Потапов, «двойка»!
Шрифт:
Женька подёргал за ручку и позвал:
— Эй, кто-нибудь.
На зов никто не откликнулся. Лёха изменился в лице.
— Что будем делать?
— Не трясись. Сейчас до кого-нибудь докричимся.
Женька постучал в дверь кулаком, но в школьном коридоре по-прежнему было тихо.
— Что там все, оглохли, что ли? Есть там кто живой или нет? — с возмущением крикнул Женька.
Лёха приложил ухо к двери и с тоской произнёс:
— Или нет. Как в фантастическом фильме. Помнишь, ты мне
Они помолчали. Картина вырисовывалась довольно печальная.
— Всё из-за тебя. «Сбежим. Пусть дураки парятся», — передразнил Женьку Лёха. — «Дураки» уже давно дома, пообедали и телик смотрят. А мы тут…
— Ничего, сейчас что-нибудь придумаем.
— Тебе хорошо. Ты чистенький, а я ещё и краской вымазался, — сокрушался Лёха.
Женька лихорадочно искал путь к спасению, и тут ему пришла на ум отличная идея. Он радостно воскликнул:
— Лёха, мы лохи! У нас же на службе технический прогресс.
— Ну? — буркнул Лёха, не понимая, куда клонит Женька, а тот возвестил:
— Сейчас я Синицыной смску пошлю. Всего-то дел.
Он взял мобильник и быстро набил: «Спасай! Срочно иди в школу».
Сообщение застало Синицыну в кафе-мороженом, куда ребята пошли всем классом по окончании работы. Получив послание, Синицына со вздохом произнесла:
— Опять этот придурок.
— Кто? — оживилась Майка.
— Да Москвичёв. Снова какую-то глупость придумал. В школу зовёт.
— Ага, прямо разбежались. Только шнурки погладим, — сказал Петухов.
Все рассмеялись, и Ленка напечатала коротко и ясно: «Щас».
Получив ответ, Женька расслабился.
— Не вибрируй, Лёха. Она в соседнем доме живёт. Мигом явится и выпустит нас отсюда.
— А с рукой что делать? Краска совсем засохнет.
— Ерунда. Я у мамы возьму жидкость для снятия лака с ногтей. Зверь! Любую краску мгновенно смывает. Будешь как новенький.
Прошло пятнадцать минут. Ожидание затягивалось. Женька поминутно поглядывал на часы, а Лёха молча сидел, выставив руку, чтобы ненароком не испачкаться. Наконец Женька не выдержал.
— Ну где она там? За это время можно три раза туда и назад сбегать, — возмутился он и отстучал новое послание: «Ты где?»
Ответ его обескуражил. Прочитав два коротких слова «в пингвине», Женька потерял дар речи. «Пингвином» называлось кафе-мороженое, расположенное неподалёку от школы.
— Видал? Мы тут страдаем, в заточении томимся, а она, оказывается, в кафе развлекается! — в сердцах воскликнул Женька и отстучал: «Чё там делаешь?»
Получив новую смску, Синицына пожала плечами.
— Странный вопрос. Что можно делать в кафе?
«Мороженое ем», — ответила она.
— Зря ты ему сказала, где мы. Сейчас тоже притащится, — недовольно
Вопреки их ожиданиям Женька в кафе не появился и смсок больше не присылал.
— Затих, — сказал Шмыгунов.
— Понял, что ему не обломится, — добавила Майка.
Они не ведали, что у пленников случилась трагедия: связь с миром прервалась. Женькин мобильный разрядился.
— Вот гадство. В самый неподходящий момент, — сокрушался Женька и приказал Лёхе: — Доставай свой.
— Откуда? У меня отец его ещё позавчера отобрал, после того, как я «пару» по алгебре получил. Говорит, что я, кроме игрушек, ничем не занимаюсь.
— Ничего себе! У тебя родители совсем озверели! Человек даже сигнал СОС послать не может! — возмутился Женька. — Пора их воспитывать.
— Воспитаешь тут.
Лёха в сердцах махнул рукой и нечаянно полоснул по джинсам. На тёмно-синей ткани осталось белое пятно.
— Вот непруха! Ещё и джинсы вымазал! Теперь мне отец точно башку открутит, — расстроился он.
Женька мог бы сказать, что это чепуха и пятно ототрётся, но у него не повернулся язык лгать лучшему другу.
Друзья мрачно уставились на злосчастное пятно. Только теперь они начали осознавать, что такое безвыходная ситуация. И тут Женьку в очередной раз осенило. Его лицо просветлело, и он радостно сообщил:
— Лёха, считай, тебе крупно повезло!
— Издеваешься?! Почти новые штаны придётся выбрасывать. Мне их только в прошлом месяце купили, — обиделся Лёха.
Он не ожидал такой чёрствости от друга. Но Женька уверенно заявил:
— Зачем же выбрасывать? Теперь они куда дороже стоят.
— У человека горе, а ты со своими шуточками, — рассердился Лёха.
— Это не шуточки. Это перст судьбы. Я понял, нас не зря здесь заперли. Недаром говорят, что в жизни нет ничего случайного. Это же поворот всей жизни.
— Чего? — не понял Лёха.
— Смысл жизни. Сечёшь? — с пафосом сказал Женька.
Лёха промолчал и только обиженно засопел. Он отнюдь не считал вымазанные краской штаны смыслом жизни. Видя его недоумение, Женька объявил:
— Я понял, кем мне предназначено быть! Дизайнером.
— Чего? — снова протянул Лёха и повертел пальцем у виска, но Женька не обратил внимания на этот жест. Он был выше мелких обид и с воодушевлением продолжал:
— Ты видел, какие джинсы продаются в самых модных и дорогих бутиках?
— Ну? — неопределённо промычал Лёха.
Откровенно говоря, он не считал себя экспертом в области моды и в дорогих бутиках никогда не был. Женька снисходительно пояснил:
— Там такое рваньё висит — праздник бомжа. На помойку выбросишь, никто не подберёт. Твоё пятно просто пустяк, о котором даже говорить не стоит.