Последний враг
Шрифт:
Послушал его Элг, и, хотя велико было желание узнать, что сокрыто в темной глубине, повернули герои. Но содрогнулись вдруг стены пещеры, и пол накренился так, что воинам пришлось вонзить мечи в землю и держаться за них обеими руками, дабы не выскользнуть и не разбиться.
Раскачивалась пещера, сотрясались стены ее, и грохот, подобный тысячам громов, доносился со стороны входа. А сам вход вдруг оказался внизу, далеко под ногами героев. И расслышал Элг в грохоте речь человеческую. Но слов разобрать нельзя было.
Из последних сил держались герои, и
— Вернемся, — снова сказал Атис.
И, выдернув мечи, помчались путники к спасительному выходу.
Но пришла новая беда: черная тень вдруг скрыла весь свет. Воины едва успели спрятаться за одной из складок стены. Гигантский зверь, облик коего напоминал червя, ворвался в поисках добычи с ревом и, ничего не обнаружив, вынырнул.
— Поторопимся! — воскликнул Элг. Но не успел он сделать и шага, как вновь появилось в пещере чудовище и вновь, ничего не обнаружив, убралось восвояси. И увидели герои, что где-то в глубине пробило оно источник: бежала по дну пещеры влага с запахом едким и зловонным. Стоило же выскочить путникам из укрытия, как опять влетело чудовище, похожее на червя, смело их и отшвырнуло в самую глубь, к источникам влаги, покрывающим дальние стены. А вся она была необозрима, ибо слаб был свет камня древних.
— Лучше умереть, чем стать пищей! — промолвил благородный Элион. — Во имя Норы я обнажаю свой меч!
Он вскочил и вновь ринулся к выходу.
— Последуем же и мы за ним, герои! — вскричал Элг, и меч его молнией сверкнул в полутьме.
Но снова явился зверь, и снова смел их в глубь пещеры, ибо тупились мечи о его каменную безглазую голову. И улыбался тот зверь, словно насмехаясь над воинами, огромным беззубым ртом. Однако ярость героев была столь велика, что отступил он, и победный крик вознесся над скрежетом. Но возле самого выхода еще сильнее раздулось чудовище и опять швырнуло воинов в самую глубину.
Иссякли силы путников, и, поняв это, червь выплеснул на них клейкие воды, кишащие рыбами злыми и прожорливыми. Размер их был не более локтя, но число неизмеримо. Труден оказался путь героев, и каждый шаг был равен сотне шагов. Затупились их мечи, а рыбы не отступали. И вдруг содрогнулась земля, засасывая рыб в глубину. Но не прекращали герои свой путь по водам клейкой реки, и выбрались к свету, ибо Боги благоволили им, и прыгнул каждый вниз с необозримой высоты…»
— Да… — пробормотал Никит. — И что же, уважаемый Ксант, ты считаешь эту книгу настоящей копией древних?
— Э-э-э-э… Понимаешь… В Руне я уже сталкивался с Элгом. Или, как его называют… Э-э-э… Витур Нетонский, героем повествований о Доспехах Артуса, героем э-э-э… В том смысле, как мы понимаем, то есть подобным Дииму Уалантайну или Рольфу и Алксантру. Мне кажется, э-э-э… что Витур, а также Теорит, как и еще один рунский автор, пересказывали или переписывали книгу столь же древнюю, как Астакортаон или, по крайней мере, Унна-Теотен. Они черпали воду из одного источника.
— Но это могла быть
— Э-э-э-э… Боюсь, уважаемый, это не так. Кое-какие упоминания… э-э-э… очень скрытые, есть и в других легендах… Я мог бы показать тебе их, но думаю, у тебя других дел хватает.
— Ну и какова суть того, что переписал этот Витур?
— Э-э-э… Для тебя обычная история… Элг ищет Доспехи Артуса… Доспехи, в которых он смог бы пройти Темные Врата… Я полагаю, что это Врата Миров… А о Доспехах Артуса ты, наверное, читал…
Никит согласно кивнул головой.
Помнишь, — продолжил Ксант и прочитал нараспев:
Маг и король был Артус. В полдень гордыни его Нечто явилось с Магра, не щадившее ничего. Слизнем размером с гору по лику Асты ползло, Воплощенное в гнусной плоти, само извечное зло. Кровь застывала в жилах тех, кто встречал его взгляд. Таило его дыханье Древней Смерти незримый яд. Элфер и Пал с дружиной вышли навстречу ему. Только вернуться с битвы не довелось никому. Войско повел и Ролло, Нортена господин, Только в жестокой битве не уцелел ни один. Маг и воитель был Артус. Весь свой великий Дар Вложил он в один могучий, разящий метко удар. Но выдержал враг удар тот и продолжал ползти, Поглощая неотвратимо все на своем пути. Так наступал он, словно моря огромный вал… И Артус рвущимся сердцем к Хтону тогда воззвал. И Хтон прочел его душу, и тьмы не нашел он в ней, А лишь тревогу за Асту нашел средь души корней. И, видя, что он достоин, вверил великий Хтон Ему Одеяние силы, волшебный Тормантион. Защищавший от Древней Смерти и оружия Темных Сил, Умножавший тысячекратно мощь того, кто его носил. И Ормсурт ему вручил он, рождавший молнии меч, Так же как Одеянье, бывший твореньем Предтеч.