Поступь империи

Кузмичев Иван Иванович

«Черт! Теперь точно жди неприятностей,– запоздало, поняв, что люди, глядящие на меня, вовсе не интересуются посольством из далекой Московии, они просто ждут … веселья! «

– Да, рановато Ванька то из славянских земель нос показал,– чуть слышно шепчу сам себе, глянув перед собой.

Сам монарх, достигший двадцати семи летнего возраста, смотрел на мир вокруг себя глазами непосредственного ребенка, непонятно из-за чего обремененного ненужными для него заботами. Глядя на него, складывалось такое ощущения, что он способен только повиноваться, но никак не повелевать. Рассеянный взгляд смотрел на нас с некоторым интересом, однако проявление оного быстро угасло, и вот

карие глаза монарха вновь глядят куда угодно, только не на идущую к трону процессию.

Как успел мне рассказать граф Гомез, сам король подчинялся влиянию своей королевы Марии Луизы Савойской. Ей в год свадьбы только что минуло четырнадцать лет, но даже сейчас по прошествии десятилетия чувствовалась былая красота женщины. Глядя на нее, в противоположность мужу можно было увидеть уверенный взгляд человека, привыкшего повелевать другими людьми, не взирая ни на что. Такая мадам вполне могла бы пустить в ход свои кулачки, будь что не по ее желанию.

«Жаль, Филиппа, просто по-мужски, жаль,– хмыкнул про себя, глядя в лицо королевы».

Однако насколько я помню, Алехандро говорил о своей королеве как о очень деятельной особе, способной к самоотверженности, внушая всем испанцам горячую преданность, да и в народе она приобрела такую популярность, которой ее непутевому мужу никогда не достичь.

Бросив взгляд чуть в сторону, увидел, стоящего рядом с троном человека, среднего роста. Слегка прищурившись, он глядел куда-то вдаль, словно вовсе не замечал идущих к трону людей. Получается, что это и есть Джулио Альберони, первый министр испанского короля, которого так люто ненавидят испанские гранды. Что ж понятное чувство, кому же понравиться видеть рядом с собой выскочку?

Глядя на всю эту свору, собравшуюся возле престола, поневоле пришла мысль о том, что некогда великая Империя, рушится, так же как и многие империи до нее, построенная на крови и … золоте, добытом в проклятых джунглях царства инков и ацтеков. Ведь что такое те реки золота, которые текли в руки испанских монархов два столетия?

Это тот пятые столп, который в бесконтрольном состоянии подтачивает основы власти, разрушая ее, а, не укрепляя, как ржа железо. Создавай иллюзию величия и могущества, иллюзии от которых гибнут тысячи человек просто так, исчезая в пучине ненужных войн и карательных рейдов. Иллюзии людей слишком страшное оружие, чтобы отмахиваться от них, правда, понять эту в принципе то не такую уж заумную мысль могут не многие. Да и те чаще всего становятся изгоями и одиночками, ведь выделяться из толпы во все времена черева-то неприятными последствиями, будь ты гений или безумец все одно, судьба твоя незавидна!

Вся мишура рассыпалась пеплом, унося непонятно как появившиеся у меня в голове странные мысли. Чуть больше сотни шагов, от порога до первой ступеньки постамента трона, и вот я замираю перед Филиппом Испанским. Помню, когда-то я читал, что Петр Великий в свое время после десятого года кажется, посылал своего сына в германские земли, договариваться о денежном вопросе с родичами будущей невесты. Так вот царь приказал собственному сыну, чуть ли не унижаться перед немцами, прося об уступке, которую он, кстати говоря, не получил. О чем это говорит? О действительном отношении отца к сыну, правда это было тогда, когда их размолвка стала слишком сильной и пути назад уже, наверное, не было…

Вот опять «повело»! Еле-еле удалось вовремя взять себя в руки. А то не хорошо могло получиться, аудиенция, а посол о чем-то мечтает.

– Пресветлейший и державнейший Великий Государь Царь и Великий Князь Петр Алексеевич, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец

Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский, Государь Псковский и Великий Князь Смоленский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных Государь и Великий Князь Новагорода Низовския земли, Черниговский, Рязанский, Ростовский, Ярославский, Белоозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, и всея Северныя страны Повелитель и Государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских Царей, и Кабардинские земли, Черкасских и Горских Князей и иных многих государств и земель, восточных и западных и северных, отчич и дедич, и наследник, и Государь, и Обладатель желает своему венценосному брату долгих лет царствования! – слегка опускаю голову, выпуская сквозь сжатые зубы воздух. Титул царя ой как непросто выучить, не дай Бог ошибешься где-нибудь, от стыда сгоришь, не говоря уже о задетой чести Руси и ужасной славе самого посла.

– И я желаю государю и правителю далекой Московии долгих лет царствования!– с улыбкой ответил Филипп на французском языке, вот только его глаза продолжали смотреть с жадным интересом, а где-то глубоко, спрятавшись от всего и вся застыла беспросветная тоска и усталость: от войн, интриг, судов над проворовавшимися чинушами.

Судьба и доля правителя, особенно когда в стране десяток древних фамилий, свободно претендующих на трон, ой как несладка! Мне не хотелось бы оказаться на его месте.

– Государь наш Петр Алексеевич, отправил посольство с целью положить начало новым отношениям с теми государствами, которые до сих пор неведомы для нас,– глядя на монарха «закидываю» первую удочку.

– Хм, и какие же такие страны оказались уже … известны Московии?

– Еще в первый свой визит в Европу наш царь побывал в Англии, Голландии, некоторых немецких княжествах.

– А Франция? Как же так получилось, что, будучи в тех землях царь Московии не попал в Версаль?– удивился Филипп.

– Этого я не знаю, как впрочем, и не должен знать,– с улыбкой отвечаю монарху.

– Что ж, действительно не ваше это дело. Но тогда быть может, полномочный посол расскажет подробнее, для чего он прибыл в Испанию,– с безразличием спросил Филипп, не видя, как глаза супруги слегка прищурились…

В общем, малоинтересный разговор тогда получился, главная часть аудиенции окончилась, а к сути я так и не перешел. Ну не говорить же мне, мол, так и так, давай ты Руси отдаешь Сицилию и пару островов рядом, а мы тебе помощь окажем, при условии, что Франция поспособствует с Турцией, повлияет на нее так сказать, проход для кораблей даст и тому подобное.

Однако, уже выходя из дворца, ко мне подошел тот же лакей, который шел перед нами и передал записку от королевы. В ней говорилось о том, что аудиенция для приватного разговора будет на следующий день, почему именно так, я не понял, а объяснить в чем дело, увы, было не кому, Толстой умер, а умудренных дипломатов со мной, конечно же, не было. С другой стороны, день то уже перевалил за полдень, может, поэтому решать государственные дела королевская чета не хочет?

Как бы то ни было, но на следующий день задолго до пробуждения короля, в девять утра, я зашел в рабочий кабинет королевы, по всей видимости, именно она является действительным властителем Испании. Об этом говорила и сама атмосфера кабинета, сидящая здесь женщина, заваленная горами бумаг, поневоле внушала чувство жалости, все не дело все же не женское это дело, управлять государством, ей бы лучше возиться с детьми, или на худой конец гулять с фрейлинами по парку, слушая щебет птиц и собирая гербарии.