?
— Ногу твою бинтовать будем. Не мне же ее с себя снимать. Примотаю к мечу, чтобы не шевелил лишний раз, и пойдем искать выход.