Последний Мыслитель
Шрифт:
– Нет, – я покачал головой. – Ящик для экзоскелета. Он туда влезает, если его разобрать. Он мной задумывался как мобильный и автономный, но вот с автономией пока проблемы. Электричества он требует немерено, а на низких мощностях весь его потенциал не реализовать.
– Класс. А теперь скажи, кто ты, – Хелена скинула куртку, повесив ее на крючок в прихожей, – и какого хрена тебе надо было в моей студии? Зачем ты в нее вломился?
– Вломился не я, – тут же открестился я. – Но хотел, да. Дверь выломала одна из этих…. Тварей. У тебя я искал ответы.
– А позвонить,
– В Эркане, я так понимаю, телефоны не берут. Да и попробуй до тебя дозвониться. Меня постоянно сливал твой менеджер….
– А, так это ты названивал, как полоумный, и требовал встречи?
– Да, – кивнул я. – Но встречи не удалось добиться, и…. В общем, я однажды понял, что с миром что-то не так, а я до новых знаний жадный, мне стало интересно, и были у меня подозрения, что тебе что-то известно.
– Да. Действительно известно, – кивнула Хелена, не отрывая от меня взгляда. – Мир совсем не такой, каким кажется. Все очень сложно.
И тут у меня заколотилось сердце. Передо мной стоял самый настоящий источник тайных знаний, из которого я уже, вероятно, мог что-то извлечь. Да, Эркан был страшным местом, как оказалось, но мой интерес от этого стал лишь сильнее. Я хотел собрать все возможные данные и узнать о новом мире все, что только возможно.
– Расскажешь, что тебе известно? – скромно спросил я.
– Я хочу есть. И еще хочу принять душ, – сказала Хелена, проигнорировав вопрос.
– Ну, ладно, – я почесал затылок. – Устроим.
Я решил помыться первым. Да, это не гостеприимно, но я в душе не был уже несколько дней (очень много работы было с экзоскелетом), потому Хелена согласилась потерпеть. Я залез в кабинку душа и задернул штору, открыл кран, по коже заструилась теплая вода, текущая из лейки, спина покрылась мурашками. Намылившись как следует, я стал мыться. Мышцы расслабило, тело охватила мягкая слабость, меня стало клонить в приятную дрему. В таком состоянии в пору сонно почитать книгу перед потрескивавшим дровами камином, затем незаметно провалившись в мир грез. Я искренне наслаждался омовением, однако продлилось наслаждение недолго.
Хелена резко отдернула штору, ворвавшись в кабинку голышом и выхватив у меня лейку. Я обалдел настолько, что даже пошевелиться сразу не смог, не веря в произошедшее, но когда пришел в себя, то выпрыгнул из кабинки как ошпаренный, неумелыми движениями намотав на пояс полотенце.
– Классный член, – беззаботно произнесла Хелена, с удовольствием закрыв глаза и поливая себя струями теплой воды. – Думала, он у тебя будет меньше.
– Ты издеваешься! Прикройся хотя бы! Почему ты ведешь себя, как варвар! – недовольно возразил я, на самом деле со смущением и даже с возбуждением восприняв оценку Хелены. Видя ее, голую, я на миг задумался.
– Бери, – сказала Хелена, намыливаясь. Когда она растирала грудь, а потом спустилась руками ниже, я еле удерживался от того, чтобы посмотреть вниз.
– Кого бери?
– Меня бери. Я не против.
– Чего?! – у меня чуть сердце не остановилось. Я задернул штору, спрятав Хелену из вида, а сам устремился к выходу.
– Зря.
– Да ты спятила!
Я вышел из душевой, захлопнул дверь. И эта была та самая Хилена Линдеманн, чьими работами я восхищался? Та самая Хелена, которую я любил без памяти, видимо, в ее понимании, какой-то детской, недоразвитой любовью? Да как же так можно было? В голове не укладывалось. Не узнав человека, как следует, сразу тащить его в постель. Как-то дико это все было, хотя, признаться, мне очень ее хотелось. Но нет. Мне совесть не позволяла. И воспитан я был не так, чтобы сразу же спать с девушкой при первой встрече. Мне хотелось ухаживать за ней и любить, а для нее это…. А чем это было для нее? Может, она меня тоже полюбила, если так быстро была готова к сексу?
Я переоделся в свежую одежду, с трудом натянув на влажное после небрежного протирания тело новую футболку и легкие спортивные штаны. Хелене тоже пришлось выделять вещи из собственных, потому что с собой сменную одежду она не взяла. Но она ей, как бы так сказать, не понадобилась совсем.
Кухня у меня была скромная. Пара шкафов с минимальным количеством необходимой посуды, на одном из которых стояла электроплитка, мелкий обеденный стол да пара стульев. Я сидел, красный как помидор, и смотрел в пол, стискивая кулаки. На плитке начинал закипать суп, издававший не самый приятный запах.
– Хелена, – напряженно проговорил я.
– Да? – спросила она, как ни в чем не бывало.
– Может, ты все-таки оденешься?
– Мне и так хорошо.
Не выдержав, я поднял на нее возмущенный взгляд. Хелена сидела за столом совершенно голая, поставив ступни на стул, спрятав коленками грудь и обхватив их руками, а пяткой скрыв женское лоно. Было бы лицемерием сказать, что я не мог на нее смотреть. Мог, и очень даже хотел, но приличие не позволяло вести себя подобным образом. Все же, я был человеком, а не животным.
– Извини, но твой суп пахнет так, будто в нем сдохла выдра, носившая нестиранные носки. Где у тебя продукты?
Хелена встала, отодвинув скрипнувший стул, оголила свои прелести. Я резко отвел взгляд, рукой указав на небольшой холодильник, стоявший у стены. Хелена стала рыться в нем, вытаскивая из него нужные продукты и складывая их на крышку шкафа.
– О, мясо есть, даже размороженное. И даже пиво…. Пиво это хорошо, – она поставила бутылки на стол, прямо перед моим носом. – Открывай пока. А я приготовлю нормальный ужин.
Хотелось возмутиться.
Хотелось возразить, мол, чего это ты тут раскомандовалась? Ты в чужом доме, в гостях, веди себя прилично, как подобает гостю, но нет. Во-первых, чисто логически она была права, хотя бы в плане еды, а во-вторых, я слишком любил ее, чтобы возражать (чувства у меня к ней были уже давно, правда я видел ее только в журналах. Да, глупо и по-детски, но что я мог с этим поделать? Может, и мог. Не хотел). Пока она возилась у плитки, я несколько раз поддавался соблазну посмотреть на нее. Разглядывал горячее, сексуальное тело, пробуждавшее во мне первобытные инстинкты, которые было очень трудно сдерживать.