Постой, любимая
Шрифт:
— Надеюсь, — натянуто отозвался Эймиас, чувствуя себя дураком. Одно дело — ухаживать за девушкой, к которой не испытываешь ничего, кроме смутной симпатии, и совсем другое — когда из тебя изображают ополоумевшего от любви поклонника.
— Вы уже сидели здесь, когда я пришел час назад, — сказал Паско. — Может, что-нибудь решилось, чего я не знаю?
— Неужели? — встревожилась Грейс. Эймиас вытащил часы.
— Надо же, — сказал он. — Я и не заметил, что прошло столько времени.
— А я заметила, — бросила Эмбер,
— Я помогу тебе. — Грейс вскочила с места и кинулась следом за подругой, решительно шагавшей к дому.
— Мне тоже пора, — сказал Паско, взглянув на хозяина. — На вашем месте, Тремеллин, я бы подумал над моими словами, крепко бы подумал.
— Ладно, — ворчливо отозвался тот. — Подумаю.
В считанные секунды в саду остались только он и Эймиас.
— Надеюсь, я не задел ничьих чувств, — сказал Эймиас. — Это определенно не входило в мои намерения.
Тремеллин небрежно махнул рукой:
— Нет, конечно. Паско накручивает себя на пустом месте. Он неравнодушен к Эмбер и видит в вас соперника. Только и всего.
— А она? Отвечает ему взаимностью? — спросил Эймиас, прежде чем успел спохватиться.
Тремеллин бросил на него острый взгляд.
— Не знаю. Женщин вообще трудно понять. — Он покачал головой и, похлопав себя по карманам, вытащил трубку и потертый кожаный кисет. — В том-то вся беда. — Он вздохнул. — Нелегко быть отцом взрослой дочери. А тут еще Паско с его подозрениями. — Он хмыкнул, но тут же снова посерьезнел. — Но в одном он прав. Думаю, нам пора поговорить. О, не стоит нервничать. Дело не в том, что вы преступили какие-то границы или позволили себе лишнее. И я не собираюсь интересоваться вашими намерениями.
Он насыпал табак в трубку, утрамбовал его пальцем и устремил на Эймиаса проницательный взгляд.
— Просто Паско напомнил мне, что вы уже провели здесь несколько недель. Он утверждает, что вам должно быть скучно в наших краях. Полагаю, так оно и есть. Он также говорит, что мы ничего о вас не знаем, и с этим трудно не согласиться. Как насчет того, чтобы пообедать с нами сегодня вечером? После обеда мы могли бы уединиться в моем кабинете, выпить шерри и поговорить. Если, конечно, вы намерены оставаться в деревне. В противном случае я не стану вас беспокоить.
Эймиас кивнул. Что ж, Тремеллин имеет право знать, что за человека он принимает в своем доме и каковы его планы. Нужно только решить, что он может рассказать и чего не следует рассказывать. Но это означает, что ему придется сделать выбор.
— Вы правы, — сказал он. — Нам пора поговорить.
После обеда полил дождь, принесенный грозой с моря, и зарядил на всю ночь.
Эмбер и Грейс расположились в гостиной перед пылающим камином. Но его приветливый огонь не разогнал тоску, поселившуюся в душе Эмбер.
— Обед прошел очень мило, — заметила Грейс довольным тоном.
— Да.
Грейс подняла голову от пяльцев.
— Не говори так! Я еще ничего не решила. Собственно, я даже не уверена, что мистер Сент-Айвз ухаживает за мной. Я всего лишь хотела сказать, что получила удовольствие от обеда. Мне понравились его рассказы о говорящих птицах. А тебе разве нет?
Эмбер кивнула.
— В прошлый раз они мне тоже понравились. Он рассказывает одно и то же.
— Но я попросила его об этом, — возразила Грейс. Эмбер бросила на нее проницательный взгляд.
— Ты примешь его предложение, Грейси? Грейс растерянно моргнула.
— С чего ты взяла, что он его сделает?
— О, ради Бога, — ворчливо сказала Эмбер. — Он каждый день являлся с визитом, с тех пор как появился здесь, а последнюю неделю практически не вылезал из нашего дома. А теперь заперся с твоим отцом в кабинете. О чем, по-твоему, они говорят? Обсуждают цены на сардины или улов макрели?
Грейс побледнела.
— Мне не приходило в голову… Они же совсем недавно познакомились.
— О, Грейси, пора бы тебе повзрослеть. Сент-Айвз без ума от тебя. Наверняка он просит твоей руки.
— Паско постоянно приходит к папе, чтобы поговорить наедине, — парировала Грейс. — Однако он не просит твоей руки.
— Потому что они говорят о делах, — сказала Эмбер, радуясь, что никто не знает, что Паско уже сделал ей предложение.
— Вот видишь, — торжествующе сказала Грейс. — Паско ничего не предпринимает, хоть и не сводит с тебя глаз.
— Да, потому что знает, что не может рассчитывать на большее. Я не собираюсь выходить за него замуж и не хочу подавать ему неоправданные надежды. Я не кокетничаю с Паско, совсем наоборот. А вот ты все время улыбаешься и строишь глазки Сент-Айвзу.
Грейс ужаснулась.
— Но ты тоже.
— О нет, я этого не делала.
Грейс опустила взгляд и замолчала.
— Разве ты не этого добивалась? — спросила Эмбер, с любопытством глядя на нее. — Ты что, не хочешь выходить за него замуж?
Грейс молчала, не поднимая глаз. Эмбер нахмурилась:
— Грейси? Это не похоже на тебя. В чем дело? Почему ты не говоришь мне правду?
Грейс отложила вышивание.
— Потому, — сказала она с неожиданным достоинством, — что, хотя мы очень близки, и я люблю тебя, Эмбер, мы не всегда будем вместе. Я уже выросла. Скоро у меня начнется своя жизнь, а у тебя своя. Поэтому я должна научиться принимать решения самостоятельно, особенно в таких важных вопросах, как брак. И если для этого нужно хранить секреты, значит, так тому и быть. — Грейс поднялась. — А теперь я пойду спать. Я не сознавала, что он попросит моей руки сегодня, но, если это так, я не готова дать ответ. Я лягу в своей комнате. Увидимся утром, Эмбер.