Последний полет Прогресса
Шрифт:
Забрав находку, я спрыгнул на землю. Два охранника были здесь же. Один облизывал пальцы от растаявшего шоколада, второй слизывал кровь с рассеченной ладони. Оказывается, они могут замечательно договориться!
Жаклин пила что-то из выдолбленной из куска дерева чаши, судя по запаху - с изрядным содержанием спирта. Расстояние между ней и вождем сократилось до минимума, и были все основания для ожидания скорейшего смешения видов. Мамбупа после этого, несомненно, поднимется. Только непонятно, в чьих глазах больше - своих, или соплеменников? Завидев меня, царек трижды хлопнул в ладоши, и войны вытолкали на освещенную кострами площадку нескольких молодых девушек.
–
Фу! Грязные, немытые. У меня они вызывали только отвращение. Возможно, выпей я, сколько лейтенант, мне тоже было бы пофигу, с кем кувыркаться, но я еще не успел так набраться. Да и не собирался. Выбирать - тоже. Проигнорировав предложение, я сел на бревно рядом с пилотом.
– А знаете, командир, - улыбнулась она.
– Они не такие уж и плохие ребята!
Мамбупа, повернувшись ко мне, что-то обеспокоено спросил. Черт! Ну не привлекают меня ваши девки! Это женщины, особенно с сильном подпитии, клюют на первобытных дикарей, у меня идеалы красоты несколько иные, и личная гигиена в перечне требований к моей потенциальной любовнице далеко не на последнем месте. Кампута, усевшись в ногах, дернул за штанину и показал на шеренгу туземок. Похоже, пока не выберу - не отстанут. Ладно, выбрать я выберу, но спать с ними меня хрен кто заставит.
– Ну...
– я посмотрел на товар, выбирая наименее отвратительную.
– Давай вон ту.
Вождь довольно крякнул. Менее везучие девушки разошлись. Та, на которую я указал, подошла к рослому войну, опустилась перед ним на колени, абориген занес огромную дубину над ее головой... Жаклин, оттолкнув предводителя племени, прижалась ко мне.
– Господи, неужели они собираются...
– прохрипела она.
– Я думаю, они еще и не это собираются, - заверил я.
– Не понимаю...
– Все ты понимаешь, - отрезал я.
– Тебя сегодня кормили? Нет? А сами они ели? Тоже нет?
– Хотите сказать, что они - каннибалы!?
– ужаснулась флот-лейтенант.
– Мы должны помешать им!
– Дура!
– прошипел я.
– Сиди тихо, и не рыпайся.
– Но...
– Цыц, я сказал.
Об этом надо было думать раньше. И, может не перед тем, как идти сюда, ведомыми Кампутой, а хотя бы когда стояли на краю деревни. Даже из одного ствола я положил бы их всех, как кроликов - пискнуть не успели бы. Но сейчас, когда мы находимся в гуще дикарей, когда они не только спереди, но и справа, и слева, и даже сзади... атака стала бы самоубийственной. Ну не уследишь, откуда из темноты прилетит копье или камень!
В этом отношении, смотря голофильмы про древние войны на Земле и других планетах, смотря сцены со сражениями, где, как говорил классик, "смешались в кучу кони, люди", и где свои, где чужие - в запале боя уже вообще не разобрать, я все больше и больше убеждался, что в таких свалках от личных качеств воина мало что зависит. Только от везения.
Да и какая разница? Дни не только этого племени, но и всех аборигенов на этой планете сочтены. На одном куске камня не могут ужиться два разных вида - доказано теорией и проверено практикой. Конфликты неизбежны, и, в конечном итоге, побеждает тот, у кого больше мегатонн. Что-то мне подсказывает, что это явно не местные жители. Сколько времени на Квессине-3 работает экспедиция? Год? Два? С таким уровнем развития, как у этих туземцев, пять лет на изучение - слишком много. Скоро, очень скоро с неба спустятся корабли, выпустят рой бомбардировщиков... да какие бомбардировщики? Взвод десантников - и планета очистится даже от воспоминаний
Палач замахнулся, и опустил дубину на череп жертвы. Голова девушки взорвалась, точно спелый арбуз. Во все стороны полетели капли крови и куски мозга. Толпа разродилась восторженным воплем. Обаха с силой вцепилась ногтями в мою ладонь, так сильно, что и я непроизвольно вскрикнул. Вождь, истолковав это не совсем правильно, одобрительно похлопал меня по спине. Туземка еще не успела свалиться на землю, а к ней уже бежали другие женщины племени, вооруженные костяными и каменными ножами.
Угли разметали по площадке, слишком сильное пламя затушили. Уже разделанную тушу вздели на вертела, и разместили над жаром. В этот момент я понял, что вряд ли еще когда-то смогу есть шашлык.
– Командир, я не знаю, как вы, но я это есть не собираюсь, - тихим, но уже совершенно трезвым голосом произнесла Жаклин.
– Ты что, думаешь, я это есть собираюсь?
– удивился я.
– Кампута, долбанный извращенец, а ну пойди сюда, - поманил я переводчика.
– Значит, слушай сюда... нам, нам, богам, вашу, человеческую пищу есть западло. Мы питаемся только божественной, небесной пищей, понял?
Или я умудрился так ярко изобразить божественную пищу, или в его памяти была свежа битва за плитку шоколада... а, может, и самому проводнику перепал кусочек? Но он меня понял. И принялся переводить вождю. Мамбупа встретил это известие слегка озадаченно, но, поняв, что ему же больше достанется, понимающе улыбнулся и махнул рукой.
– Так, где мы ляжем спать?
– поинтересовался я у аборигена, сложив ладони вместе, и приложив их к щеке.
Уже по отработанному алгоритму он передал мой вопрос предводителю племени, а тот, не отрывая голодного взгляда от барбекю из человечины, указал на лучший из шатров, укрытых шкурами. Проводив девушку, и изъяв у нее плитку шоколада, ухватив Кампуту за руку, я вернулся на площадку. Без труда, по свежим боевым отметинам, отыскал в толпе охранников святыни общины в виде упавшего "Шестопера", и выдернул их тоже.
То, что мне предстояло объяснить туземцу, да еще так, чтобы он правильно перевел своим товарищам, аналогов в невербальном общении за сегодняшний день не имело. Разделив плитку на три равные части, я вручил каждому по доле. Дикари вцепились в угощение с такой жадностью, что я думал - совсем без рук останусь.
– Значит так, друзья мои, первобытные каннибалы-извращенцы, слушайте меня внимательно...
– тщательно выбирая жесты под слова, начал я.
– Мы с Жаклин идем спать. Нас не будить. Самим не заходить. Всю ночь стоять, караулить. Если никого не пропустите - утром получите еще. Все ясно?
Первобытные каннибалы-извращенцы сметали шоколад с завидной скоростью. И, все так же - не снимая обертки. Признаться, я догадывался, что они именно так и поступят, просто не стал доставать его из упаковки, ведомый каким-то не менее извращенным чувством юмора. Капмута, закончив облизывать пальцы, медленно, доходчиво, и, кажется, даже не один раз объяснил войнам, что от них требовалось. Такая высокая награда за столь малую службу показалась им настоящим подарком богов, и они наперебой затараторили, активно махая руками. Один из них изобразил даже что ломает шею невидимому противнику. А переводчик рубанул руками воздух - типа, заметано. Вот теперь можно отправляться на боковую с уверенностью больше, чем ноль процентов, что нам ночью не перережут глотки.