Постчеловек
Шрифт:
— Данный гражданин жив, у меня в винтовке вместо пуль — усыпляющие иглы! — также повернулся и его напарник. — Мне пришлось стрелять, поскольку гражданин подверг себя опасности! Он мог покинуть безопасный — обогреваемый — участок дороги и скончаться от переохлаждения.
Пока андроиды говорили, грузовик все дальше и дальше отдалялся от неподвижного тела.
— А что, забирать мы его не будем? — поинтересовались из глубины кузова.
Андроиды переглянулись, обмениваясь информацией по своим каналам.
— Нет, нам не стоит задерживаться в пути, — пояснил «андроид-напротив». —
Кэт наклонилась к Косте, прошептала на ухо:
— Мне кажется, они врут. Тот мужик мертв.
— Почему?
— А ты думаешь, игла могла пробить телогрейку? В винтовке по-любому боевые…
Яковлев пожал плечами. «Не знаю, это всего лишь догадка», — читалось в его глазах.
Дальше поехали в тишине и без происшествий…
…Грузовик с подзамерзшими людьми вкатился в открывающиеся грохочущие ворота и вскоре остановился. К нему тотчас же подскочили с полдюжины андроидов.
— Выгружаемся! Быстрее! Разбиваемся на пары! — послышались их нетерпеливые голоса.
Костя и Кэт хоть и вылезли одними из первых, но чудесным образом очутились в середине образовавшейся колонны.
— За мной! — скомандовал один из андроидов и приглашающе махнул рукой. — Пошли!
И они пошли — по темному и узкому, шириной в метр, переходу-лучу с ослепляющим прямоугольным пятном света в конце. Как догадался Костя, переход служил неким подобием длинного тамбура, и оказался прав — «свет» вывел мини-колонну в просторный коридор…
Коридор смещался под небольшим углом в сторону, поэтому полностью оценить его длину не представлялось возможным — через сотню шагов он полностью заворачивал влево. По проходу туда-сюда рыскали фигуры в белых медицинских халатах и масках — выбегали из расположенных по обеим сторонам дверей, хлопали ими, время от времени с кем-то перекрикивались… Но самое странное заключалось в другом — по коридору против часовой стрелки шла бесконечно-растянувшаяся вереница одинаково выглядевших людей. И нет, это были не однотипные андроиды-двойники! Сходство заключалось в одежде — на всех теплые шапки, телогрейки, валенки — и в усталости на лицах… «Их тоже привезли сюда из города», — смекнул Костя.
Периодически к веренице подскакивала фигура в халате и маске, выдергивала двух-трех человек и уводила в ближайшую дверь.
— Выстраивайтесь в колонну и — шаго-о-ом марш! — повернувшись к новоприбывшим, приказал конвоир.
…Они шли и шли, шли и шли, шли и шли… Монотонно. Размеренно. Убаюкивающе… Шаг за шагом, метр за метром…
— Котик, нас, похоже, по кругу водят, — через полчаса не выдержала Кэтька. — Мне кажется, мы здесь уже были. Места знакомые…
— Знакомые? — Костя закрутил головой. Места действительно были знакомые — чем коридор поражал, так это своим однообразием. — Да черт его знает, тут все одинаковое! Как ты поняла, что мы были именно тут?..
Кэт не ответила. Схватив его за руку, потащила к стене.
— Ты чего?
Около стены она затормозила. Остановился и Костя.
— Вот ответь мне, — свистящим шепотом заговорила
Яковлев пожал плечами, не зная, что и сказать — об этом он не задумывался.
— Все ходят, вот и мы тоже, — смог он выдавить из себя.
— А если все топиться пойдут?.. А-а-а, забей! — Кэтька присела на корточки и прислонилась спиной к стенке.
— Кэт, я все понимаю, но нам сказали ходить… значит, для чего-то это нужно! Может опять какая-то дезинфекция в этот момент проходит, или типа того! Не зря же людей выдергивают! Не просто так!
— Отстань! Во-первых, я устала и хочу отдохнуть. А во-вторых… пусть вон послушные дебилы круги нарезают! А я не дебил! И вообще, у меня уже ножки болят! Пожалей меня!.. Ну пожале-е-ей… Котик, блин, что ты так на меня смотришь? А-а-а, ладно, черт с тобой, пошли дальше! Видимо, придется побыть дебилом!
Едва Кэтька закончила говорить и встала, намереваясь вернуться в толпу, как к ним подскочила невысокая женщина в белом халате и со словами: «Вы, молодые — за мной!», подхватила их под руки и куда-то быстро повела.
Они втроем вошли в ближайшую дверь и очутились в небольшом кабинете. Тот делился на две равные части длинным, почти до выхода, шкафом, который образовывал подобие мини-комнат. В каждой такой комнатке расположилось по письменному столу, шкафу и ширме. За столами сидели женщины в стандартных врачебных одеяниях — маска, шапочка, халат… Под потолком, нарушая тишину, на низких оборотах жужжала люстра-вентилятор.
— Присядьте, пока врачи заняты, отдохните чуть-чуть, — шепотом порекомендовала «молодым» приведшая их женщина, жестом указывая на стоящие рядом стулья.
Костя проследил за рукой медсестры — три из четырех стульев были заняты неподвижными андроидами. Кивнул Кэтьке — присаживайся.
Та едва заметно покачала головой:
— Садись ты, а я к тебе на колени.
Просить о таком дважды Яковлева было не нужно — он, с трудом сдерживая глупую улыбку, плюхнулся на стул. Кэтька аккуратно примостилась сверху.
— Ну обними хоть меня, — прошипела она. — Грохнусь же с твоих костяшек!
Костя кое-как обхватил необъятную из-за одежды подругу. Огляделся. И только сейчас обратил внимание на раздетого до трусов короткостриженного мужчину, который растекся жирами на деревянном табурете возле одного из столов. Выглядел тот примечательно — с выцветшей от времени серой татуировкой во всю спину. Церковь, ангелы, купола…
— Полные фамилия, имя, отчество.
Сказавшая это врач согнулась над пустыми бланками, выжидающе нахмурилась и нервно забарабанила колпачком письменной ручки по бумаге.
— Корякин. Матвей. Леонидович, — отчеканил человек-татуировка, почесал покрытый недельной щетиной подбородок и, когда врач начала заполнять бланки, добавил с явным недовольством в голосе: — Маргарита Львовна, ты же прекрасно знаешь, как меня зовут, к чему весь этот…
— А так надо, Матвей Леонидович, — не отрываясь от писанины, перебила Маргарита Львовна, женщина чуть за сорок с «верблюжьим» лицом — широко посаженные глаза, крупные ноздри, массивная верхняя губа… — Для протокола.