Постскриптумы
Шрифт:
Юная писательница уселась, а ночной редактор сдвинул брови и два-три раза перечитал стихотворение, чтобы схватить главные черты. Он небрежно набросал несколько строк на листе бумаги и сказал:
– Вот, мисс, та форма, в которой ваша заметка появится в нашей газете:
НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ
Вчера ночью мистер Альтер Эго из нашего города, обладающий недюжинным поэтическим дарованием, был убит взрывом керосиновой лампы во время работы у себя в комнате.
– Как видите, мисс, заметка содержит все существенное, и, однако...
– Сэр!
– воскликнула
– Ничего этого абсолютно нет в стихотворении! Сюжет его вымышлен и целью стихотворения является изобразить горе друга поэта по поводу его безвременной смерти.
– Но, мисс, - сказал ночной редактор, - стихотворение ясно говорит о том, что в масло было подлито слишком много огня - или, вернее, в огонь слишком много масла - и что последовал взрыв, и что когда свет погас, джентльмен остался в положении, после которого он никогда уже больше не проснется.
– Вы прямо ужасны!
– сказала юная леди.
– Отдайте мне мою рукопись. Я занесу ее, когда здесь будет редактор литературного отдела.
– Очень жаль, - возразил ночной редактор, возвращая ей свернутую в трубку рукопись.
– У нас мало происшествий сегодня и ваша заметка была бы весьма кстати. Может быть, вам пришлось слышать о каких-нибудь несчастных случаях по соседству: рождениях, угонах, грабежах, разорванных помолвках?
Но хлопнувшая дверь была единственным ответом юной поэтессы.
РОКОВАЯ ОШИБКА
– Что ты такой мрачный сегодня?
– спросил один из жителей Хаустона, завернув в сочельник в контору своего приятеля.
– Старая дурацкая шутка с перепутанными письмами - и я боюсь теперь идти домой. Жена прислала мне час тому назад с посыльным записку, прося отправить ей десять долларов и подождать ее здесь в три часа, чтобы пойти вместе за покупками. В это же время я получил счет на 10 долларов от торговца, которому я должен, с просьбой погасить его. Я нацарапал торговцу ответ: "Никак не могу выполнить просьбы. Десять долларов нужно для одной штучки, от которой не считаю возможным отказаться". Я сделал обычную ошибку: торговцу послал 10 долларов, а жене - записку.
– Разве ты не можешь пойти домой и объяснить жене ошибку?
– Ты не знаешь моей жены. Я уже принял все меры, какие мог. Я застраховался на 10.000 долларов от несчастного случая сроком на два часа, и жду ее сюда в течение ближайших пятнадцати минут. Передай всем моим приятелям прощальный привет, и если, когда будешь спускаться вниз, встретишь даму на лестнице - держись ближе к стенке!
ТЕЛЕГРАММА
Место действия: телеграфная контора в Хаустоне.
Входит очаровательное манто из черного велюра, отделанное шнурками и выпушками, с воротником из тибетской козы, заключающее в себе не менее очаровательную юную леди.
Юная леди. О, мне нужно немедленно послать телеграмму - будьте так добры, дайте мне, пожалуйста, бланков - штук шесть. (Пишет в течение 10 минут). Сколько это будет стоить?
Телеграфист. (Подсчитывает слова). Шестнадцать долларов девяносто пять центов, мэм.
Юная леди. Господи боже мой! У меня с собой только 30 центов. (Подозрительно).
Телеграфист. Мы берем за то, что доставляем корреспонденцию быстрее, чем почта, мэм. Вы можете послать телеграмму в 10 слов всего за двадцать пять центов.
Юная леди. Дайте мне еще один бланк, пожалуйста. Я думаю, одного хватит.
Через пять минут напряженной работы она представляет следующее:
"Кольцо ужасно красиво. Приходите ко мне как только сумеете. Ваша Мэми".
Телеграфист. Здесь одиннадцать слов. Это будет стоить тридцать центов.
Юная леди. Ах, какая жалость! Я как раз хотела на эти пять центов купить жевательную резинку.
Телеграфист. А вот посмотрим. Вы можете выбросить слово: "ужасно" - и все будет в порядке.
Юная леди. Но я не могу его выбросить! Вам следовало бы посмотреть на это кольцо. Я лучше дам вам 30 центов.
Телеграфист. Кому вы посылаете телеграмму?
Юная леди. Вы, кажется, слишком любопытны, сэр!
Телеграфист. Уверяю вас, мой вопрос не носит личного характера. Нам необходимы имя и адрес, чтобы знать, куда доставлять телеграмму.
Юная леди. Ах, да! Я не подумала об этом.
Она надписывает имя и адрес, платит 30 центов и уходит. Через двадцать минут она появляется снова, задыхаясь от быстрой ходьбы:
– Ах, я совсем забыла... Вы уже отослали?
Телеграфист. Да. Десять минут тому назад.
Юная леди. Такая жалость! Я совсем не то хотела сказать. Вы не можете протелеграфировать, чтобы изменили?
Телеграфист. Конечно. И у нас есть прелестные духи: фиалка. Не прикажете ли спрыснуть телеграмму?
Юная леди. О, да! Вы так любезны! Я непременно буду посылать все свои телеграммы через вашу контору - вы до такой степени обязательны! Всего хорошего.
ОТКЛОНЕННАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ
Фермер, живущий приблизительно в четырех милях от Хаустона, как-то на прошлой неделе заметил во дворе незнакомца, который вел себя не совсем обычным образом. На нем были парусиновые штаны, засунутые в сапоги, а нос у него был цвета прессованного кирпича. Он держал в руке заостренную палку фута в два длиной, втыкал ее землю, и, поглядев через нее в разных направлениях, переносил ее в другое место и повторял ту же процедуру.
Фермер вышел во двор и справился; что ему здесь нужно.
– А вот обождите минутку, - сказал незнакомец и, прищурившись, поглядел через палку на курятник.
– Так. Это будет пункт Т. Видите ли, я принадлежу к разведывательному отряду инженеров, который проводит новую линию из Колумбуса, Огайо, до Хаустона. Понимаете? Остальные парни там за холмом с обозом и багажом. Свыше миллиона основного капитала. Понимаете? Меня послали вперед, чтобы найти место для большого узлового вокзала, стоимостью в 27.000 долларов. Стройка начнется как раз от вашего курятника. Я даю вам намек - соображаете? Требуйте основательно за этот участок. Тысяч пятьдесят они выложат. Почему? Потому что деньги у них есть и потому, что они должны строить вокзал в том самом месте, которое