Последний сезон
Шрифт:
Карета проехала за ограду особняка, и яркого света фонарей вполне доставало, чтобы понять друг друга.
— Вы хорошо себя чувствуете, милая Элиан? — спросила Кейт, когда они вчетвером очутились в уютном салоне, где хозяйка имела обыкновение отдыхать после напряженного позднего мероприятия и подбивать итоги дня.
— Замечательно, Кейт, — мечтательно улыбнулась хозяйка. — Воистину замечательно.
— Я рада, — потерянно откликнулась она, недоумевая по поводу рассеянных манер Элиан и того странного выражения в серых глазах лорда Пемберли — вместо обычного юмора по
— Нет, я, не в пример вам, просто не в силах утаить это. Только не от моей семьи, — наконец разразилась Элиан.
Его милость взглянул на супругу, улыбнулся и возвел глаза к небу, словно держа совет с Юпитером, изображенным на потолке небольшой семейной гостиной его грандиозной городской резиденции.
— Так и быть, солнце мое, я и сам должен был догадаться о пределах вашего терпения.
— Это было таким потрясением, — сказала Элиан, заливаясь краской, словно девчонка, которой неловко пояснить, чем именно было это.
— Да, именно так, — откликнулся выдающийся государственный муж, с кем правительство принца-регента почтительно советовалось о своих неразрешимых проблемах, затем во весь рот ухмыльнулся Кейт, как нашкодивший мальчишка, и восторженно рассмеялся над славной шуткой, о которой известно пока лишь ему и его жене.
— Знаете, Кейт, в последнее время я неважно себя чувствовала.
— Даже я это заметила, Элиан, — сумрачно сказала она, но, сложив в уме два и два, невольно расплылась в улыбке, к удивлению Иззи, туго соображавшей на сей раз.
— Пемберли затащил меня к какому-то шарлатану, я быстро утомлялась, и живот что-то подводил, появилась несвойственная мне депрессия. Мне казалось, неплохо бы принять что-нибудь тонизирующее или выехать на пару недель к морю, в тихую деревушку на побережье, отдохнуть и подышать морским воздухом, но я, как видно, ошиблась.
— О боже! — прозрела Изабелла. Она вытаращила глаза и открыла рот, опознав симптомы беременности, как у Миранды. — Так вы ожидаете ребенка, Элиан?
— Ожидаю, — блаженно растаяла Элиан.
— Ожидаем, — пояснил его милость, гордый, как павлин.
— Я так рада за вас обоих, просто слов нет. — И умиленная Кейт нежно обняла Элиан, затем отбросила всякую осторожность и решительно обняла его милость.
— Можно мы будем крестными ему или ей? — воодушевилась Изабелла и, подпрыгнув, с любопытством повторила опыт Кейт.
— Да, можешь, прелесть моя. Кейт, возможно, к тому времени будет занята своим… мужем. — Элиан запнулась, и Кейт тоже покраснела.
Элиан, конечно, хотела сказать, что, когда придет время крестить маленького милорда или миледи в древней часовне Пембер-Холл, ее протеже сама уже будет enceinte [29] . Эта мысль была столь упоительной, что она теперь вполне понимала, отчего хозяева вели себя как пара одуревших юнцов, ввиду перспективы стать родителями в столь преклонных для того годах.
29
В положении (фр.).
— Конечно,
— И что мне за это будет, прелесть моя? — благодушно поинтересовался лорд Пемберли.
— Вам только почести, и это в высшей степени несправедливо.
— А что говорит врач? — терпеливо развивал он тему, хотя они уже обсудили все это не раз.
— Говорит, я вполне могу тянуть свой воз, словно молодая кобылка, если пересчитать мою тягу на лошадиные силы, но мне необходимо обучаться искусству наседки хотя бы пару секунд в день, и птенец отдохнет, и мне во благо.
— Разумный муж, — залюбовался ею благоверный.
Кейт встретилась взглядом с Изабеллой, они согласно кивнули друг другу и покинули гостиную незаметно для Элиан и ее повелителя.
— Они так счастливы, — шепнула Кейт, когда обе прошли к ней в спальню и закрыли за собой дверь для надежности.
— Они счастливы своей любовью. Мне наплевать, кто что скажет, Кейт, если мне суждено встретить свою любовь только в том возрасте, что Элиан сейчас, я до тех пор предпочту остаться одинокой.
Кейт ничего не отвечала, не желая рассуждать о презренной любви и удаче, о достоинствах и недостатках матримониальных условностей.
— Не ломай себе голову, — посоветовала сестра, обдумав свою декларацию и придя к заключению, что высказалась не вполне тактично. — Спрошу мать Фанни, можно ли мне погостить у них до отъезда на север, к тебе на свадьбу, Кейт. Элиан пора уже прекратить порхать по столице каждый вечер, похоже, она разгоняла тем свою скуку в отсутствие его милости. Им вдвоем надо пару недель отдохнуть и развеяться в поместье Пембер-Холл, до и после твоей свадьбы. В конце концов, лорд Пемберли тоже устал, а теперь у них появилась причина заняться собой не ради светского общества.
— Миссис Мосли захочет узнать причину, — предупредила Кейт, удивляясь, когда только сестренка успела стать чуткой и что она сумела пронюхать о ее делах.
— Сомневаюсь. И она, и Фанни не так легкомысленны, как привыкли изображать.
— Я поняла это сегодня вечером, — задумчиво сказала Кейт. — И не только это, но и многое иное.
— Пора бы, сестрица, — нахально усмехнулась Изабелла и, сияя счастьем, отбыла к себе, верно, мечтать не только о своих жизненных планах на ближайшие недели, но и о планах лорда и леди Пемберли и всего семейства Мосли иже с ними.
Глава 15
Кейт уселась на пуховую перину на своем уютном ложе, пригладила изящный шелковый узор на парчовом покрывале, провела ладонью по тонкому льняному полотну и кружевной накидке на подушках, словно за что-то извинялась перед ними. Затем сбросила с себя шелковое платье цвета слоновой кости, аккуратно отложила его в сторону и освободилась от всех вечерних украшений. Надела скромное темное платье, облачилась в тяжелый глухой плащ-накидку, прикрыла своевольные кудри темной каскеткой, которую иногда надевала на верховые прогулки, и присела на краешек кровати, успокоиться и вслушаться в тишину дома.