Потанцуй со мной
Шрифт:
Перед этим всплеском чувств… Этим комком в ее сердце… Этим стремлением к большему, чем секс. Ради…
Стоп! Она не могла зайти так далеко. Эмоциональные границы Иена высечены в камне, и ей нужно иметь не менее твердые свои собственные. Однажды любовь чуть не уничтожила ее. Такого больше никогда не повторится.
Тесс проснулась на рассвете с одеревеневшей шеей и парой-другой болезненных местечек, которые не имели ничего общего с ночевкой в кресле, и прокралась
— Ты что-то рано.
— Хочу увидеть Птичку перед тем, как пойти на работу.
— Скучаешь по ней?
— Ничего не могу с собой поделать.
Рен была в полной безопасности с Хизер. Отправить к ней малышку прошлой ночью было совсем не похоже на тот день, когда ее забрали Деннинги. Но руки Тесс казались пустыми.
Иен закинул руку за голову, обнажив белый шрам, и, полуприкрыв веки, окинул ее небрежным, сексуальным взглядом.
— Как насчет того, чтобы уронить это полотенце?
Тесс одолело искушение. Слишком соблазнительно.
— Я не то чтобы не против, но тогда ты подумаешь, что я слишком доступна.
Он засмеялся, встал с постели и пошел голым по комнате. Его тело было сильным и стройным, с длинными сухими мускулами. Иен был худым там, где у Тесс имелись округлые формы. Его шрамы приобретены вследствие драматичных событий, в то время как ее отметины возникли в результате падения со скейтборда в детстве.
Он знал, что она смотрит на него, но просто улыбнулся и исчез в ванной, оставив ее наедине с беспорядочной мешаниной мыслей.
Иен вошел под душ, прежде чем тот согрелся. Ему требовался шок от холодной воды. В противном случае придется сразу же вернуться в спальню и заставить Тесс передумать, и он сомневался, что это потребует много усилий.
Он никогда не был с такой женщиной, как она. Возлюбленной такой чрезмерно сексуальной, такой одаренной воображением, такой раскрепощенной и соблазнительной. Когда вода стала горячей, он указательным пальцем нарисовал обнаженный силуэт на запотевшей дверце душа. Изгиб бедра, линия груди.
Стер то, что нарисовал, и сунул лицо под струи. Он ни за что не причинит ей вреда. Он дал ей секс, которого они оба жаждали. Это весело и непристойно. Но он также охранял ее так, как она не защищала бы себя. Несмотря на всю свою стойкость, Тесс Хартсонг была женщиной, которая слишком свободно отдавала свое сердце. Худшее, что она могла сделать, — это отдать его мужчине, который не оценил бы его.
Иен намеревался сделать все, чтобы этого не произошло.
ГЛАВА 18
Когда кончилась ее дневная смена, то из дома Хизер, где сигнал был сильнее, Тесс включила на смартфоне видеосвязь с Деннингами.
— Посмотрите. У Птички шейка уже окрепла.
— И правда! Посмотри, Джефф. Как она выросла!
Они изо всех сил восхищались Рен и захлопали в ладоши, когда малышка очень мило чихнула. Сеанс связи закончился, и Тесс подумала о том, как эти люди, которые казались такими пугающими незнакомцами всего несколько недель назад, теперь становились неотъемлемой частью ее жизни. И удивительно, насколько ощущалось в душе, что так и должно быть.
В хижину переместилось еще несколько вещей. Хотя Тесс освежила это место, но все равно здесь было тесно и пахло затхлостью. Не хватало современной кухонной техники, удобной мебели и больших окон без занавесок.
— Обещаю, дорогая, — она поцеловала Рен в макушку, — я в самое ближайшее время приготовлю для нас дом.
С наступлением сумерек Тесс накормила малышку и приготовила себе бутерброд из того, что захватила из школы. Без доставки на дом, за которую платил Иен, покупать продукты будет сложнее и затратней.
Через заднюю дверь вошел Иен. Он глянул на корзину для белья, в которой Тесс упаковала одноразовые подгузники Рен, смеси и другие принадлежности.
— Не могу поверить, что ты сюда переезжаешь. Посмотри на это безобразие вокруг.
— Ничего такого, что не исправит небольшая покраска. — Она указала на грязные стены. — Флаг тебе в руки. Может, желтовато-кремовый.
— Я известный художник. Ты не можешь позволить себе мою работу.
Тесс было собралась сострить насчет предложения сексуальной скидки, но остановилась. Она должна заплатить ему.
— Тебе нужно вернуть себе свободное пространство.
— Здесь не город. Вокруг ни души.
— Если ты испугаешься темноты, потяни за шнурок звонка. Мы с Птичкой примчимся.
— Не смешно.
Она посмотрела на Рен.
— Мы думаем, что мы довольно забавные, правда, солнышко?
Рен фыркнула и шлепнула ручкой.
— Я серьезно, Тесс. Это же жалкая лачуга. А Рен слишком мала, чтобы ты оставалась здесь одна.
— Я собираюсь это исправить.
— Не понимаю, зачем такая спешка.
— Я куплю тебе рупор.
— Отдай мне ребенка! Ты подбрасываешь ее, как теннисный мяч. — Не успела Тесс возразить, как он вытащил Рен у нее из слинга и взял на руки. — Если хочешь, чтобы она вернулась, приходи и забери ее!
И с решительным видом выскочил за дверь с ее малышкой.
Тесс включила свет и поднялась наверх, чтобы убрать кое-что из вещей Рен. Хижина незнакомо скрипнула. Всегда ли та издавала эти звуки? Все, что Тесс могла вспомнить с первых недель пребывания здесь, — это свои страдания. Она оглядела в спальне отслаивающиеся обои и тусклые углы. Здесь она была одинока не больше, чем в школе, но ей стало как-то не по себе. Не то чтобы страшно — окна были закрыты занавесками, — но занервничала, что ей не понравилось.