Последний сезон
Шрифт:
— Вразумлю вас, когда мы поженимся.
Да, ей никогда еще не встречался такой наглый, самонадеянный, уверенный в своем мнимом превосходстве самец, и это особенно досадно. Хотя, если припомнить характер названого братца и опекуна Кита на пару с его лучшим другом Беном Шоу, который всегда стоит за него горой, можно сказать, она знакома с некоторыми избранными из этой категории.
— Хватит препираться. Итак, что же они сказали? — спросила Элиан, и Эдмунд пустился в путаные объяснения так, словно сам
— Какая же гнусная натура у этой женщины, — глухо проронила Элиан.
— Вот и я могла бы точно так же выразить свои чувства, — надулась Кейт, поднимаясь и сердито глядя на своего новоиспеченного благоверного, который не обратил на нее внимания, но заботливо наполнил бокал Элиан целительным бренди.
Приняв во внимание его деликатное обхождение с Элиан и контрастно резкие манеры по отношению к ней после того, как она собственными ушами слышала весь тот ужас тайного сговора, Кейт зажмурилась, чтобы не пролить необъяснимые слезы, и с обидой уставилась на его широкую спину.
— Мне следовало тщательнее подбирать выражения, — повинился он и вручил бокал Элиан.
— Не понимаю, чем можно здесь утешиться, ведь вы же видели их, Кейт? — Голос Элиан дрогнул.
— Нет, потому что, если помните, я была замурована в какой-то ужасно темной и тесной кладовке с лордом Шаттлвортом, — терпеливо пояснила Кейт. — Если б я предвидела, что библиотека его милости будет сегодня ломиться от посетителей, с радостью осталась бы в танцевальной зале, меньше мучилась бы этим вечером.
— Какая чушь, все эти предчувствия и знаки судьбы, — раздраженно проворчал Эдмунд, словно ему было обидно думать, что она с удовольствием вернулась бы домой свободной женщиной, а не его нареченной, пусть и несколько неформально, невестой.
— Простите, если ситуация, в какой я оказалась, не прибавила мне радости, милорд, — съехидничала Кейт. Внезапно навалилась тяжелая усталость, и она уже не знала, сможет ли снести приступ его раздражения, хотелось только одного: преклонить повинную голову на его плечо и утешиться его лаской.
— Мог бы, если бы это не касалось меня, — пояснил он печально, вполне понимая ее чувства.
— Я не просила вас делать заявление перед сотнями свидетелей, — устало оправдывалась она.
— Неужели вы ожидали, что я покину вас и заставлю их размышлять, каким тайным амурам вы предавались так долго? В конце концов, именно я подвел вас.
— Это не ваша вина, — заметила Кейт, подразумевая, как невыносимо думать, что он из-за того поступился своей свободой.
— Странно, поскольку у меня было стойкое ощущение, что вся вина повисла на мне, — сардонически пошутил он, и сердце ее растаяло, вопреки решению не поддаваться его обаянию хотя бы до конца этого вечера.
— Ага! — вздохнула Элиан, и Кейт поняла, что компаньонка
— Может быть… — настороженно начала Кейт, вычитав в сверкнувших глазах приятельницы упреждение «Я же говорила вам».
— Да, скорее всего, ваше «может быть». Помню, вы явились из сада в таком виде, словно побывали там, откуда изгнали Адама и Еву, Кэтрин Маргарет Элстоун, — допекала ее Элиан.
— Мы помолвлены, — непоследовательно защищалась Кейт, — так что можем целоваться, не дожидаясь, пока вы взмахнете указкой и остальные полсвета бросятся вам подпевать.
— Вы тогда еще не были помолвлены, девочка моя, и прекрасно знаете о том.
— То личное дело касается только нас двоих, вы не согласны, леди Пемберли? — веско высказался Эдмунд, и Кейт с интересом воззрилась на приятельницу: тепло ли ей теперь от его изысканных манер?
— Возможно, если б вы не устроили публичное шоу, молодой человек, — храбро парировала Элиан, но Эдмунд решительно выпятил подбородок, и Кейт поняла, что он не намерен более распространяться об их интимных отношениях.
— Вы действительно желаете, чтобы мы обвенчались, ваша милость? — холодно спросил он.
— Как только увидела вас вместе, милорд, это стало моей самой заветной мечтой, и странно, если я сейчас что-то упускаю из виду, — доверительно призналась Элиан.
— Так надо ли искать добра от добра, мэм?
— Знаете ли, Кейт и ее сестры дороги моему сердцу как дочери, несмотря на все их своеволие и склонность встревать куда не надо.
— И мы все очень любим вас, милая Элиан, — заверила Кейт женщину, которая со всей душой заменила ей умершую мать.
— Соринки вы очей моих, — сердито обратилась Элиан к Эдмунду, похлопывая по плечу Кейт, бросившуюся обнимать ее. — Надеюсь, милорд, вы намереваетесь воистину осчастливить ее.
— Почту не только своим долгом, но равно и удовольствием, — торжественно поклялся он.
— Что ж, мне того довольно, — сказала Элиан так, словно отныне не только будет свято поддерживать его всю жизнь, но и после смерти непременно вернется с небес на землю грозным и неумолимым призраком, вздумай он нарушить свой обет.
Эдмунд кивнул, стараясь не сожалеть о том, что буйная головка Кейт покоится сейчас не на его плече, а на плече леди Пемберли. Возможно, в дальнейшем она и с ним поведет себя так же беспечно и доверчиво, но пока он может полагаться на ее обещание выйти замуж и на страстную отзывчивость к его недавним чувственным домогательствам.
— Вам надо отдохнуть, — отрывисто бросил Эдмунд и не удивился, когда Кейт вздернула голову и свирепо уставилась на него, словно он предложил ей выпить яду.