Последние Девушки
Шрифт:
– Пошла ты к черту! – говорю я.
Сэм прикуривает и улыбается.
– Я уже у него была, детка.
«Сосновый коттедж» 23:12
Когда Куинси добежала до дома, она еле переводила дух. Ее легкие горели, истерзанные напряжением и ночным воздухом. Несмотря на холод, ее кожа покрылась потом – холодным и липким.
Внутри царил умиротворенный хаос, повсюду валялась грязная посуда и бутылки, ликера в которых осталось лишь на самом донышке. Гостиная опустела. Погас даже огонь в камине, и
Спать. Это единственное, чего хотелось Куинси. Уснуть, а по пробуждении забыть все, что она только что видела. Она знала – это вполне возможно. Мозг уже сейчас подсказывал, что она что-то перепутала, увидела то, чего на самом деле не было. Жанель могла быть с кем-то другим. Например, с Джо. Может, Куинси только показалось, что она видела Крейга, лежащего на спине с искаженным от вожделения лицом, вонзающегося в ее лоно.
Но сердце говорило другое.
Вытерев слезы, Куинси призраком скользнула по холлу мимо пустой спальни Жанель. Дверь в комнату Бетц на противоположном его конце была закрыта, скрывая из виду убогую двухъярусную кровать. Дверь в комнату Рэймди тоже была закрыта, но она не могла до конца заглушить неистовое хлюпанье водяного матраца. Время от времени к этой приливной волне примешивались хрипы Родни.
Куинси пошла в комнату Крейга. Хотя пошел он нахрен, этот Крейг, теперь это ее комната.
Но она не пустовала. В призрачном лунном сиянии на кровати угадывался чей-то силуэт. Кто-то лежал на спине, заложив за голову руки. За мутными линзами очков Куинси смутно видела широко открытые глаза.
– Я не знал, где мне спать, – сказал он.
Куинси уставилась на него, завидуя, как удобно он разлегся, как ему на все наплевать. Она фыркнула и вытерла слезу, не дав ей сбежать по лицу.
– С тобой все в порядке? – спросил он.
– Тебе лучше уйти, – сказала Куинси.
Он сел, в его глазах промелькнула озабоченность.
– У тебя проблемы.
– Да что ты говоришь, – сказала Куинси и села на кровать.
Слеза все-таки упала – на этот раз она ее остановить не смогла.
– Они ушли вместе, – сказал он, – я видел, как они направились в лес.
– Знаю.
– Мне очень жаль.
Он коснулся ее плеча. Жест был настолько неожиданный, что Куинси отпрянула.
– Пожалуйста, уходи, – сказала она.
– Он тебя недостоин.
Когда он коснулся ее плеча во второй раз, Куинси противиться не стала. Расхрабрившись, его рука скользнула вниз к талии. И снова она не стала возражать.
– Ты лучше него, – прошептал он, – лучше их обоих вместе взятых. Ты такая красивая.
– Спасибо, – ответила Куинси.
– Я не шучу.
Девушка повернулась к нему, благодарная судьбе за то, что этот парень сейчас оказался рядом. Он казался таким искренним. Таким неопытным. Полная противоположность Крейгу.
Куинси наклонилась и поцеловала его. Когда он ответил тем же, его губы обдали ее жаром. Язык Джо скользнул ей в рот. Робкий. Ищущий. Куинси почти забыла все, что видела в лесу. Как Жанель
Но этого было недостаточно, Куинси хотела забыть полностью.
Не говоря ни слова, она забралась на Джо и удивилась, какой он крепкий. Словно спиленное дерево. Могучий дуб. Куинси стянула с него свитер, слабо пахнущий дешевым стиральным порошком. Запах остался и когда она бросила его на пол, и когда стащила с парня через голову футболку.
Потом прильнула губами к его впалой груди и коснулась пальцами молочной кожи. Такой бледной. Такой холодной. Как у призрака.
Сбросила трусы. Его брюки уже были приспущены до колен.
Куинси потянулась к рюкзаку Крейга, лежавшему на полу рядом с кроватью, извлекла из него пачку презервативов, взяла один из них и вложила Джо в дрожащую ладонь.
– Ты уверена? – спросил он.
– Да.
– Скажи, если будет больно, – прошептал он, – не хочу, чтобы тебе было больно. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
Куинси глубоко вдохнула и опустилась ниже, готовая вобрать в себя наслаждение и боль, зная, что одно без другого невозможно.
И боль, и наслаждение охватят ее одновременно, навеки неотделимые друг от друга.
Куп присылает мне название отеля в паре кварталов от моего дома, а также номер, в котором он остановился. Я не знаю, когда он его забронировал – до того, как ехать сюда на встречу с Сэм, или после. Я решаю ничего не спрашивать.
У двери я медлю, не уверенная, что смогу опять посмотреть ему в лицо. Я точно знаю, что мне этого не хочется. Я готова оказаться где угодно, но только не в коридоре этого полутемного отеля с жужжащим автоматом для льда и стойким запахом шампуня для мытья ковров. Но нас с этим человеком связывает очень многое, и что бы Куп ни сделал, я должна дать ему шанс объясниться.
Я стучу, и дверь под моим кулаком тут же открывается. Когда на пороге появляется Куп, мои пальцы все так же сжаты.
– Куинси. – Он быстро и пристыженно кивает. – Заходи. Если, конечно, хочешь.
Меня удерживает только прошлое. Мое прошлое. Его роль в моей жизни. И неоспоримый факт, что без него никакого прошлого у меня сейчас не было бы вообще. Поэтому я вхожу, потрясенная крохотными размерами комнаты. Это большой чулан, в который кто-то умудрился впихнуть кровать и комод. Поскольку постель от стены отделяет всего полметра, мне трудно обойти Купа, когда он закрывает дверь.
Стульев в номере нет, и я, чтобы не садиться на кровать, остаюсь на ногах.
Мне хорошо известно, что сейчас надо делать – рассказать Купу все. Что сделала Сэм. Что сделала я. Может, после этого у меня получится начать возврат к нормальной жизни. Хотя вряд ли она когда-то была нормальной после «Соснового коттеджа».
Но я не могу признаться Купу. Я едва могу смотреть в его сторону.
– Давай ближе к делу, – говорю я, сложив на груди руки, перенеся вес тела на левую ногу и агрессивно выпятив бедро.