Последняя битва

Бартова Анна

Франсуа хрипло засмеялся и побежал к штурвалу. Возле большого, дребезжащего руля, упершись коленями в палубу, стояла Эльза и дрожащими от усилий руками держала штурвал. От напряжения она стала мраморно-белой, пот и вода стекали потоками, тяжело дыша, она держалась из последних сил. Франсуа схватил руль, миссис Левод осела и, тяжело дыша, попыталась унять внутреннюю дрожь. От напряжения и отчаяния сердце ее колотилось, а из глаз лились горячие слезы.

– Ты молодец, – заговорил Сальвино де Мальвинор, чувствуя, что должен благодарить Эльзу, – молодец. Ты спасла Патрика, ты спасла всех нас. А теперь иди в каюту,

отдыхай. Тебе нельзя простужаться, твоя рана еще не до конца затянулась. Отдыхай.

– Как я могу отдыхать, когда вы здесь погибаете? – сорвавшимся голосом спросила та, вытирая жгучие слезы.

– Мы не погибаем, – постарался улыбнуться Франсуа, – это просто шторм. Небольшой дождик и ничего более.

Сильнейшая волна накрыла верхнюю палубу. Люди повалились на пол, хватаясь за ближайшие предметы. Вода начала скатываться обратно в море, таща за собой все и всех. Эльза закричала. Не в силах более держать скользкий борт, она покатилась по накренившейся палубе. Патрик обвил вокруг левой руки тонкую веревку и отпустил вторую. Его тут же отнесло назад. Схватив Эльзу за лодыжку, он замер. Новая волна обрушилась на них с новой силой, пригвоздив к палубе. Когда вода стекла, Эльза обхватила обеими руками резную балясину. Франсуа первым встал на ноги и помог подняться Эльзе. Крепкой хваткой, держа ее за локти, шатающейся походкой он направился к каютам.

Патрик с усилием освободился от впившейся в мускулы рук веревки и схватил ходящий ходуном штурвал. Остановить его оказалось довольно трудно. Крепко уперевшись ногами в палубу и держа двумя руками штурвал, Патрик заставил его замереть.

Ведя Эльзу в каюту и придерживаясь за свисающие снасти, чтобы самому не упасть, Франсуа старался ее успокоить. Эльза плакала.

– В любом случае это шторм. В море это частое явление. Не беспокойся, мы выживем, доберемся до Тартуги. Сесилия и Кристофер не впервые в такой передряге. А теперь иди в каюту и постарайся успокоиться.

Эльза жалобно всхлипнула и зашла в каюту. Франсуа захлопнул за ней дверь и выдохнул. Когда он вернулся к Патрику, тот стоял в той же позе, обхватив руль. Под его промокшей до нитки одеждой вздымались напряженные мышцы.

– Ну что, Франсуа, – хрипло окрикнул он, – утонем мы или нет?

– Я говорил Эльзе, что все будет хорошо, но знаешь, Патрик, скорее я говорил это сам себе. – Сальвино де Мальвинор схватился за штурвал. – На миг я даже поверил в эти слова.

Патрик мрачно кивнул и сильнее сжал руки. Франсуа стоял с другой стороны штурвала. Стоя на палубе под дождем, постоянным потоком черных жестоких волн и нещадного ветра, друзья почти отчаялись увидеть солнце и надежду. Поверить в то, что эта буря может закончиться, было выше их сил. Через десять мучительно долгих и тяжелых минут прибежала Сесилия.

– Я приблизительно знаю, где мы находимся. Постарайтесь повернуть вправо на 45 градусов, там должна быть Тартуга.

– И насколько близко Тартуга? – с новой надеждой спросил Патрик.

– Не знаю, при среднем ветре час, может, два. Сейчас никто тебе точнее не скажет. Было крайне сложно определить, где мы сейчас и куда надо плыть.

К друзьям подбежал запыхавшийся Кристофер.

– Мэри, пойдем быстрее. Открылась новая течь, я один не справляюсь.

Сесилия побежала следом за Кристофером. Он привел ее в одну из

уцелевших кают, где в стене была пробоина. Эта небольшая дыра появилась после обстрела в порту, и так как она располагалась высоко от воды, друзья даже не подумали ее заштопать. Теперь же было поздно. Судно постоянно кренилось на левый бок, и тогда в каюту начинала хлестать вода.

Схватив большой кусок оторванной обшивки, Кристофер прижал ее к пробоине и навалился на нее всем своим весом. Рыжая Мэри схватила приготовленные гвозди и начала наспех забивать небольшую брешь. Когда была прибита доска, судно наклонилось в другую сторону и давление воды ослабло. Кристофер и Сесилия начали быстро затыкать мелкие дыры, которые грозили увеличиться с каждой минутой.

В этот миг новая волна окатила корабль, судно дрогнуло, затрещало, и деревяшка, которую с таким трудом прибивали мистер Эскью и Мэри, выскочила, ломая с собой обшивку. Вода бурным потоком полилась в каюту. Сесилия произнесла несколько крепких ругательств и попыталась приладить доску обратно. Но на этот раз дыра была больше, да и невозможно было закрыть брешь одному человеку. Не в состоянии даже прижать доску к стене, Рыжая Мэри отступила, дожидаясь, когда корабль наклонится в противоположную сторону. Наконец вода остановилась, и она наложила на пробоину доску, а Кристофер поставил распорку. Видя, что судно снова валится влево, Сесилия навалилась всем весом на шаткую распорку, которая грозила сломаться в любой момент.

Начало медленно тянуться время. Вода напирала, распорка трещала. Сесилия прикладывала нечеловеческие усилия, чтобы удержать брешь. По лбу у нее тек пот, сильные руки дрожали от напряжения, колени подгибались. Ноги утопали в воде и проскальзывали по скользкому полу, спина ныла. Вдруг корабль подбросило, и Мэри отлетела назад. Распорка сломалась, доска оторвалась, и мощный поток воды полился в трюм.

Кристофер загнанно посмотрел на воду и сжал губы, Сесилия стерла соленые капли с лица. Переглянувшись, они подобрали оторванную доску и стали ждать. Однако на этот раз вода прибывала намного дольше. Когда, наконец, она остановилась и друзья закрыли брешь, открылись новые щели. Кристофер и Мэри поспешили к ним.

Через некоторое время измотанная Сесилия села, с безразличием наблюдая за водой, которая доходила уже до щиколотки. Кристофер уселся рядом. Корабль качало с прежней силой, буря и не думала утихать. Тяжело дыша, Мэри оглядела помещение уставшими глазами.

И в этот миг, когда казалось, что основные поломки устранены, очередная волна в третий раз выбила злосчастную доску, ломая ее на мелкие части. Вместе с ней вылетели все соседние доски, которыми забивали мелкие пробоины. Они в свою очередь вырвали по куску обшивки. Дыра получилась достаточно крупной. Мало того, смежные доски жалобно трещали, грозя тоже вырваться со своих мест.

– Дрянная обшивка! – закричала Мэри. – Повесить надо того, кто делал это гнилое корыто!

– Мэри, мы не сможем ее закрыть, дыра слишком велика, – заметил побелевший Кристофер.

И в это мгновение в каюту вбежал Патрик. Охрипшим голосом он сообщил:

– Два трюма текут. Там воды уже по пояс, и она прибывает.

Сесилия кивнула и с пугающей уверенностью произнесла:

– Такими темпами мы затонем через полчаса.