Последняя цитадель Земли
Шрифт:
Она быстро шла по тоннелю, освещая дорогу тусклым голубым светом фонарика. При неожиданном появлении врага фонарик можно было превратить в оружие простым поворотом рукоятки, но Джулия с каждой минутой все больше доверяла способностям ллара. Он вел ее по тоннелям, которые, судя по всему, оставались безлюдными с тех пор, как последний андареанский император испустил дух у ног первого императора династии Лайоне.
Наблюдая за гибким зверьком, уверенно двигавшимся в полумраке, Джулия дивилась тому, как ллар мог запомнить столь сложный путь. Руководствовался ли он инстинктом направления или действительно разбирался в лабиринтах здешних тоннелей? Ни один из известных ей людей не смог бы ответить
Цепочка частых маленьких следов уводила ее все дальше и дальше. Поднимаясь и опускаясь, они шли по древним руинам, через гулкие залы и пещеры, наполненные вековой пылью.
По-видимому, теперь они приближались к концу путешествия. Джулия уже чувствовала дуновение свежего ветерка в тоннеле и улыбалась, воображая, какой восторг поднимется во дворце при ее появлении. Она благодарила своих имперских предков за то, что Эгид решил посоветоваться с Древними: это давало ей необходимое время. Теперь х'вани не смогут покинуть Эрикон со своим новым оружием.
Подземное путешествие закончилось внезапно. Они свернули за угол, и Джулия увидела приоткрытую дверь лишь в нескольких шагах перед собой. Ллар издал высокий хнычущий звук и отбежал в тень у входа в тоннель. Осторожно, но с радостным предвкушением чуда Джулия распахнула дверь и выглянула наружу.
Все заранее подготовленные приветствия, срочные распоряжения и слова утешения замерли у нее на губах. Здесь не с кем было разговаривать. Влажный воздух пахнул ей в лицо, наполненный ароматом свежей зелени и сырой земли. Но вокруг не было ни людей, ни зданий. Она оказалась даже не в одном из городских парков, а в густом лесу, простиравшемся во все стороны, насколько хватало взгляда. Ничто не двигалось; лишь моросящий дождь тихо шелестел в листьях деревьев. Джулия с тревогой оглянулась к своему маленькому проводнику, но ллар бесследно исчез. Она направила в коридор ярко-голубой луч фонарика, но обнаружила лишь путаницу маленьких следов, исчезавших во тьме. Послав несколько проклятий вслед сбежавшему зверьку, она с трудом удержалась от слез. Почувствовать вкус победы и снова оказаться ни с чем!
Она знала, что это за лес. Внимательно изучив пыльный пол у выхода из тоннеля, она увидела отпечатки следов, оставленные Эгидом, когда он вышел в лес, где обитали Древние — запретный, неизведанный лес, охраняемый бессчетными поколениями человеческих жизней на Эриконе.
Джулия с тяжелым чувством огляделась по сторонам. Должно быть, Джейр вместе с предателями андареанами находится не слишком далеко отсюда. Она не имела понятия, что делать дальше, не знала, в какой стороне и как далеко находится город. Разумеется, она не собиралась возвращаться глухими лабиринтами подземных тоннелей, но в запретном лесу можно блуждать до скончания дней, так и не приблизившись к его краю. Если бы ллар сейчас показался ей на глаза, Джулия не раздумывая пристрелила бы его, настолько велико было ее разочарование. Но это ничего не меняло. Она должна вернуться в столицу, хотя бы для того, чтобы предупредить о предательстве андареан и возможном нападении х'вани.
Воспоминание о сияющем лице Эгида, когда он возвращался к ней со смертоносными дарами андареан, наполняло ее душу безысходным отчаянием. Надвигающийся конфликт грозил разрастись до невиданных размеров. Разрушения, причиненные новым оружием, будут колоссальными, если она не найдет какой-нибудь способ помешать этому.
Может быть… Джулия задумчиво всмотрелась в плотные ряды деревьев. Если она сможет остановить Эгида — но как это сделать, не убив его? И хочет ли она этого? Ее мысли пошли по кругу: он тоже замешкался, когда убийство принцессы могло оказать решающее влияние на исход войны. Она глубоко презирала его за эту слабость, однако сейчас
Должно быть, он углубился в лес по этой узкой лощине, напоминавшей тропу, вьющуюся между холмами. Возможно, она сумеет отыскать его следы на сырой почве.
Если она сейчас последует за Эгидом и убьет его игольным лучом или дуннарским оружием, то сможет ли Джейр улететь с Эрикона без своего вождя? Останется ли у нее достаточно времени, чтобы найти дорогу до города, оставив мертвого Эгида лежать в сыром лесу?
Все казалось слишком запутанным, да Джулия и сама точно не знала, чего она хочет. Но этот выбор казался наиболее предпочтительным. Она пойдет по следу Эгида, а остальное решится само собой.
В лесу стояла глубокая тишина. Джулия давно не чувствовала себя такой одинокой. Она шла в приглушенных зеленых сумерках под тихий шелест дождя. Эгид проходил этой дорогой до нее; время от времени она видела отпечатки его следов на сырой земле и примятую траву. Она напрягала зрение и слух, ожидая его возвращения, но в лесу ничто не двигалось — лишь капли дождя мерно стучали вокруг, да откуда-то доносилось отдаленное кваканье лягушек.
Тишина, одиночество и монотонность прогулки постепенно успокаивали ее. Лес был священным местом, где человек чувствовал себя крошечным и незначительным. Живые боги когда-то вершили в этом зеленом сумраке свои непостижимые дела, а может быть, вершат и сейчас. Джулия с беспокойством огляделась по сторонам. Она совсем недавно столкнулась с осязаемым, ужасным могуществом Древних, и воспоминание до сих пор потрясало ее.
Внезапно ее охватил гнев. Эгид уже прошел этим путем. Конечно, он глупец, и лишь невежество оправдывает его вторжение в священное место, но если он осмелился на это, то ей негоже отступать. Она отправится за ним даже в замок Древних, чего бы это ни стоило!
Джулия вернулась к беспокойным мыслям, занимавшим ее в подземной темнице незадолго до появления ллара. Сможет ли она обратиться к Древним? А если Эгид уже беседовал с ними и получил совет, который может обеспечить х'вани быструю и решительную победу? Согласно преданию, Древние в самом деле давали людям мудрые советы. Те, кто осмеливался совершить паломничество к ним, иногда возвращались со знаниями, приносившими им славу и богатство.
Да, будет унизительно повторить чужой путь, но если Эгид пришел и ушел, то и Джулия должна это сделать. Она постепенно оправлялась от потрясения и замешательства. Ее разум снова обрел твердую опору в принципах, которыми она так долго гордилась. Но тем больнее было сознавать, что она вряд ли сможет убить Эгида. Слабость коренилась глубоко в подсознании Джулии, когда она думала о нем, хотя она не хотела признаваться в этом даже себе самой.
Принцесса передернула плечами, отгоняя назойливые мысли. Если она выживет в ближайшие несколько часов, у нее будет достаточно времени для размышлений.
Перед выходом из тоннеля она предприняла запоздалую меру предосторожности: достала из-за пояса андареанский пистолет-разрядник и затолкала под подкладку своего шлема, согнув гибкий ствол так, чтобы он не причинял неудобства.
Если Эгиду удастся застигнуть ее врасплох, он едва ли станет искать оружие в таком неожиданном месте.
Как мог путешественник, блуждавший в этом дремучем лесу, знать дорогу к храму? Но Джулия знала, хотя и не понимала, каким образом. Это было частью волшебства Древних, сгущавшегося вокруг нее в благоуханных зеленых сумерках. Поэтому она даже не удивилась, увидев высокие черные стены, вздымавшиеся над кронами деревьев, но лишь замерла на месте, затаив дыхание и глядя на обитель живых богов.