Последняя битва
Шрифт:
Ибо, действительно, как часто случается в жизни, это было похоже на театр. Толпа нарнийцев напоминала зрителей, занявших свои места, маленькая, заросшая травой полянка перед Хлевом, где горел костер и откуда Обезьян и Ришда разговаривали с толпой – сцену, сам Хлев походил на декорации, Тириан и его друзья как бы выглядывали изза кулис. Это была отличная позиция. Если бы кто-нибудь из них шагнул вперед в свет костра, все глаза моментально устремились бы на него, но пока они стояли в тени Хлева был один шанс из ста, что их заметят. Тархан
– А теперь, обезьяна, – сказал тархан Ришда низким голосом, – скажи те слова, которые более мудрые головы вложили тебе в уста. И держись прямо. – Говоря это, он легонько тыкал Обезьяна пальцем в спину.
– Оставь меня одного, – прохныкал Хитр, но сел прямее и начал более громким голосом:
– Теперь слушайте, все вы. Случилась ужасная вещь.
Злейшая и худшая из того, что .происходило в Нарнии. И Аслан…
– Ташлан, дурак, – прошептал тархан Ришда.
– Ташлан, я имею в виду, конечно, – сказал Обезьян, очень сердит по этому поводу.
В напряженном молчании звери ждали, какие новые неприятности обрушатся на них. Маленькая компания за стеной Хлева тоже затаила дыхание. Что произойдет теперь?
– Да, – сказал Обезьян, – в тот самый момент, когда Сам Ужасный среди нас – здесь, в Хлеву, позади меня – одно злое животное решило сделать, что бы вы думали-то, что никто бы не осмелился сделать даже будь он в тысяче миль отсюда. Это животное оделось в львиную шкуру и бродило по лесам, выдавая себя за Аслана.
Джил удивилась на минуту, не сошел ли Обезьян с ума.
Почему он говорит правду? Рев ужаса и ярости прокатился над толпой зверей. «Г-р-р-р, – раздалось рычание. – Кто он? Где он? Дайте мне испробовать на нем зубы!»
– Его видели прошлой ночью, – закричал Обезьян, – но он ушел. Это ослик! Самый обыкновенный несчастный осел. Если кто-нибудь увидит осла…
– Г-р-р-р, – зарычали звери. – Мы увидим его, мы увидим его. Пусть он лучше не попадается на нашем пути.
Джил взглянула на короля. Рот его был открыт. Лицо выражало ужас. тогда она поняла дьявольскую уловку врагов.
Примешивая немного правды, они делали ложь правдоподобной. Что пользы говорить теперь животным, что осла одели как льва, чтобы обмануть их? Обезьяну останется сказать: «Это то, что я вам говорил». Как теперь показывать ослика в львиной шкуре? Звери просто растерзают его на клочки,
– Мы в безвыходном положении, – прошептал Юстэс.
– У нас выбили почву из-под ног, – отозвался Тириан.
– Умно закручено, умно! – сказал Поджин. – Я готов поклясться, что эту новую ложь придумал Рыжий!
Глава 10. КТО ВОЙДЕТ В ХЛЕВ?
Джил почувствовала, как что-то щекочет ей ухо. Это был Алмаз, единорог, который шептал ей прямо в ухо со всей силой своего лошадиного рта. Как только она разобрала, что он говорит, то кивнула
Обезьян заговорил снова:
– И после такого ужасного дела Аслан-Ташлан рассердился еще больше. Он сказал, что был слишком добр к вам, приходя каждую ночь, чтобы вы могли увидеть его, поняли! Ну, и он не придет больше.
Вой и мяуканье, крики и рев были ответом на его слова.
Внезапно среди воя послышался громкий смешок:
– Вы только послушайте, что эта обезьяна говорит. Мы знаем, почему он не выводит своего драгоценного Аслана. Я скажу вам, почему. Потому, что его нет. У него никогда не было ничего, кроме старого осла с львиной шкурой на спине. Теперь он потерял и это, и не знает, что делать.
Тириан не мог сквозь костер ясно разглядеть лицо говорящего, но угадал, что это Гриффл, главный гном. И полностью уверился в этом, когда секундой позже все гномы присоединились к Гриффлу со своим припевом: «Не знает, что делать! Не знает, что делать! Не знает, что де-е-елать!»
– Молчать, дети грязи! Слушайте меня, вы, нарнийцы, а не то я дам команду моим воинам зарубить вас ятаганами! Лорд Хитр рассказал об этом проклятом осле. Вы думаете, это потому, что в Хлеве не было настоящего Ташлана! Так вы думаете? Остерегайтесь! Остерегайтесь!
– Нет, нет, – закричало большинство зверей, но гномы сказали:
– Правильно, Темнолицый. Пойдем, обезьяна, покажи нам, что внутри Хлева. Увидим, тогда поверим.
Воспользовавшись минутной тишиной Обезьян сказал:
– Вы, гномы, и вправду думаете, что очень умны? Но не спешите. Я никогда не говорил, что вы не сможете увидеть Ташлана. Каждый, кто хочет, может увидеть его.
Все собрание замолчало. Минуту спустя медведь начал медленным, неуверенным голосом:
– Я не совсем понимаю все это, – проворчал он, – я думаю, вы сказали…
– Ты думаешь, – повторил Обезьян, – кто же назовет то, что происходит в твоей голове думаньем? Слушайте, вы, все. Каждый может увидеть Ташлана. Но он не будет больше выходить. Вы сами войдете и. увидите его,
– О, спасибо тебе, спасибо тебе, – раздались голоса. – Это все, чего мы хотели! Пойдем и увидим его лицом к лицу. Он добр, и все будет так, как должно быть.
Птицы болтали, псы возбужденно лаяли. Внезапно все зашевелились, и зашумели, как шумит множество созданий, поднимающихся на ноги. Через секунду большинство из них ринулись вперед, и они попытались ворваться в Хлев все вместе. Но Обезьян закричал: