Последыш Древних
Шрифт:
Несколько минут ничего не происходило, а затем один за другим в темное небо взлетели два световых шара. Они озарили местность, и Рунольв Виниор выдохнул:
– Проклятье!
Я промолчал, но с Рунольвом был согласен. Мы-то считали, что против нас выступит неполная тысяча ополченцев и дружинники, а увидели, что вышел весь город. Минимум четыре тысячи человек. И поле между Савассом и лагерем было усеяно людьми: мужчинами, женщинами, подростками и даже стариками, неорганизованной толпой, сжимая в руках дубины, молоты, ножи, самодельные пики, вилы и косы, молча валившими вперед. Горожане, обезумев, в едином порыве пошли в атаку на неполные пять сотен морейских солдат.
– Приготовиться к маршу! – Рунольв отдал команду.
Штурмовики построились в колонну и замерли. А жители Савасса тем временем приближались к повозкам. Они по-прежнему молчали, и это было страшно. Ни криков, ни яростных кличей, ни стонов, ни женского плача. Только равномерный топот тысяч ног и дрожь земли, редкое звяканье металла и слитное дыхание людей, дышавших, как мне показалось, в унисон. И когда до стоянки морейского отряда оставалось двести шагов, наши арбалетчики дали дружный залп. Не менее сотни арбалетных болтов ударили в толпу, и каждый нашел цель. Первый ряд горожан рухнул словно подкошенный, но масса людей продолжала молчать и была подобна океанскому приливу, который невозможно остановить.
В лагере пропела сигнальная труба, и одновременно с этим наши чародеи метнули два крупных огнешара. Они целились в барона, погонщика человеческого стада, но огненные комки до него не долетели. Они распались на кусочки, упавшие в толпу и проредившие ее. Но это мелочь, слишком много оказалось врагов, и они не обращали на потери никакого внимания. Главным было другое – Ятнах не шарлатан и кое-что умеет. Темный жрец отбил двойной удар морейских магов, которые по умолчанию сильнее местных чародеев, и это было серьезной угрозой.
Бум!!! Толпа горожан накатила на повозки, и звук столкновения раскатился по окрестностям. Световые шары наших магов медленно угасали, но в лагере зажгли множество факелов, и мы видели, что там происходит. Морейские солдаты осыпали противника дротиками и били врагов копьями, а арбалетчики стреляли. Но удержать толпу на расстоянии не получилось, и вскоре дело дошло до рукопашной. В ход пошли мечи, и, судя по всему, наши товарищи проигрывали. Под напором атакующих груженые обозные повозки сдвинулись с места, и появились прорехи. Толпа оболваненных людей бросилась в эти проломы, и если бы не линейная пехота, стеной щитов заткнувшая проходы в лагерь, то противник мог бы прорваться внутрь, и тогда разгром отряда был бы неизбежен.
Впрочем, это было только вопросом времени. Натиск толпы возрастал, и план капитана не удался – это очевидно. Значит, нам следовало действовать по обстановке, и Рунольв Виниор, окинув взглядом своих братьев и меня, сказал:
– Надо атаковать барона. Пока он жив, толпа не остановится.
С лейтенантом никто не спорил. Он был прав, и рота покинула свое укрытие.
После боя за Дер-Вагат нас оставалось всего девяносто человек. И если бы хотя бы часть атакующей толпы повернула на нас, то рота перестала бы существовать. Но мы шли в темноте и в стороне от боя. Поэтому марширующую колонну морейцев никто не увидел, а мы огибали толпу врагов по полю и следили за развитием сражения.
Горожане атаковали как безумные. Хотя почему как? Они и были безумцами, потерявшими страх под
Ну а наши чародеи вели свой бой. Они обменивались с бароном магическими ударами, и не всегда было понятно, что они используют. После огнешаров чародеи кинули молнию и ледяную стрелу, но барон снова смог отбиться и ответил. Он послал в сторону отрядной стоянки кроваво-красную кляксу, и тут уже наши маги не сплоховали. Клякса сгорела в воздухе, и в Ятнаха полетело что-то вроде светового трезубца, почти достигшего цели. Однако барон вновь показал свое умение. Трезубец ударился в силовой щит и рассыпался. По окрестностям пронесся громкий звон, будто разбили поднос с хрустальной посудой, и магическая дуэль продолжилась.
Короче, все были при деле, и только мы в стороне. Штурмовая рота продолжала быстрый переход и, обойдя толпу врагов, которая начала обтекать лагерь сводного отряда с флангов, остановилась всего в сотне шагов от барона и его дружинников. Вот-вот нас должны были заметить. Скрываться дальше смысла не было, и Рунольв, вскинув меч, закричал:
– В атаку!
Как мы шли колонной, так и побежали. Никакого правильного строя. На это просто не было времени, а противник перед нами конный и мог сбежать. В общем, ставка была сделана на скорость, и она себя оправдала. Дружинники барона и он сам ничего подобного от морейцев не ожидали. На своей земле и под прикрытием атакующей массы оболваненных горожан они чувствовали себя в полнейшей безопасности. А зря, потому что мы были уже рядом.
Штурмовики накатили на противника из темноты, подобно смерчу, и устроили резню. Я оказался в первых рядах и на ходу кинул в толпу врагов «огненную каплю», яркой искрой с шипением пронесшуюся по воздуху и упавшую в строй конных воинов. В барона не попал, но парочку дружинников из седел выбил.
В ушах стоял рев бегущих воинов, встретивших мое удачное начало одобрительными криками, а потом я оказался перед всадником, который вздыбил своего коня, и подкованные копыта животного собирались опуститься на мой шлем. Думать было некогда, в бою это опасно, и я подпрыгнул. Левая рука схватилась за повод уздечки, а правая, сжимавшая скьявону, продолжила движение вверх. Я надеялся достать всадника, но смазал. Клинок прошел в стороне от закованного в броню тела, но зато я удержал коня и уцелел.
– Морейский пес! – услышал я и увидел, что дружинник барона выхватил из ножен саблю.
«Уклонюсь! – подобно молнии, промелькнула в голове мысль. – Под мордой коня спрячусь».
Но меня опередили. В дружинника вонзился арбалетный болт, и он, падая из седла, выронил оружие.
«Неплохо!» – потянув на себя повод, я успокоил животное, а затем взгромоздился в седло и огляделся.
Вокруг шел бой. Штурмовики смели дружинников в считаные секунды, и только возле барона оставалось пять или шесть человек, прикрывавших его. Однако останавливать схватку никто не собирался, и численный перевес был на нашей стороне. Поэтому уничтожение темного чародея и жреца Двурогой Гэль было делом минуты.