Посредник
Шрифт:
— Черт, что он делает? — шепнул на кенсингтонской подстанции полицейский своему коллеге. Тот недоуменно пожал плечами.
Куинн сломя голову летел по ступенькам и уже почти достиг вестибюля. Позже расследование установило, что американец, сидевший на посту прослушивания на первом этаже, не двинулся с места, поскольку это было не его дело. Его миссия заключалась в том, чтобы обеспечивать запись, кодирование и передачу по радио на Гроувенор-сквер разговоров из квартиры наверху; в здании посольства они декодировались и прослушивались теми, кто сидел в подвале. Поэтому он и оставался на месте.
Куинн пересек вестибюль через
— Что значит ушел? — заорал Кевин Браун на посту прослушивания в посольстве. Как и все остальные, он провел там все утро в ожидании нового и, быть может, последнего звонка Зика. Вначале звуки из Кенсингтона поставили слушателей в тупик: они услышали, как Куин бросил трубку, его вопль: «Сидеть на месте!», затем какой-то грохот, неразборчивые крики Маккрея и Самми, после чего последовали мерные удары, словно кто-то пытался вышибить дверь.
Самми Сомервилл вернулась в гостиную и крикнула в сторону скрытых микрофонов: «Он ушел! Куинн ушел!» Вопрос Брауна, прозвучавший в подвале посольства, она, естественно, услышать не могла. В неистовстве Браун схватился за телефон и соединился со своей подчиненной в Кенсингтоне.
— Агент Сомервилл, — отчеканил он, — догоните его!
Как раз в этот момент входная дверь после пятого удара Маккрея уступила. Он бросился вниз по ступенькам, Самми за ним. Оба были в тапочках.
На зеленом магазинчике напротив, телефон которого Куинн предусмотрительно отыскал в справочнике, лежавшем в шкафу в гостиной, было написано «Бредшоу» — так звали его основателя, по теперь он принадлежал индийскому джентльмену по имени мистер Патель. Куинн не раз наблюдал из окна, как хозяин то раскладывает фрукты на уличном лотке, то скрывается в недрах магазинчика, чтобы обслужить покупателя.
На противоположную сторону улицы Куинн ступил через тридцать три секунды после окончания разговора с Зиком. Едва не столкнувшись с двумя прохожими, он вихрем влетел в магазин. Телефон стоял рядом с кассой, за которой возвышался мистел Патель.
— Там ребятишки воруют апельсины, — без особых предисловий сообщил Куинн. В этот миг зазвонил телефон. Разрываемый между телефоном и апельсинами, мистер Патель повел себя как истый уроженец штата Гуджарат и выскочил на улицу. Куинн снял трубку.
На кенсингтонской подстанции операторы среагировали быстро, и в процессе расследования выяснилось, что они сделали все от них зависящее. Но несколько секунд из сорока они потеряли просто от изумления, а потом столкнулись с техническими трудностями. Искатель вызова был замкнут на спецномер кенсингтонской квартиры. При его наборе искатель отслеживал источник сигнала, и компьютер выдавал данные: звонят из такой-то будки, расположенной там-то. Это занимало шесть — десять секунд.
Техники установили, откуда Зик звонил в первый раз, но, когда он поменял будку, потеряли его, хотя он просто перешел в соседнюю. Еще хуже было то, что Зик звонил теперь по другому номеру, к которому искатель вызова не был подключен.
— Запиши еще один номер, — не вдаваясь в детали, начал Куинн.
— Да что происходит, черт бы тебя подрал? — завопил Зик.
— Девятьсот тридцать пять — тридцать два — пятнадцать, — неумолимо продолжал Куинн. — Готово?
Последовала пауза: Зик записывал.
— Теперь мы будем действовать вдвоем, Зик. Я от них смылся. Остались ты и я: алмазы против парня. Без фокусов, даю слово. Позвони мне по этому номеру через час, а если не отвечу, то еще раз, через полтора часа. Его не прослушивают.
Куинн положил трубку. На подстанции услышали только самый конец разговора: «…час, а если не отвечу, то еще раз, через полтора часа. Его не прослушивают».
— Этот паразит дал другой номер, — сказал техник на кенсингтонской подстанции двоим полицейским. Один из них уже звонил в Ярд.
Куинн выскочил из магазина и увидел, как Маккрей пытается протиснуться в заклиненную дверь. Позади него, размахивая руками, стояла Самми. Ероша редкие волосы, к ним подошел привратник. По противоположной от Куинна стороне улицы проезжали две машины, по его стороне приближался мотоциклист. Куинн вышел на проезжую часть, встал прямо перед мотоциклом и поднял руки, держа в одной из них кейс. Мотоциклист тормознул, машина вильнула в сторону и встала.
— Эй, какого…
Изобразив обезоруживающую улыбку, Куинн схватился за ручки мотоцикла. Короткий, резкий удар по почкам довершил дело. Юнец в шлеме сложился пополам, Куинн выбросил его из седла и, перекинув ногу, выжал сцепление и дал газ. Мотоцикл рванулся вперед; Маккрею не хватило каких-то шести дюймов, чтобы ухватить Куинна за куртку.
Удрученный Маккрей остался стоять посреди улицы, через секунду к нему подскочила Самми. Они переглянулись и не сговариваясь бросились назад в квартиру. Быстрее всего связаться с Гроувенор-сквер можно было только оттуда.
— Что ж, — через пять минут подытожил Браун, выслушав Маккрея и Самми, — мы найдем этого подонка. Обязательно.
Зазвонил другой телефон. Это был Найджел Крамер из Скотленд-Ярда.
— Ваш посредник дал деру, — без всякого выражения произнес он, — Вы можете сказать, как это произошло? Я звонил в квартиру, номер занят.
За полминуты Браун ввел его в курс дела. Крамер хмыкнул. Он все еще не мог простить случай с Грин-Медоу-Фарм, да и не собирался ничего прощать, но серьезность происшедшего пересилила его желание посмотреть, как Браун вместе со своими молодцами сядет в лужу.
— Ваши ребята заметили номер мотоцикла? — спросил он. — Я могу дать предупреждение всем постам.
— У нас есть кое-что получше, — самодовольно отозвался Браун. — Кейс, который у него с собой. В него вмонтирован передатчик.
— Что вмонтировано?!
— Крошечный передатчик, обнаружить невозможно, последнее слово техники, — ответил Браун. — Мы приготовили все еще в Штатах и заменили тот кейс, что дал Пентагон, на свой перед самым вылетом.
— Понятно, — задумчиво протянул Крамер. — А приемник?