Поступь империи
Шрифт:
– Пли!– услышали шведские солдаты, прежде чем увидели появившуюся перед глазами алую пелену…
За первым выстрелом первых шеренг последовал второй, а за ним третий, оказалось, что в то время, когда шведов обходили отряды наших войск к двум ротам подошло подкрепление, образовав численный перевес на острие атаки!
Как не старились шведы сдержать напор русских воинов, они все равно не смогли этого сделать, оставляя на зеленеющей траве бездыханные тела, пронзенные штыками русских фузей.
Поневоле жители северного полуострова подались назад, ломая строй и открывая тылы своих собратьев по оружию, а
В ряды смешавшихся шведов влетели две тысячи казаков, под предводительством своего старшины Кулибяки, грозно отдающему приказы своим сотням, тут же раскинувшимся в стороны, на манер ловчей сети.
Увидев, что происходит в авангарде, Левенгаупт бросил закрывать образовавшуюся брешь готовящихся для контратаки мушкетеров тридцать первого королевского полка Швеции. Но они не успели занять место отступивших солдат, в прореху успели влететь донские казаки, сминая на своем пути сотни мушкетеров, не успевших перестроится для отражения атаки с тыла. Следом за своей кавалерией, на позиции шведов ворвалась русская пехота, после первого залпа бросившаяся в штыковую атаку.
Как бы яростно не сражались воины Левенгапта, он видел, что командиры врага его переиграли, причем переиграли вчистую, заставляя уводить остатки своих воинов в единственном возможном направлении – на Могилев, где его ждет его король, и ждет не с пустыми руками. Вот только весь провиант и боеприпасы остались у русских! Черт!
– Отступаем!– приказал своему адъютанту командующий шведских войск, смотря, как желто-голубые мундиры падают на жухлую осеннюю траву, обагряя ее своей кровью, а попятам за ними, ступая по упавшим знаменам и мундирам его воинов, идут красно-зеленые солдаты русского царства…
Благодаря мужеству и стойкости наших солдат мы смогли не только разбить шведов, захватив при этом 78 знамен, 17 пушек и 7800 подвод с продовольствием и боеприпасами. Но главное мы можем с гордостью сказать, что эта победа может считаться первой победой русского воинства над регулярным войском шведов, что доселе никогда такого не бывало, к тому ж вступая в сражение гораздо меньшим числом.
Кроме того…»
– Очень даже не плохо получилось,– задумчиво сказал Прохор, гладя свой подбородок.
– Это ты о чем?– не понял я.
– Про идею с заменой багинет на штыки. Она принесла, как пишет государь много пользы, ведь теперь наши воины не нуждаются в том, чтобы запихивать острие в дуло…– ответил Прохор.
Да, со штыками хорошо получилось, Ваше Высочество. Вот только витязям новые схемы введенные после похода на булавинцев отработать нужно…– добавил Кузьма, смотря впереди себя.
– Перемудрили мы сначала немного, не скрою. Зато, после того как витязи побывали в настоящем сражении, теперь учли этот тяжело доставшийся опыт – согласился я с Кузей.
– Так же надо барабанщиков поставить в третий ряд, и тыл защищен у них будет и перед, так что не зря мы наших витязей «выгуляли»,– внес свою лепту Прохор.
– Не все так гладко, друзья, ведь не забывайте, о чем мы говорили в прошлый раз. Наши витязи должны сражаться при содействии артиллерии, а не отдельно от нее.
– Алексей, ты не забывай, что учения и маневры не в копеечку обходятся, поэтому при всем желании мы не можем их проводить каждую неделю,– осторожно
– Да понимаю я, но вот только хочется, чтобы наши кадеты были подготовлены как можно лучше, они все должны вернуться живыми и невредимыми!– искренне сказал я, чувствуя, как действительно переживаю за этих взращенных моей мыслью и идеей малолетних воинов.
– Ведь мы для этого их и готовили, Алексей,– тихо сказал Кузя.– Тем более государь уже как с неделю прислал тебе наказ явиться к Могилеву с войском.
– Это все я понимаю, но все же, еще рано их пускать в этот ад. Ведь одно дело воевать против толпы, пускай и вооруженной саблями и фузеями, а совсем другое дело пускать еще не до конца обученных витязей на матерого и опасного противника,– ответил я Кузьме.
«Не власть меняет человека, не власть! Только человек меняется, и меняется сам, без помощи извне. Вот от понимания этой истины и зависит, останется он сам собой или превратиться в чудовище. Что ж, я думаю я вовремя смог осознать эту истину…– горько подумалось мне, возвращаясь к событиям подавления бунта на Дону».
– А что тут думать? Если наш царь-батюшка уже дал приказ на выдвижение к Могилеву по весне?– поинтересовался Прохор.– Да и кадеты, полностью доверяют тебе, сами жаждут скорее вступить в бой, ты же сам их такими и воспитал, точнее, воспитывал то отец Варфоломей. Но ведь посыл давал ты!
– Хорошо, оставим пока этот разговор и вернемся к нашим «баранам», к шведам, то есть,– улыбнулся я, почувствовав, как тягостные мысли отходят на второй план.
– Так вот нам нужно подумать о том, как воевать со шведами. Обсудить их тактику, ведь знание противника уже половина победы. Или не так?– спросил я собравшихся.
– Конечно так!– ответил Прохор, лучше остальных усвоивший мои недолгие уроки тактики и общей стратегии.
Увы, но времени для преподавания в корпусе у меня уже не осталось совсем. Казалось бы все должно быть наоборот: аппарат понемногу начал налажено работать, чиновники присмирели, , получают жалованье, в казну поступает достаточно денег. Однако времени по-прежнему не хватает, и даже приходиться «одалживать» оное у следующего дня. Правда, как альтернативу личному преподаванию я придумал написать все то, что знаю о тактике в одно пособие, которое и будет основным руководящим документом витязей. Только ведь, надо все продуманно делать, модернизация идет полным ходом, пришлось даже старые фузеи кадетов переправлять на склад в Рязань, для нужд Рязанского полка. Почему именно так? В первую очередь из-за того, что все обеспечение воюющего полка ложится на земли, предоставившего его.
На замену устаревшим тактическим действиям приходят более совершенные и полезные построения, опирающиеся на облегченное оружие, имеющее пятикратное превосходство скорострельности над противником. Жаль только все новые фузеи гладкоствольные, увы, но нарезные штуцеры находятся в процессе разработки, все же Дима, набравшие себе помощников из числа витязей и пары мастеров– токарей попросту не успевал все сделать и опробовать. К примеру после похода на юг России, было единогласно принято решение о более тесном взаимодействии пехоты и артиллерии, на деле доказавшей свою полезность, а главное саму возможность соблюдений новых тактических построений.