Поступление
Шрифт:
— Мегуми!!!
Я приподнялся на локте. Сил не осталось совсем: ни духовных, ни физических. Я мог лишь бессильно наблюдать, как мерзкое чудовище вцепилось своими жвалами в бессильное тело девушки и медленно, почти торжественно подняло ее над полом. Пасть аякаси открылась, обнажив два ряда крепких, бритвенно острых зубов.
На грязный, пропитанный пылью и водой пополам с чернилами полились первые ручейки крови из рваных ран на обеих боках магессы. Несколько капель попало монстру в рот, и тот довольно заворчал, защелкал жвалами.
Мне оставалось только в ужасе смотреть, как обмякшее
"Сейчас откусит", — Отстраненно подумал я. Вина и беспомощность свернулись внутри змеиными кольцами, слились с ужасом и апатией обреченного. Я закрыл глаза, не в силах смотреть на смерть симпатичной мне девушки.
От истощения в ушах появился противный звон, так что я не сразу услышал резкий, почти металлический скрежет.
Раздался глухой стук, а затем влажный шлепок, словно… Да, словно кусок тела упал на пол. Я стиснул зубы до скрежета, до боли и треска. Вот и все. Вот и все…
Где-то на периферии надрывался голос Харады, а я от шока и неверия никак не мог найти в себе силы смотреть на творящийся рядом ад. Отдать дань храбрости Мегуми хотя бы в такой малости. И взглянуть в лицо собственной судьбе.
Хлопок и свист. Вот то, что заставило меня меня открыть глаза. Я успел заметить, как передо мной возникли три фигуры в черных, приталенных плащах из толстой шерсти. Как один из них вскинул руку, крутанул в ладонях какой-то нож без рукоятки, и оружие опять издало свой неприятный звук.
Впереди взревел аякаси. Огромное хитиновое тело задергалось из стороны в сторону, из головогруди раздался крайне мерзкий скрежет, словно кто-то водил лезвием по стеклу. А затем его пасть взорвалась ливнем из осколков зубов, фрагментов нижней челюсти и хелицеров.
Последние с глухим стуком упали на пол вместе со своей добычей к уже отрубленным ранее двум передним лапам. Хелицеры все еще сдавливали хрупкое тело девушки, даже после отделения от монстра продолжая свое черное дело. Однако сейчас у йокая появились проблемы посерьезнее упущенной добычи.
Двое из магов остановилось над телом Харады, а тот, что в центре, медленно двинулся вперед. Аякаси агрессивно защелкал уцелевшими фрагментами челюсти, вскинул часть уцелевших лап, словно паук перед прыжком, резко бросился в сторону человека. От ранения или от эмоций, но духовная сила нечисти, что и так разливалась в воздухе, стала еще сильнее, насыщеннее. Сдавила воздух с такой силой, что я непроизвольно закашлялся.
Маг впереди даже не сбился с шага. Лишь отчетливо хмыкнул, да расслабленно покрутил кистью с зажатым в ней оружием. Ауру монстра тут же смело, испарило куда более сильным человеческим давлением. Более сильным и более жутким — словно идёшь против ветра в снежную бурю и ловишь лицом острые ледяные осколки.
Я снова рухнул обратно на грязный паркет, едва не подвернув при этом руку. В отличие от духовной мощи ёкая, человеческое давление не оставляло и шансов на сопротивление. Эмоции бурлили внутри грязным потоком. Даже радость и облегчение от помощи просто смыло ощущением ужаса. Как вообще можно противостоять ТАКОМУ монстру?!
Аякаси все же
Снова сверкнул кинжал в цепких пальцах мага. Человек даже не подумал уклоняться или прыгать в сторону от несущегося на него наскомоподобного грузовика. Он лишь выдал очередное заклинание, после которого тварь словно столкнулась с невидимой стеной или стальными нитями.
Ее головогрудь, брюшко и пять из шести оставшихся ног распались на фрагменты, словно плохой конструктор. Мешанина из дергающихся, исходящих ихором частей тел грузно свалилась в метре от их спасителя. Мерзкая, ядовитая даже на вид зеленая кровь забрызгала все доступное пространство, однако ни одежда, ни сапоги заклинателя никак не пострадали. Тот лишь достал из кармана синий батистовый платок, демонстративно вытер свой странный нож без рукоятки, а потом небрежно бросил извазюканную ткань на трепещущую гору хитина.
Только тогда его спутники решились подойти и эвакуировать лежащую без движения Мегуми. Я не знал, расчет это или банальная удача, но скоротечная схватка никак ее не задела. Лишь окропило кое-где брызгами зеленой жидкости.
Девушка была спасена. Окровавленная, грязная, обслюнявленная монстром, но, без сомнения, живая. Йокай не успел сожрать ее или перекусить пополам. А все остальное лечится — не медициной, так магией. Мы, духовные практики, куда крепче простых людей. Впрочем, Мегуми бы это не помогло, задень ее та непонятная атака взрослого мага. Но какой бы магией ни были вызваны те раны на теле твари, она никак не повредила дочери клана Арая.
Сразу после гибели аякаси маг свернул свою ауру. Давление исчезло так же резко, как и появилось, а я, наконец, смог полной грудью вдохнуть затхлый, воняющий гнилью и химозой воздух особняка.
— Займитесь этими двумя, — Сухо приказал обладатель кинжала, махнул свободной рукой своим спутникам в сторону меня и Харады. Сам он склонился над телом Мегуми, прижал пальцы к ее шее, кивнул сам себе, затем свел руки в молитвенном жесте и начал творить заклинание.
Над его ладонями затрепетал воздух, следом показалось робкое фиолетовое сияние. Оно начало пульсировать, разгораться все ярче и ярче, пока не превратилось в потрескивающий молниями шар. Сразу после этого прозвучала активирующая спелл фраза:
— Слово восстановления: kaifuku hikari no kyu-den (восстанавливающий свет шаровой молнии яп.)
Паутина разрядов тут же перекинулась на тело Мегуми. Ветвящаяся сеть молний буквально пронзила тело магессы в десятках мест, выгнула его дугой, исторгла из груди девушки пронзительный, полный нестерпимой боли крик.
Я вскочил, на эмоциях сумев подняться на ноги, но предательская слабость тут же повела тело в сторону. Я бы непременно упал, если бы один из спутников того пугающего мага не подхватил меня за плечо.