Потапыч
Шрифт:
— Я включила избирательную глухоту, — сказала Ивита. — Можешь свободно общаться со мной на все темы.
— Окей! Где Мия и Лия? — поинтересовался я. — Где-то здесь? И нам бы в колонию потом попасть, это где-то к югу, за проливом. Там должна быть двоюродная сестра Рюрика.
— Я помню, я уже попросила найти её. Переночуешь на острове, а завтра туда. Всё по порядку.
— Расскажи хоть, как тут всё устроено?
— Как устроено… три десятка городов. Города небольшие, максимум — двести тысяч. Трудовые посёлки. Шахты. Всё увидишь сам.
Она выудила откуда-то из-за пазухи крохотную книжицу в мягком переплёте
Мы проехали длинный ряд теплиц, выехали через другой городской шлюз и поехали по извилистой грунтовке, в которой едва хватало разъехаться двум машинам. Кое-где зарывались в колею, но тут же ловко из неё вылезали — волшебным образом подталкивала Ивита, а затем я. Встречные машины и грузовики попадались лишь каждые минут пять, не чаще, но почти всегда приветствовали нас клаксоном, отчего в вздрагивал. Проезжала и спецтехника — кран, тракторы и бульдозер, без номеров, пошарпанные, но тихие — все на электроприводе. Один раз небо перечертил самолёт — маленький одномоторный, похожий на «кукурузник».
Внезапно я понял, что мне напоминает остров — вовсе не Великобританию, и не отечественный Сахалин — скорее, Кубу или что-то из центральноамериканских стран с примесью Новой Зеландии, если верить тревел-блогерам с Ютьюба. Сам я, к сожалению, побывать там не успел, но настроение у ландшафта было весьма похожее. Иногда Ивита отвлекалась на беседу — поговорили о Серафимионе и том, как он должен будет развивать мой собственный язык, а также о «пенсионерах» и их странном бункере.
— Лия рассказала мне. Очень мутная история. Нужно будет навести справки. Или шпиона какого-нибудь подослать.
— Какого шпиона? У них и не бывает никто посторонний, они каждого слугу в лицо знают.
— Да не разумного. Таракана какого-нибудь, или мушку. Потом научу.
Мимо проносились одни и те же леса, внизу, под старыми мостками журчали ручьи. Через час остановились в деревушке. Стоянка примостилась у придорожного кафе, больше похожего на полярную станцию и укрытого всё тем же сетчатым пологом. У входа стоял пожилой мужчина и что-то ловко жарил на большой круглой жаровне для барбекю. Выглядело аппетитно, и я спросил у Ивиты.
— Прикупить бы чего?
— Не стоит, я попросила Мию приготовить обед. Там куда вкуснее.
Водитель тем временем пробормотал что-то про туалет и про «перекус», побежал к сетчатому «клапану» в дверном проёме. Я заметил двух крупных шестиногих животных, привязанных к столбам с наружной стороны. Круглые плоским морды с глазами-бусинками, короткая не то шерсть, не то чешуя, и поджарые длинные конечности. Одна полусидела в пыли, совсем по-пёсьи почёсывая загривок средней ногой, а вторая прыгнула в нашу сторону на всю длину поводка и очень странно залаяла, вполне чётко выговаривая:
— Ам! Ам!
— Лягухобаки, — прокомментировала Ивита. — А вот и их корм подоспел. Закрой-ка дверь.
Впереди, в ста метрах со стороны дороги из леса вылезало нечто, похожее на быстро клубящийся дым. А секундой спустя в кафе заныла сирена.
Глава 22
Столица
Клубящий дым, как это можно было догадаться, был роем тех самых пчелоров, о которых предупреждала Ивита. Все форточки в отеле мигом захлопнулись — сработала автоматика. Пара товарищей в рабочих комбезах, о чём-то
— Ну, как поступим? — Ивита снова хитро прищурилась.
Внешность у неё была непривычная, но мимика сохранилась. Кивнула на пустующее переднее сиденье.
— Предлагаешь бросить водителя и уехать, тётушка Ивита? Я не сильно разбираюсь в управлении местными автомобилям.
— Я думаю, можно придумать что-то более изощрённое, — разочарованно сказала Ивита и снова как ни в чём не бывало уткнулась в книжку.
А у лягухобак был праздник. Из пастей выскакивали длинные языки, хватали сразу по десятку тварей. Из кафе выскочил тот самый мужик, который жарил шашлыки и встал рядом с мангалом, словно защищая его — выглядело это даже немного потешно. В его руках был самодельный агрегат, из раструба которого на добрые три метра полыхнуло пламя, мигом поджарившее тысячу тварей.
— Мы так совсем без работы останемся!
Что ж, вызов был принят. Я быстро принялся сочинять Алгоритм — выборка животных по шаблону, точное соответствие, а затем уничтожение путём превращения в вакуум. Подумав, решил, что уничтожение — не совсем правильно с точки зрения вселенского баланса. Милена что-то там говорила про уменьшение вредных возмущений.
В итоге сделал выборку, анализ организма и последующее удаление жала — пусть послужат кормом этим милым лягушкоротым дворнягам. Мысленно выделил квадрат размером с гектар, и уже приготовился выполнять, как вдруг решил, что такое чудо обьекто-ориентированной магии лучше сохранить.
— Слушай, есть какая-нибудь штука, чтобы Алгоритм записать?
— Артефакт, что ли, хочешь создать? Перстенёк сойдёт? Сейчас сотру, он уже пустой.
Он сняла перстень с красным переливчатым камнем, покрутила и протянула мне.
Я дописал ещё пару строк — активировать по двойному поглаживанию, а также защиту от удаления и доступа, а после «залил» Алгоритм в сердце камня.
— [Селект обжект, Копи Алгоритм аз дефолт Алгоритм, сэйв!]
Никакой вспышки не было, но я почувствовал, как перстень превратился из простого предмета в Артефакт.
— Ну-ка, проводим бэта-тестирование, — проборомотал я и погладил перстень.
Что-то изменилось в беснующейся куче членистоногих тварей. И без того распуганные огнемётом владельца кафе, они вдруг закружились, стали биться друг об друга и сыпаться на пол. Я рискнул, приоткрыл дверцу, схватил первую попавшуюся, пригляделся. Жала действительно не было, теперь вместо него зияла дырка с неприятной жижей внутри.
— Достаточно жестоко, — сказала Ивита. — И изобретательно.
— А инсектоиды — не жестоко? — усмехнулся я. — Если тварь иноземная и расплодилась тут немерено. Слушай… я всего на гектар её применил, давай сразу на весь остров зафигачим? Думаю, у меня силы способности хватит.