Послесловие
Шрифт:
— Не привык отдыхать.
— Ну, да, ну, да. В милицию это хорошо, в милицию это замечательно. Кадров нам очень не хватает.
— Пополнение идет с фронта.
— Да, да. Ну, что полковник, когда сможешь приступить?
— Когда скажете.
— Тогда понедельник, полковник. Возьмешь на себя работу Кировского подразделения. Кабинет тебе готов, второй месяц там начальника нет, подраспустились малость. Ты уж наведи там шороху, чтобы по уму все было, — усмехнулся. — Давай. Надеюсь, в работе по сохранению
— Так точно!
Домой пошел через "черный рынок". В вещмешке лежало в бумагу завернутое малиновое платье из панбархата, что ребята ему в подарок сестре принесли за день до отъезда. А еще шикарную, белую паутинку шаль ей из Германии привез, и куклу. Так что подарки были, просто не отданы, но вот с продуктами стоило вопрос решить. Планировал Санин завтра же сходить на ВДНХ, очень надеялся там Сашку встретить, вот бы и посидели все вместе. А стол накрыть не Валины хлопоты.
Потолкался, подивился ассортименту товаров и ценам.
Сало увидел.
— Почем отец? — спросил у заскорузлого, потрепанного старичка без ноги.
— Двести рублев кило, товарищ полковник, — прошамкал тот.
— Ого! Ты не приболел, отец? Чего ж цена такая?
— Спекулянты проклятые! Совсем обнаглели! — возмутилась какая-то дородная гражданка, проходя мимо, как танкер.
— Нее, хорошая цена. Тама вона двести двадцать продают.
Санин потоптался: аппетитное сало.
— Кило возьму, уступишь?
— Нуу, чаво… сто девяносто пять.
— Сто девяносто, беру килограмм.
Старик подумал, губами пошлепав и рукой махнул:
— Эх! Ладно-ть! Бери служивый. Абы кто — не уступил бы, а те и задарма б отдал, но самому че-то кушать надь.
Мужчина обрадовался, расплатился, сало забрал, довольный дальше пошел.
Домой вернулся, к приходу сестры успел картошки нажарить с салом, остальную свою добычу под полотенце на стол положил, и сел, загадочно улыбаясь. Представил, как Валюха обрадуется.
И затылок огладил: дожили, а? Продукты самый лучший подарок!
Ну, ничего, обойдется. Не пропадет с ним сестренка, откормит, а там положение у всех выправится. Война закончилась, это главное. А что с питанием плохо, естественно — все ведь не плугом пропахано и не зерном засеяно.
Валя уставшая пришла, без сил на табурет опустилась и на Колю смотрит:
— Ты чего загадочный такой?
Взгляд по кухне шарит, ничего понять не может, а нос уже запах уловил, губы в улыбке растянулись:
— Картошки купил! — качнулась к нему, глаза вспыхнули радостными огоньками.
— И даже нажарил, — хмыкнул. Потянул полотенце и открыл сокровища. У девушки глаза как блюдца стали, отпрянула даже, обозревая здоровенный шмат, хлеб, нормальный чай,
— Коляяя!!
Взвизгнув, на шею ему кинулась. Мужчина невольно заулыбался: вот и оттаивает сестренка, в прежнюю непоседу превращается. "Ничто Валюха, хорошо все будет, не пропадем", — по голове ее погладил.
— Кушать давай, голодная.
— Да ты знаешь!… Ты!… Это же нам на месяц!… Это же!… Аааа!! Колючка ты моя родная!! Аааа!
Николай рассмеялся — грел душу восторг и счастье девушки. И «Колючка» старое, довоенное прозвище, что Валя ему в приступах вредности цепляла, как — то особенно трогательным показалось, теплым.
Уже набивая рот картошкой и щурясь от удовольствия, Валя тараторить начала:
— Надо отметить твое возвращение! Ты у меня герой и все должны знать, что ты вернулся! Я завтра хочу подружек пригласить: Зину и Фросю!
— Заяц, а без этого никак? — немного поморщился Николай.
— Никак! — отрезала. — Завтра в восемь у нас. И тетю Клаву еще приглашу, с первого этажа соседку. Она тебя хорошо помнит, мне сильно помогала. Надо, Колюшка!
— Надо, так надо, — спорить не стал. — Во сколько собрание по случаю приезда героя намечается?
— Смеешься, да?
— Чуть, чуть, — улыбнулся.
— В семь, вечером.
— Боюсь, я не успею. Без меня начнете.
— Здрассте! — глаза округлила. — Как это без тебя? А где ты будешь?
— По делам. К восьми проявлюсь.
Девушка не стала выпытывать, что за дела и хорошо. Не хотелось ей говорить. Дроздова Валя хорошо знала и дышала к нему, ухарю, по-детски конечно, но неровно. Поэтому обнадеживать не хотелось, как не хотелось потом огорчать, если встреча не состоится.
— Да, если у нас завтра праздник намечается, то тебе нужно красивой быть.
— А я не красивая? — испугалась и расстроилась девушка.
— Нет, наоборот. Не так выразился — нарядной.
— Ааа, — волосы поправила. "Девчонка", — головой качнул, и пошел в комнату, платье достал. — Валя? Вааль?!
— Чего? — выглянула из-за дверей и рот открыла, увидев переливающееся чудо в руках брата. Руки к груди прижала, сердце выпрыгивающее придерживая:
— Мамочки!
— Тебе, — протянул, а девушка взять боится. — Чего ты? — не понял Николай, нахмурился — не нравится, что ли?
— Оно же дорогущее! Ой!
— Ну, не дороже денег. И вообще, это подарок, от братьев. Ребята тебе лично притащили, — сунул ей в руки и пошел курить, чувствуя неудобство.
Тихо за стенкой было, это тоже беспокоило. Пару папирос выкурил, и не выдержал, заглянул в комнату, и вздохнул облегченно: Валюха в платье крутилась у зеркала и на палец локоны накручивала — прихорашивалась.