Последняя битва
Шрифт:
Фигуры в машине окаменели.
Капитан демонстративно взглянул на часы, и жестом указал на бойца с РПГ, вышедшего из-за дерева. Спецназовец сразу понял, что от него требуется: упал на колено, вскинул на плечо гранатомет, демонстрируя готовность выстрелить. Бойцы отпрянули и попадали в снег, выставив автоматы. Сергей Иванович помахал, высунувшемуся из башни танкисту в шлемофоне, и показал на лимузин. Тот понятливо кивнул и навел ПТРК на «ЗИЛ». Гэрэушник подтолкнул меня к обочине, сам отступил и напрягся, делая вид, что вот-вот спрыгнет вниз, в укрытие.
Дверь лимузина,
— Кто вы такие? На каких основаниях совершено нападение на члена Политбюро? По какому праву? — председатель КГБ старался держаться уверенно и грозно, но дрогнувший голос, мокрое от пота лицо, трясущиеся руки и вильнувший на мгновение взгляд выдали его с головой.
Капитан усмехнулся:
— По праву правосудия над предателями, данному советским народом и нашей Родиной. Не волнуйтесь, Юрий Владимирович, всё законно. С подробностями, вас познакомим позже, если решите сдаться, ну а, ежели нет…
Он ядовито усмехнулся, развел руками, и тут же озабоченно глянул на часы:
— Время истекло, что вы решаете?
— Мы сдаемся, — голос Андропова по-прежнему дрожал, а руки тряслись как у эпилептика. — Но вы за своё самоуправство ответите.
На снег возле двери упал «ТТ». Первым из машины вылез телохранитель.
— Пузом на землю, быстро. Руки и ноги в стороны, — прорычал капитан. Он уже оставил рупор и держал «калашников» наготове.
Охранник молча выполнил приказание, плюхнувшись брюхом на грязный асфальт.
Вторым вылез Андропов, его сразу же подхватили под руки, выскочившие на дорогу, как чертик из табакерки, Андрей со здоровенным старшиной.
– В мою машину его. Присмотрите, пока мы не подойдем. Головой за него отвечаете, — предупредил капитан.
Андрей кивнул.
Бойцы быстро скинули бревно за обочину и расступились, уступая дорогу, подъехавшему УАЗу и парочке УРАЛОВ с железными кузовами.
Машины прибыли из части для эвакуации пленных и бойцов. Перед операцией Ержан и Андрей проводили разведку прилегающей местности, и наткнулись на пустой ангар в нескольких километрах от засады.
Ранее в нём размещалась МТС. После передачи на баланс колхоза и реорганизации в ремонтно-техническую станцию, все оборудование перенесли в другое место, поближе к полям. Ангар остался пустым. Периодически в него завозили испорченную технику, мешки с удобрениями, косилки и другие инструменты, но основная площадь оставалась свободной.
Андрей с Ержаном зафиксировали удобное место для скрытой стоянки, и навестили председателя колхоза — собственника ангара. Представились офицерами КГБ, предъявили поддельные удостоверения, получили разрешение поставить машины для проведения операции по поимке шпионов. Затем заставили подписать перепуганного, растерянного руководителя несколько расписок о неразглашении государственной тайны. А за пару часов до операции загнали машины в помещение.
Перед встречей кортежа и глушением радиообмена, связисты, по команде Ержана, передали водителям приказ не спеша выдвигаться.
Машины прибыли вовремя, через пару минут после окончания стрельбы…
Растерянного и шатающегося председателя КГБ под руки уволокли в «козел». Затем
Пока капитан переговаривался с Андроповым, Ержан тоже не терял времени, контролируя сдачу сотрудников подразделения «А».
Сначала, под присмотром спецназовцев, из автобуса поочередно выбросили «калашниковы», «стечкины», «ТТ», пару ППС, штук пять НРС, разгрузки с магазинами, рациями. Затем из лежащего на боку автобуса с похоронными лицами начали выпрыгивать «альфовцы». Вылезло пять человек.
Один с сильно разбитой, окровавленной головой. Другой, бережно придерживал правую руку на весу и морщился при каждом шаге. Раненным оказали первую помощь, и разрешили остаться на ногах. Остальные, сняли бронежилеты, и легли животом на землю, раскинув в стороны руки и ноги. Каждого бойца обыскивали двое спецназовцев, пока остальные держали пленных под прицелом. При обыске фиксировали тело сапогами, чтобы не дергались. Каждый карман и складку одежды тщательно проверяли. Все обнаруженные предметы выбрасывались на землю. Руки после обыска заводились за спину, запястья крепко связывались тонким, но прочным шнуром. Ноги перевязывали так, чтобы пленные могли двигаться только маленькими шажками.
Пожалели только «альфовца» получившего перелом. Пострадавшую руку перевязали и подвесили к шее.Вторую хитрой петлей присоединили к лодыжке, ограничив подвижность.
Майор Зайцев хмуро наблюдал, как вяжут подчиненных. Только один раз бросил Ержану:
— Нельзя ли полегче с ребятами? Я же сказал, мы сдаемся. Они не будут сопротивляться.
— Нельзя, — отрезал казах. — У меня приказ. Нарушать не имею права.
Начальник «Альфы» скривился, но промолчал. Ему, как руководителю, руки не связывали. Просто завели за спину, надели имеющуюся в наличии единственную пару наручников и отвели в грузовик.
Пленных разместили посередине, на оббитой железом поверхности, в положении лежа. Недовольного командира «Альфы» усадили на скамейку. Ержан и Андрей разместились в кабинах грузовиков.
Андропов оказался в нашем «УАЗике». Слева его подпирал плечами здоровенный старшина, справа — я. Сергей Иванович сел спереди, рядом с водителем.
Машина уже двигалась с места, когда ожила рация.
– «Коршун», я — Беркут». Как слышно? Прием.
— «Беркут», я — «Коршун». Слышу тебя хорошо. Прием.
— Технари сообщают: с ними связались с дальнего поста. В десятке километров от Одинцово замечена колонна из двух машин. Впереди «зеленый РАФ», сзади шестьдесят шестой ГАЗ с бойцами в кузове. Замечено оружие и бойцы в полной экипировке. Предположительно, «альфовцы». Идут по направлению к нам. Через минут двадцать-двадцать пять будут здесь.
— Понял, — кивнул капитан, — Срочно уходим. «Ястреб» слышишь нас? Прием.
— «Ястреб — Коршуну». Слышу хорошо. Есть, уходим.
Невозмутимый водитель, увидев отмашку капитана, нажал на педаль газа. «УАЗ» взревел мотором, рванувшись вперед. Следом за ним тронулись грузовики. Замыкал шествие, гордо приподнявший пушку, БМД.