Посох Гурама
Шрифт:
Невозможно или почти невозможно? Лотар обежал Чунду, разглядывая его со всех сторон, и тогда увидел, что чудовищный паук, припадая на оторванную ногу, заваливается время от времени, как неправильно нагруженный корабль, показывая спину. И на этой спине Лотар увидел не вертикальные шипы, а немного скошенные назад, что давало возможность поставить на них ногу.
Тогда Желтоголовый решился. Он сделал несколько шагов к пауку, оказавшись под его боком, когда тот как раз ступил на полуоторванную ногу. Чунду ничего не заметил. Теперь усеянный шипами паучий бок возвышался над
Ему сразу же пришлось откатиться в сторону, чтобы не оказаться под ногой Чунду, которая с силой тарана опустилась на камни, поддерживая чудовищное тело.
Потом Лотар повторил манёвр. Теперь он был готов к тому, что наросты будут скользкими, и сумел схватиться так, что руки почти не скользили, по крайней мере, он подтянулся и упёрся коленями в большой крюкообразный нарост, поднимающийся вверх и способный выдержать, казалось, десяток человек.
Утвердившись на крюке, Лотар посмотрел вниз. Земля под ним раскачивалась, как море. Ему даже показалось, что по этой каменистой поверхности пошли какие-то волны, но это было, без сомнения, обманом зрения и игрой окутывавшего всё вокруг тумана.
Лотар поднялся выше. Действительно, на самом верху огромной спины паука он мог удержаться. И хотя острия этих шипов, чуть-чуть пружинящих под весом человека, царапали его, на них можно было опереться.
Лотар достал один из гвоздей и огляделся. Он сразу понял, что бить нужно там, где наклонённые в одну сторону шипы паука сходились с другой волной, наклонённой в другую сторону, собираясь в подобие хохолка, правда, такого, что им можно было проткнуть не очень откормленную лошадь. Это была середина его тела, и органы Чунду были здесь уязвимей всего.
Лотар покрепче схватился левой за острые наросты, царапая кожу, встал на колени, размахнулся и ударил. Гвоздь зазвенел и чуть не вылетел из рук Лотара. Хитиновый покров паука здесь был твёрд, как поверхность скалы. И всё-таки гвоздь вошёл в панцирь Чунду — правда, всего на дюйм-полтора, но он удержался, даже когда Лотар убрал руку.
Желтоголовый привстал, придерживаясь вытянутой левой, чтобы не слететь вниз, и ударил по шляпке правым наручем, используя руку как кувалду. Рука заныла от кисти до плеча. Но Лотар ударил ещё и ещё. И хотя гвоздь почти не поддавался, он чувствовал, что остриё что-то там рвёт, чтобы пройти твёрдый панцирь и вонзиться в мякоть, где было сердце Чунду.
Собравшись с силами, он ударил со всего размаха и чуть не воткнулся носом в гребёнку на спине, потому что гвоздь влетел в спину паука, преодолевая сопротивление, которое ему оказал бы не очень большой пук шерсти. Лишь изогнутые, поблёскивающие края хитиновых наростов остановили руку Лотара. Гвоздь сидел в теле Чунду чуть не по самую шляпку.
Тот на мгновение остановился, казавшееся бесконечным кружение паука на одном месте замерло. В глубине сознания чудовища появилось понимание, что с ним что-то пытаются сделать и это несёт ему
И тогда Чунду взорвался таким фонтаном энергии, какого Лотар не ожидал. Он удерживался на спине паука не более нескольких секунд. Потом его тело взлетело вверх и опустилось на иглы Чунду со всего размаха, едва не нанизавшись на них. Острия проникли неглубоко, главным образом потому, что Лотар не разжал руки и сумел, в общем, погасить удар.
Но атака повторилась, и после третьего удара Лотар понял, что скоро его насадят на эти шипы-иголки. И всё-таки он держался. Улучив момент, он выхватил ещё один гвоздь, размахнулся и попытался, используя силу встречного движения, всадить его поглубже в спину Чунду.
Это почти получилось. По крайней мере, гвоздь воткнулся в хитин паука, и Лотар даже несколько мгновений держался за него. Но потом Чунду так хитро повернулся, что Лотар скользнул вбок и оказался от торчащего вверх гвоздя не меньше чем в десяти футах.
Лотар рванулся к нему, но так неудачно, что задел левым плечом какой-то странный шип, который оказался острым, как восточная сабля, и почувствовал, что по руке потекла кровь. Лотар повернул голову и проникающим взглядом осмотрел себя. Это была плохая рана, довольно опасная. Кажется, он задел вену, и действовать ему осталось совсем немного, прежде чем он истечёт кровью и потеряет сознание.
Нет, нет. Он умеет такое, на что не способен никто другой… Стиснув зубы, Лотар приказал ране затянуться и в таком же невероятном, взрывном темпе мутировал руку в жёсткую, покрытую непробиваемой коростой клешню, способную держаться за эти острия на спине Чунду, как за мягкую шёрстку.
Приказ левой руке запустил механизм мутации и для правой. Лотар и подумать не успел, а его правая уже превращалась в мощную, тяжёлую, как молот, лапу, словно бы пришитую к его телу от другого существа. Она дико заболела от этой трансформации, но движения боль почти не ограничивала.
На очередном скачке Чунду Лотар размахнулся. И в этот миг кованый наруч с оглушительным треском лопнул. Лотар с удивлением посмотрел на руку. Вздувшиеся мускулы разорвали бронзу, как гнилую кисею. Он и не знал, что способен на это.
Внезапно Чунду вздыбился на задних ногах, и Лотар повис на своей ещё не набравшей полную силу клешне. Ноги его соскользнули, и он понял, что вот-вот полетит вниз. Тогда, уже теряя равновесие, он размахнулся и вколотил гвоздь в спину Чунду по самую шляпку одним ударом.
Из хитинового панциря брызнула жёлтая кровь паука, смешавшись с алой кровью Лотара, залившей его незащищённую правую лапу, что была пробита в трёх местах острыми шипами. И в следующее мгновение Чунду стряхнул его с себя, как мошку.
Отмашкой ног Лотар попытался уравновесить непропорционально тяжёлые руки, а когда понял, что не успеет, отбросил руки назад, и это дало ему возможность пронести ноги над головой. Получилось обратное сальто, и это спасло его.
Он упал на камни, застонав от боли. На мгновение ему показалось, что позвоночник раскололся, как перекалённый меч. Но он подтянул ноги и встал, выпрямился на подрагивающих ногах. Кажется, всё цело.