Последняя милость
Шрифт:
Убийца мог создать лужу двумя путями. Растопить снег или полить его какой-то другой жидкостью. Но если бы он разлил кофе или чай, или любой другой напиток, на таком морозе лужа бы замерзла в считаные минуты.
Так почему же она не замерзла?
Да потому что эта жидкость была создана специально для того, чтобы не замерзать.
Антифриз для обмывания ветрового стекла. Повсеместно распространенная голубая жидкость, которую зимой все канадские водители расходовали в огромном количестве. Она смывала с ветрового стекла снеговую кашу и соль, но, в отличие от воды, не замерзала.
Неужели
— Это антифриз для ветрового стекла, — сказала Аакост.
Теперь это не вызывает сомнений, подумал Гамаш. По крайней мере, наконец-то в этом деле хоть что-то прояснилось.
— Но каким образом убийце удалось разлить антифриз так, чтобы этого никто не заметил? — спросила Лакост.
— А откуда нам знать, что этого никто не заметил? — задал встречный вопрос Гамаш. — Мы же об этом не спрашивали. А ведь кое-кто сидел прямо рядом с мадам де Пуатье. И этот кое-кто мог что-то видеть.
— И кто же это? — поинтересовался Бювуар.
— Кей Томпсон.
Гамаш встал и подошел к схеме места преступления, которую нарисовал Бювуар. Рассказав о беседах с жителями Трех Сосен, которые у него состоялись накануне, он дорисовал на схеме три крестика, сосредоточив их возле нагревателя.
— Это складные стулья. На них должны были сидеть три пожилые дамы. Которые, собственно, и принесли их с собой. Но в результате только одна из них сидела на стуле. Вот здесь, — Гамаш показал на крестик, обозначавший место Кей Томпсон. — Две другие дамы играли в керлинг, а на том стуле, который стоял ближе всего к нагревателю, сидела Сиси. Теперь третий стул… — Он обвел крестик, расположенный ближе всего к площадке для керлинга. — Он лежал на боку. И если я не ошибаюсь, именно под ним была лужа, верно?
Гамаш посмотрел на Лакост, которая кивнула и сказала:
— Сейчас этот стул в лаборатории, но, думаю, даже без результатов анализов можно утверждать, что именно он был орудием убийства.
— Разве орудием убийства был не обогреватель? — спросил один из агентов, поворачиваясь к Бювуару. — Мне показалось, ты сказал, что жертва прикоснулась к предмету, находившемуся под напряжением. А таким предметом, несомненно, является обогреватель.
— C'est vrai, — согласился Бювуар. — Но, судя по всему, Сиси убил не он, а стул. Если присмотреться к следам от ожогов на ее ладонях, то видно, что они повторяют форму алюминиевых трубок, составляющих каркас спинки.
— Каким же образом стул оказался под напряжением? — поинтересовалась одна из техников.
— Именно это нам и предстоит выяснить, — сказал Бювуар, настолько увлекшийся этой запутанной загадкой, что даже не сказал девушке, чтобы та занималась своим делом. Да и вопрос был задан по существу. Каким образом заряд от нагревателя смог превратить обычный стул в электрический?
Электрический стул.
Это словосочетание не давало покоя аналитическому мозгу Жана Ги Бювуара. Было ли это совпадение случайным? Или убийца сознательно устроил все так, что смерть Сиси де Пуатье вызывала ассоциации с казнью на электрическом стуле?
Может быть, это было возмездие? Воздаяние за грехи? Кара за какое-то преступление, совершенное Сиси? Если это так, то это была первая казнь, состоявшаяся
— А как вы думаете? — Гамаш повернулся к задавшей вопрос молодой женщине в рабочем комбинезоне. — И как вас зовут?
— Селина Провост, сэр. Я работаю электриком в техническом отделе Сюртэ. Меня прислали сюда подключить компьютеры.
— Bon, Agent Provost [46] .У вас есть какая-то теория по этому поводу?
46
Хорошо, агент Провост.
Девушка довольно долго задумчиво рассматривала нарисованную схему, после чего спросила:
— Какое напряжение у генератора?
Бювуар сказал. Девушка кивнула, еще немного подумала и разочарованно покачала головой.
— Сначала я подумала, что, возможно, убийца мог подсоединить стул к нагревателю дополнительными проводами, а потом просто спрятать их под снегом.
— Но?..
— Но тогда бы этот стул был все время под напряжением. Он был бы электрифицирован с той самой секунды, как убийца подсоединил к нему провода. И током убило бы любого человека, который прикоснулся к нему. У убийцы не было никакой гарантии, что этим человеком окажется именно мадам де Пуатье.
— А никак нельзя было по желанию включать и выключать ток?
— Никак. Разве что при помощи генератора, который был установлен на грузовике. А он работает настолько громко, что все бы заметили, если бы он вдруг выключился. Если же убийца подсоединил провода в последнюю минуту, то тогда та женщина, о которой вы говорили, со своего места обязательно бы это увидела.
Гамаш обдумал слова женщины-электрика. Она была права.
— Извините, что не смогла помочь, сэр.
— Продолжим, — сказал Гамаш, возвращаясь на свое место за столом.
В течение следующих двадцати минут различные агенты поочередно докладывали о находках, сделанных на месте преступления, предварительных результатах анализов и о том, что уже удалось выяснить об окружении убитой.
— На сегодняшний день, — докладывала агент Лакост, — нам известно, что Ричард Лайон работает в конторе швейной фабрики, где находится на прекрасном счету. Он делает всю канцелярскую работу и составляет график сменной работы. Но в свободное от своей службы время он изобрел вот это. — Она развернула какую-то схему и продемонстрировала ее присутствующим.
— Хватит с нас загадок, — сказал Бювуар. — Что это?
— Бесшумная застежка-липучка. Судя по всему, американские военные столкнулись с нешуточной проблемой. Теперь, когда им все чаще приходится сражаться в непосредственном соприкосновении с противником, соблюдение абсолютной тишины приобретает первостепенное значение. Они подкрадываются к своим врагам… — Лакост пригнулась, изображая затаившегося в засаде солдата. — …и собираются открыть стрельбу. Но беда в том, что вся амуниция находится в карманах, а карманы застегиваются липучками. Стоит попытаться открыть такой карман, как треск липучки выдает их местонахождение. Это стало огромной проблемой. Человек, который изобретет бесшумную липучку, станет миллионером.