Последний падишах
Шрифт:
Председатель Президиума смеется, а шахиня поддерживает его дипломатичной улыбкой. Вдруг небо освещается цветными ракетами. Переполненный чувством радости и величия, с похолодевшим бледным лицом, ты застыл, подобно ахеменидским рельефным фигурам, и смотришь в небо, которое целиком принадлежит тебе, на звезды, которые только тебе подмигивают, на месяц, который лишь ради тебя еженощно берет на себя труд светить…
Фейерверк заканчивается, и гости направляются к собственным шатрам — испытывая к тебе зависть светлую или зависть черную, нахваливая тебя или считая дураком. Твой шатер, отличающийся от других тем, что на нем изображена шахская корона, открывается для вас с шахиней. Ты надеешься, что в этом величественном сооружении ночь, свободная от двусмысленности
Но шахиня невесела. Ты не понимаешь почему? Насколько ты можешь судить, сам ты ни одной ошибки этим вечером не совершил. Была, правда, одна накладка с тридцатитрехкилограммовым тортом, изготовленным в честь тридцатитрехлетия шахини. Когда этот громадный торт вносили, его верхушка развалилась, как рассыпаются сладостные мечты, отчего французский кондитер едва не разрыдался. Торт тем не менее разрезали и съели — но, может быть, шахиню это угнетает? Вообще она с самого начала была против праздника. Она говорила: «Раз мы ждали этого два с чем-то тысячелетия, то могли бы потерпеть и еще несколько лет, но чтобы праздник получился по-настоящему иранским, народным».
Ты с ней не согласился и принял решение праздник провести обязательно, сейчас, и без участия народа. Очень торжественно, крайне пышно и затратно — чтобы показать всему миру, какую славную цивилизацию создала шахская власть в этой стране.
Празднование двух с половиной тысячелетнего юбилея прошло не только в Ширазе, но и по всему Ирану. К этой дате были закончены большие проекты: открыты две с половиной тысячи школ, проведено электричество в селах, заасфальтированы дороги, построен стадион-«стотысячник», а в Тегеране — площадь, и на ней зрелищное сооружение под названием «Шахйад», «Память о шахах». Широкомасштабные деяния, с громкой рекламой и громадными бюджетами…
Все вы сидите на специально оборудованных смотровых местах, и от жаркого еще октябрьского солнца вас защищает великолепный шатровый навес. И перед вашими глазами повторяется история.
Пустыню оглашают звуки военной музыки, и из коридоров времен вдруг высыпают на равнину воины самых разных эпох. Конные и пешие, они движутся рядами, и, кажется, им не будет конца. Тут и мидяне, и персы Кира [38] в багровых и небесно-голубых одеяниях, с кудрявыми длинными бородами; парфяне с кручеными косицами, в округлых шлемах; и воины Сасанидских времен, в величественных шапках; и — времен Сефевидских, в багряной одежде и с остроконечными бородами; и — времен Каджаров, с закрученными вверх усами… Щиты и копья, треугольные знамена и мечи, сабли, шашки; «бессмертные» времен Ахеменидов, и «отважные» парфянских царей, и всадники Сасанидов, и военные оркестры с инструментами тех времен; и штурмовые прикрытия-черепахи, тараны и другие штурмовые машины; и военные гребные корабли на движущихся платформах; и колесницы, и всадники на быстроходных верблюдах; и легкие пушки на верблюдах, с их пушкарями, и пушки тяжелые; и моряки Персидского залива и Каспия, и английские танки «Чифтен», и американские самолеты F-5; и женщины в униформе, которых недавно начали набирать в армию…
38
Кир (558–529 до н. э.) — древнеперсидский царь, первый представитель династии Ахеменидов. Объединил под своей властью персов и мидян (550), завоевал Лидию и греческие колонии в Малой Азии (546) и в 538 г. до н. э. покорил Вавилон.
И как венец этого могущества и величия — ты, шахиншах Мохаммад Реза Пехлеви Арьямехр («Солнце ариев»), стоишь бок о бок с шахиней и горделиво смотришь вперед…
Чтобы и все гости сохранили воспоминание об этом счастливом торжестве, ты приготовил для каждого из них драгоценный подарок: памятную шкатулку с алмазами; золотое блюдо, украшенное портретами
…И надо было видеть тебя в момент, когда ты вручал эти подарки — а древние каменные рельефы рядом с тобой изображали, как представители побежденных народов вручают Дарию Ахемениду самое ценное и дорогое, что у них есть. И каждый их подарок уникален. Вот эламиты дарят львицу и двух львят… Видишь, как львята отворачиваются и с тревогой глядят на мать?.. Вот индийцы принесли золотой песок; армяне дарят коней и прекрасные сосуды; ионийцы — браслеты с фигурками косуль; египтяне… Ах, эти египтяне! Их земля стала для тебя местом боли, беспомощности и нищеты… Кто бы мог подумать тогда, в начале пути, что через две с лишним тысячи лет последний падишах Ирана, на берегу реки Нил…
Глава седьмая
Ты смотришь на свои швейцарские часы, а затем опять, через стекла темных очков, — в глаза Тупому Великану. Он вконец зарапортовался. Вот уже час сидит перед тобой, и плачется, и сотню раз повторяет одно и то же — как всегда, тянет время, запутывает следы, лжет… Но ты дай ему успокоиться. Он думает, что обманывает тебя и оказывает на тебя давление. Однако в том-то и заключается твоя хитрость, что ты позволяешь людям так думать о тебе. Ты привык водить людей за нос. Ты никому не открываешь всего и зачастую притворяешься менее осведомленным, чем есть на самом деле. Пусть думают, что обманули тебя, — как думает сейчас и этот Тупой Великан.
— Уважаемый начальник САВАК [39] , а все-таки эти студенты — что-нибудь дельное они говорят?
— Ваше Величество! У них словно пунктик такой: все они могут только ныть, критиковать или игнорировать стремительный прогресс страны, который имеет место благодаря гениальному руководству Вашего Величества. Если бы университетское начальство не давало им воли… У них все мысли только о разрушении.
— Значит, порезанные сиденья автобусов, свинченные краны в умывальниках на Центральном стадионе — это их рук дело?
39
Начальником тайной полиции САВАК долгие годы (1965–1978) был Нематолла Нассири (1911–1979).
— Вашему Величеству известно: главная отличительная черта этих типов — дух разрушения, или, как выражаются ученые люди, антисоциальная направленность.
Ты прячешь улыбку. Как нелепо звучат ученые слова в его устах — от тех же арестованных студентов, небось, набрался. А так-то этот Тупой Великан наверняка за всю жизнь ни одной книжки не прочел. Разве что учебник для начальной школы или брошюру о правилах дорожного движения, да и то вряд ли. Водительские права он тем не менее получил…
— У меня впечатление, что в последнее время распространяются религиозные настроения — это так?
Словно двоечник, Тупой Великан поднимает выпученные глаза к потолку, потом его толстая шея напрягается от умственного усилия. Ответы он, вообще-то, порой дает четкие, но это вовсе не его заслуга, а заслуга его заместителя — человека действительно знающего, который готовит ему материалы.
— Ваше Величество имеет полную информацию о том, что в последнее время многие личности из оппозиционных кругов начали посещать мечеть; однако их программа действий — все те же коммунистические бредни. Если бы они просто ходили в мечеть как нормальные люди… Но они получают студенческую стипендию и тут же принимаются печатать и раздавать листовки, в которых нет ни одного правдивого или разумного слова. Как будто все листовки написаны одним и тем же сумасшедшим. И все-таки этот бред люди размножают. А написанные ими брошюры? Одна трескучая болтовня, такого никто не читает. А если кто и прочтет, все равно не сумеет понять, говорится там что-то дельное или нет?