Последняя цитадель Земли
Шрифт:
— Резиновые перчатки! — фыркнул Корт. — Лишь толстый слой свинца может защитить от «чумы»! Если вы не уйдете сейчас, мы убедим вас уйти силой оружия. Предупреждаю вас: я не замедлю это сделать, если вы вынудите меня.
— Он не блефует, — нервно произнес кто-то. — Я видел ствол в верхнем окне.
— Не дергайся, — проворчал оратор. — Значит, так, мистер Корт: если вы не отдадите больного, мы войдем в дом. Вот и все дела.
Он двинулся вперед.
Корт выхватил пистолет и прицелился в старика.
— Только поставь ногу
Тот начал медленно подниматься по ступеням. Остальные потянулись за ним. Палец Корта напрягся на спусковом крючке, однако он не выстрелил. Его лицо ужасно исказилось от противоречивых чувств, бушевавших в его душе. Стивен Корт, человек, сделанный из стали и льда, мучается дурацкими эмоциями? Стреляй! Это был самый логичный выход. Нужно стрелять, чтобы спасти Сэмми, спасти эксперимент от невежественных обывателей.
Но они не хотели убивать. Корт знал, что это были честные, трудолюбивые люди, души не чаявшие в своих близких и стремившиеся любой ценой защитить их от опасности.
Ближайший человек был лишь в нескольких шагах от него, но Корт не стрелял и не подавал знака, который мог бы обрушить на головы людей ураганный огонь из верхних окон. Его губы скривились в мучительной нерешительности.
Из дома донесся пронзительный крик. Дверь распахнулась, и Марион Бартон с побелевшим лицом выбежала наружу.
— Стивен! Скорее!
Корт развернулся, не обращая внимания на осаждающих.
— Что случилось?
— Сэмми появился в лаборатории. Он был…
Толпа за его спиной дружно ахнула. Люди попятились, охваченные ужасом. Обхватив Марион за талию, Корт оттащил ее в сторону. В следующее мгновение нечто вышло из дома и остановилось в дверном проеме.
Корт знал, что это Сэмми, но изменения, происходившие с его пациентом, невероятно ускорились. Теперь Сэмми не напоминал даже то чудовище, которым он был лишь полчаса назад. На пороге покачивалась белая тень с мерцающими тонкими краями. Бледное свечение, исходившее от плоти Сэмми, стало таким ярким, что полностью скрывало остатки тела. Смотреть на него было все равно что смотреть на нить электрической лампочки, горящей вполнакала.
Сияющий силуэт со смутно человеческими очертаниями стоял на пороге. Потом послышался шепот — странный бессловесный шелест, похожий на гудение электрических проводов под высоким напряжением.
Тень качнулась вперед, и ее мерцающие руки сомкнулись вокруг пожилого человека в комбинезоне. Тот завопил так, словно его душа разлучалась с телом. Потом он упал и остался лежать неподвижно. Его тело странно съежилось, бледное и безжизненное.
Толпу охватила паника. Люди разбегались в разных направлениях. Существо, которое когда-то было Сэмми, заскользило вниз, преследуя их.
— Боже мой! — прошептал Корт. Его лицо исказилось от боли, но он медленно поднял пистолет и прицелился. — Сэмми!
Грохот выстрела гулко раздался в
— Бесполезно! — Корт скрипнул зубами. — Оно поглощает все виды энергии, включая кинетическую.
Наверху распахнулись окна. Застрекотали автоматные очереди, грохнули ружейные выстрелы, и град пуль обрушился на светящийся ужас, скользивший к дороге. Силуэт мелькнул за деревьями и исчез.
Марион изо всех сил сжала руку Корта.
— Бедный Сэмми! Мы отправимся за ним?
— Это не Сэмми, — мрачно ответил ученый. — Это живой кошмар, чуждое существо — быть может, из другой Вселенной. Да, Марион, я собираюсь за ним, но сначала мне нужно надеть свинцовый костюм. Впрочем, я не уверен, что смогу изловить его, даже защитившись от излучения.
Он сунул бесполезный пистолет в карман пиджака.
— Существо, чье прикосновение означает мгновенную смерть, свободно разгуливает по улицам, а я даже не знаю, можно ли убить его!
Глава 11 ЧЕЛОВЕК ИЗ КАРФАГЕНА
Сципион Агрикола сидел в темнице под цирковой ареной. Глядя через решетчатый настил, он наблюдал, как один гладиатор выпускает кишки другому. Хороший удар, подумал он, быстрый и чистый. Галльские рабы дрались как загнанные волки, но не продлевали мучения побежденных противников. Сципион надеялся, что его выставят против одного из них, а не скормят львам и не затопчут слонами на арене. В лязге сталкивающихся мечей есть нечто, вселяющее мужество даже в сердца обреченных.
Вооруженный стражник протопал по коридору и распахнул дверь камеры Сципиона. На его ястребином лице заиграла улыбка.
— Скоро твоя очередь, — сообщил он.
— Вот и хорошо, — с приятной улыбкой отозвался Сципион. — Я устал воевать с блохами.
Стражник хохотнул и наклонился, чтобы поправить ремешок сандалии.
— Клянусь Ларами, ты храбрый человек! Жаль, что твоим мечтам не суждено сбыться. Я бы не возражал служить под началом такого полководца, как ты.
— Я потерпел поражение потому, что мои люди были трусливы, как кролики. — Сципион с отвращением сплюнул на пол. — Иначе мы могли бы взять Карфаген почти без кровопролития.
— Да, если бы твоя армия не бежала, оставив тебя одного сражаться с имперской стражей. — Солдат покачал головой и усмехнулся. — С тех пор как ты вернулся в Африку, Сципион, начались сплошные неприятности. Когда эти проклятые римляне вопят: «Карфаген должен быть разрушен!» — это уже достаточно плохо, но они, по крайней мере, не пытаются его разрушить. А что сделал ты?
Глаза Сципиона зловеще вспыхнули. Он был громадным темнокожим мужчиной с иссеченным шрамами жутковатым лицом средневековой горгульи. Его нос был неоднократно сломан, на голове курчавились завитки жестких черных волос.