Посредник
Шрифт:
– Разбор полетов отложим. Чересчур высоко полетали, а? Чего ты замолчал? Случившегося не изменишь.
– Не изменишь. Я не понимаю главного: зачем? Для чего?
– Лучше знать, чем не знать.
– Что же мы узнали?
– Многое ты поймешь потом, когда очухаешься. Загадок появилось не меньше, кстати. Выпьем?
– Выпьем.
…– Эта запись гарантирует нам все Нобелевские премии на полсотни лет вперед, – завороженно сказал Иван. – Титулы почетных докторов-академиков всех университетов мира, Орден Подвязки и почетную грамоту месткома
Через день после известных событий было принято решение изучить видео, заснятое «марсоходом», фотографии и телеметрию, заодно сделав копии на дополнительные носители – данные уникальны, потерять их из-за нелепой технической ошибки невозможно!
– С точки зрения бездушной науки – да, прорыв, – сухо кивнула Алёна. – Доказано: чтобы когда-нибудь в будущем оказаться на другой планете или в иной звездной системе не обязательно выбрасывать миллиарды долларов и уйму ресурсов на строительство звездолетов. Вот тебе неидентифицированная Дверь, надевай скафандр и иди исследуй чудесный новый мир… Практическая же ценность вашей авантюры равна даже не нулю, а величинам отрицательным. Иван, вы подумали о способах легализации пленки и прочих материалов?
– Воображаю, – поддержал подругу Славик. – Заваливается друг Ваня в Нобелевский комитет и говорит что-то наподобие: здравствуйте, джентльмены, я недавно побывал в другом мире, вот доказательства. А каким способом побывали, можно поинтересоваться? Да все просто, товарищи ученые, доценты с кандидатами! Сущая чепуха. Прошел через Дверь-прореху в девятый век, там есть еще одна Дверь, за которой… Ну вы поняли. Чем закончится подобный визит рассказать или не надо?
– Смирительной рубашкой, – заключила Алёна. – И палатой, обитой войлоком. Легализация в условиях современного мира невозможна. Может быть, потом, лет через двести…
– Возможна, – преспокойно ответил Иван. – Но в ограниченном кругу специалистов, посвященных в суть проблемы. Назовем это «параллельной наукой» – широкие ученые круги пускай развлекаются с коллайдером в Женеве, придумывают вакцину от птичьего гриппа или изучают фотографии телескопа «Хаббл». Деятельность полезная. А мы тем временем в закрытых частных лабораториях будем разрабатывать другое направление – потихоньку, не торопясь, не афишируя себя и не раздавая интервью бульварной прессе. Согласен, огласить результаты мы не сможем еще долгие годы, но когда придет время, выяснится, что мы оказались впереди планеты всей.
– Мы, мы, – наморщил нос Славик. – Кто это – мы? Жоффр?
– Не только. Первым человеком, высадившимся на Луне, считают Армстронга, ему вся слава и досталась. Но кем был бы Армстронг без создателей ракеты и спускаемого модуля? Баллистиков? Врачей? Распоследнего техника, закручивающего гайки на стартовом комплексе? Свой полет на Луну мы совершили, а уж когда наступит признание и когда нас встретят с духовым оркестром и женщинами, бросающими в воздух чепчики, – дело десятое. Мы работаем на будущее.
– Выходит, непринужденный грабеж для мсье Жоффра лишь побочный бизнес? Основа деятельности – параллельная наука?
– Пятьдесят на пятьдесят. Наша
– Знание ради знания? – скептически протянул Славик. – Альтруизм и бескорыстие? Не верю, хоть тресни! Знание – это власть, влияние и деньги.
– Куда ж без них. Так всегда было и будет. Согласись, что без денег в нашем мире жить тяжело, отвыкай от благодушных утопических представлений. Не оставь тебе бабушка кругленькую сумму, далеко ли продвинулось бы изучение той стороны? Черенком от старой швабры хищных зверюг гонять? Или все-таки карабин надежнее?
– Карабин мне Серега дал, бесплатно…
– Кстати. Давайте-ка позвоним в Бовэ, выясним, как состояние нашего героя. Подробные объяснения я смогу получить только приехав в клинику лично, однако совесть успокоим…
Грау не подвели, о «своих» они заботились с редким участием. «Хоккер-125» с врачебной бригадой прилетел в Пулково к ночи – Алавер как раз успел получить все необходимые разрешения с молниеносно оформленными бумагами, – и Серегу переправили во Францию, в госпиталь «не для всех». Этим же самолетом улетела Наталья, которую Алёна оперативно снабдила приличной суммой на первое время: друзей в беде не бросают. Первая информация поступила утром: состояние стабильно-тяжелое, но без ухудшений. Скорее всего потребуется трансплантация мышц и пластика, поиски донора начались.
– Сколько это будет стоить? – в ужасе спросил Ваню Славик.
– Дорого. Тебе-то какая разница? Корпорация оплатит, а Сереге за участие в экспедиции еще и немалую премию выдадут. Забудь о деньгах.
– А ты-то как ухитрился таз с бедром сломать? По виду и не скажешь, что полностью реабилитировался после такой травмы.
– С лошади навернулся… Я серьезно! При доспехе. Еле успели переправить обратно, в объективное время, иначе – инвалидная коляска до конца дней. До сих пор полкило титана в себе ношу – девятнадцать фиксаторов на кости. Время будет, расскажу, как получилось. Давай сейчас займемся эвакуацией снаряжения с той стороны. Надеюсь, местные жители вещи на сувениры не растащили.
– С вами схожу, помогу, – вызвалась Алёна. – Все равно делать нечего, а от безделья я тупею.
В реальности исторической стоял пасмурный, но теплый день. В лесу одуряюще пахло грибами – после недавних дождей высыпало неимоверное количество подосиновиков, кирпично-красные шляпки попадались через два шага на третий. Последствий вчерашних громких похождений Славика и компании не заметно, да и каковыми они должны быть? К Двери сбегутся чудища со всей округи, обуянные справедливым желанием отомстить за оскорбление повелителя Туонелы, которому вероломные людишки подсунули термобарическую бомбу? Смешно.