Последняя битва
Шрифт:
Как всегда, на Ближнем востоке царила полная неразбериха, пальба там не стихала. Люди жили в постоянном напряжении, даже старость наступала раньше. А теперь еще и плотина взорвалась. Последствия этой трагедии были устрашающими.
Дэмьен чувствовал себя в своей стихии, будто этот кабинет был его собственной резиденцией. Он принялся рассматривать портрет Джона Кеннеди, висящий на стене. Многие репортеры давно обратили внимание на внешнюю схожесть Дэмьена с семейством Кеннеди, в особенности с Робертом. И они так часто использовали это
Конечно, некоторое сходство действительно существовало. Дэмьен, правда, был более черноволосым, чем Роберт Кеннеди, но обоим было присуще мальчишеское очарование, пленявшее как женщин, так и мужчин. Роберт Кеннеди, как и Дэмьен, пользовался успехом у самых очаровательных женщин. Оба были богатейшими и могущественными людьми. Карьера Кеннеди стала легендой. Теперь наступила очередь Дэмьена.
Торн резко повернулся и взглянул на президента. Тот пожал плечами, как бы извиняясь, что телефонный разговор затянулся.
– Я знаю, – говорил президент утомленным голосом, – но не сделаю никаких заявлений ни для него, ни для кого бы то ни было. Это только усугубит ситуацию. – Он забарабанил пальцами по столу. – И, пожалуйста, удостоверьтесь, чтобы телеграмма звучала нейтрально: «Президент выражает соболезнование» и т. д. Перед тем как отправить, дайте мне взглянуть на нее.
Он положил трубку и откинулся на спинку стула – солидный и уставший мужчина, изрядно поседевший за последние шесть месяцев.
– Вы можете поверить в это? – обратился он к Дэмьену. – Египетская оппозиция, видите ли, желает, чтобы их ноту протеста против плотины мы передали Израилю. А откуда мы можем знать, виновен ли в этом Израиль?
Дэмьен согласно кивнул. – Сдается мне, что это работа НФО, – заметил он.
Президент недоуменно уставился на него. – Нубийский Фронт Освобождения, – пояснил Дэмьен. – Это вполне проамериканская группировка, которая с самого момента построения плотины точит зуб на Каир. Они заявляют, что плотина отняла у них пятьдесят процентов родной земли. Кстати, так оно и есть в действительности. Если помните, сэр, во время сооружения плотины проводилась потрясающая операция по спасению бесценных статуй.
– Ах да, – уклончиво проговорил президент.
– Рамзес Второй, – подсказал Дэмьен. – Это был грандиозный успех с точки зрения археологов, но жизнь сотен тысяч нубийцев, оставшихся без крова, он никоим образом не улучшил.
– Но ведь было обращение ООН, не так ли? – поинтересовался президент.
– Правильно, сэр. Президент наклонился вперед. – Откуда у вас эта информация? – Одна из наших спасательных команд находилась в это время там. Еще до того, как появились египетские спасательные отряды. И они собрали воедино обрывки сведений, которые услышали от местных жителей.
– Я хотел бы увидеть их отчет.
– Но, как вы понимаете, это совершенно неофициально. Президент кивнул. – Едва ли необходимо упоминать о том, что если
Дэмьен помедлил, как бы взвешивая в уме слова президента. – Сначала я проверю все это сам, – объявил он. – Не хотелось бы передавать в Белый дом фальшивую информацию. Что касается другого вопроса, боюсь, мне придется отказаться от права контролировать «Торн Корпорейшн», и я…
– Ни в коем случае, – оборвал его президент. – Об этом мы позаботимся.
Дэмьен изобразил на своем лице удивление: – Но это же противозаконн о…
Президент улыбнулся. – Ну, тогда мы слегка подправим закон, – попытался он закончить беседу.
– Есть еще два условия, – продолжал Дэмьен, глядя прямо в глаза президенту. – Во-первых, я бы хотел занять эту должность только на два года, до выборов в сенат.
Президент согласно кивнул. – Во-вторых, мне хотелось бы возглавить Совет по делам молодежи ООН.
Президент нахмурился. Вот здесь собирался поторговаться. С какого перепугу Торну приспичило завладеть этим постом? И вдруг его осенило. Дэмьен постоянно произносил нескончаемые речи о молодежи. Чрезвычайное пристрастие к молодым было похоже на душевное заболевание, ибо никто не мог объяснить его причины. Возможно, оно явилось следствием воспитания. Отец Дэмьена был убит при кошмарных обстоятельствах, когда мальчику было всего шесть лет. Потом бесследно исчез дядя, воспитавший ребенка. Видимо, все эти трагические события оставили в душе мальчика глубокий след.
Но просьба Дэмьена была неудобна со многих точек зрения. Президент покачал головой:
– Я уже обещал этот пост Фостеру.
– Я понимаю ваши затруднения, – продолжал Дэмьен, все еще пристально глядя в глаза президенту. Какое-то время тот удерживал взгляд, затем отвернулся и взял в руки блокнот. И тут Дэмьен понял, что выиграл.
– Так как там – Н, Ф…? – начал президент. О, – подсказал Дэмьен, – Нубийский Фронт Освобождения. Президент пометил что-то в блокноте, затем нажал на кнопку селектора. – Сандра, пришлите, пожалуйста, Крейга и не забудьте о билетах на субботний спортивный праздник. – Президент взглянул на Дэмьена. – Не хотите присоединиться к нам? Моя жена и детишки тоже собираются пойти на соревнования.
Дэмьен покачал головой: – К сожалению, я занят весь день. – Сандра, пять билетов так и остаются.
Как только президент отключил селектор, раздался легкий стук в дверь, и на пороге показался молодой человек.
– Крейг! – Президент кивком подозвал его. – Я хочу, чтобы вы познакомились с нашим новым послом при английском королевском дворе – с Дэмьеном Торном.
Молодой человек протянул руку для пожатия. – И попросите, пожалуйста, Эйзенберга подготовить для прессы сообщение.
– Сию минуту, господин президент. Молодой человек направился к выходу, а Дэмьен с обескураженным видом повернулся к президенту.