Последний Выстрел
Шрифт:
К машине продюсер подошел с новой охапкой цветов - их ему успели насовать по дороге. Он небрежно бросил их на капот и взял из рук юноши лилию.
– Андрей Андреич, чудная картина, очень живая, страстная... взволнованно залепетал парень.
– Поздравляю вас с очередным успехом...
Кордон усмехнулся и сразу перешел к делу:
– Чистые натуралы - фашисты, а ты как считаешь?
– спросил он.
Молодой человек замялся:
– Ну почему?.. По-моему, и среди них есть очень приятные люди...
– А!..
– Кордон
– Кунц... кунтс... кунсткамера.
Он распахнул дверь машины и кивнул парню вовнутрь. В голове продюсера приятно шумело от выпитого коньяка и от предчувствия веселой ночи. Он сел в машину, вставил ключ в замок зажигания и повернулся к сидящему рядом пареньку.
– Как хоть тебя зовут, подарок судьбы?
– Роберт, - слегка кокетничая, ответил юноша.
Кордон не сдержал нервного, возбужденного смешка.
– Ну что ж, Бобби, поедем в "Шанс"! Как в том анекдоте, знаешь? "К цыганам!" - "Ага, в метро".
Ехать пришлось недолго. Попетляв по улочкам центра столицы, "БМВ" остановилась в безлюдном переулке. Кордон выключил зажигание и, чуть приглушив сладкоголосое пение Марка Алмонда, повернулся к парню.
– Ну что, Робертино, пойдем, зажжем огня? Может, ты еще и споешь мне? Ты вообще-то бывал здесь?
– продюсер легонько похлопал соседа по коленке.
– Нет, что вы! Здесь очень дорого. Только вот я забыл кое-что... юноша смущенно опустил глаза и принялся озабоченно шарить по карманам.
"Нет, он просто прелесть!.." - с неожиданным умилением подумал Кордон.
– Да у меня есть все...
– он наклонился к пареньку и коснулся губами его розовой щечки.
– Да нет, я не про это, - Роберт, казалось, смутился еще больше и вытащил из кармана что-то похожее на спутанную леску.
– Я вам привет забыл передать. От Саши Белого.
Мгновенно изменившись в лице, Кордон схватился за ручку дверцы, рванул ее, но было уже поздно. Удавка захлестнула его горло, он мучительно захрипел, засучил ногами. Изо всех сил он пытался разжать ставшими стальными руки парня - бесполезно! С каждой секундой он слабел, сознание затягивала мутная, грязная пелена...
В его угасающем мозгу, как испуганный чижик в тесной клетке, беспомощно трепыхалась, постепенно затихая, одна-единственная мысль "Суки!.."
Спустя минуту-другую его муки закончились, Кордон был мертв.
Дверь "БМВ" открылась, тот, кто представился своей жертве Робертом, вышел из машины и, внимательно оглядевшись, неторопливо скрылся в ближайшей подворотне.
IV
Ольге опять приснился странный и тягостный сон. Будто идет она по лесной тропинке от своей дачи к станции, а следом за ней, то и дело выглядывая из-за деревьев, крадется Саша. Ей беззаботно и весело, игра, затеянная полузнакомым дачным соседом, доставляет ей неизъяснимое удовольствие. И вдруг сзади раздается громкий звук, похожий на хлопанье крыльев взлетевших разом десятков птиц. Ольга мгновенно оборачивается - и никого! Нет ни птиц, ни Саши, ни даже леса.
Ольга проснулась и повернулась на бок. Подушка рядом снова была несмятой - значит, Саша опять ночевал в кабинете. В последнее время это стало почти нормой. Муж рано уезжал и поздно возвращался, а вернувшись, подолгу засиживался в кабинете, зачастую там же и ночуя.
Вообще ситуация в их семье сложилась более чем странная. Они жили вроде бы вместе и в то же время - врозь. Разговаривали редко, да и то только по делу. Ольга надеялась, что что-то изменится после разрыва мужа с артисткой, но все осталось по-прежнему - непонятно, тягостно и беспросветно.
Вероятно, причина такого охлаждения крылась в истории со спасением Вити Пчелкина, в той жуткой сцене, что разыгралась между Олей и Сашей в кабинете главврача больницы год назад. Хотя, если вспомнить, то с артисткой-то Саша закрутил гораздо раньше. Странным было и то, что Ольга практически смирилась с таким положением вещей. Никакой вины за собой она не чувствовала, а объяснить поведение мужа не могла, как ни старалась. Просто в их отношениях что-то кончилось, оборвалось, исчезло, и Ольга приняла это как данность. Она словно впала в спячку, не в силах решиться на какие-то радикальные действия.
Ольга встала и, на ходу запахивая халат, направилась на кухню. У двери кабинета окликнула негромко:
– Саша...
Тишина. Она приоткрыла дверь - в кабинете было пусто, а рядом с диваном лежала аккуратная стопочка постельного белья. Ольга вздохнула и пошла дальше.
– Тома, Ваня, все вставайте! Будем завтракать!..
– громко позвала она.
– Тома, Ваня!..
Ольга коротко постучала в дверь спальни Тамары и свернула к детской. Вдруг навстречу ей выскочил Ваня.
– Р-р-р-р!..
– зарычал он.
– Ах ты мой тигр, ты уже встал?!
– Оля засмеялась и подхватила сынишку на руки.
– Мам, испугалась?..
– спросил он.
– Ну конечно, испугалась, - пряча улыбку, подтвердила Ольга.
– Даже поджилки затряслись...
Они вошли в кухню. Ваня тут же вскарабкался на свой высокий стульчик, а Ольга подошла к холодильнику.
– Кашку будешь, Вань?
– спросила она.
– Какую? Манную, гречневую?..
Достав из холодильника пакет с молоком, Оля поставила его на стол, повернулась за кастрюлькой, снова взяла молоко и замерла как вкопанная...
Под пакетом лежала свежая газета. В глаза бросился крупный заголовок "Убийство в день премьеры". А ниже - фотография Кордона и снимок его машины с трупом.
Оля непроизвольно ахнула, едва не выронив при этом из рук кастрюльку. Она схватила газету и отошла в сторону, торопливо глотая строчку за строчкой.
Из коридора послышался голос Тамары:
– Оля, ты где? Доброе утро!..
Она вошла в кухню и сразу обратила внимание на мрачную, взволнованную хозяйку с газетой в руке.