После ссоры
Шрифт:
Когда в наступившей тишине громко хлопает дверь, я поворачиваюсь к Кену и начинаю плакать.
– Простите меня. Я лучше пойду. Я не хотела, чтобы все так вышло.
– Нет, оставайся, сколько захочешь. Мы всегда тебе рады, – говорит Кен, и они с Карен оба меня обнимают.
– Я не хотела портить ваши отношения.
Из-за того, что Кену пришлось выставить из дома собственного сына, я чувствую себя ужасно.
Карен берет меня за руку и пожимает ее. Кен кажется усталым и раздраженным.
– Тесса, я люблю Хардина, но, думаю, мы оба понимаем: без тебя портить было бы нечего, – говорит он.
Глава 2
Я
– Мне ужасно стыдно из-за трещины в стене. Я предложила Кену заплатить за ремонт, но он отказался, – говорю я Лэндону, расчесывая мокрые волосы.
– Не беспокойся об этом. Тебе сейчас и так непросто. – Лэндон хмурится и поглаживает меня по спине.
– Не понимаю, как я дошла до жизни такой. – Я смотрю перед собой, не желая встречаться взглядом со своим лучшим другом. – Три месяца назад все было по-другому. У меня был Ной, который никогда так бы со мной не поступил. У меня были близкие отношения с матерью, и я во всех подробностях представляла, какой будет моя дальнейшая жизнь. А теперь у меня ничего нет. Совсем ничего. Я даже не знаю, пойду ли теперь на стажировку, ведь Хардин тоже там будет… А еще он может убедить Кристиана Вэнса меня уволить, просто потому, что он на это способен. – Я хватаю подушку и с силой ее сжимаю. – Ему нечего было терять в отличие от меня. Я дала ему все. До встречи с ним моя жизнь была проста и ясна. Теперь… после этого… это просто… после.
Лэндон удивленно смотрит на меня.
– Тесса, ты не можешь отказаться от стажировки, он и так многое у тебя отнял. Не позволяй ему отнять и это, прошу. – Он почти умоляет. – Эта «жизнь после» без него хороша тем, что ты можешь делать все что захочешь, можешь начать все сначала.
Я понимаю, что Лэндон прав, но все не так просто. Сейчас все в моей жизни связано с Хардином, даже цвет моей дурацкой машины. Каким-то образом он стал нитью, связывающей все существование, и когда эта нить порвалась, мне достались лишь обрывки того, что когда-то было моей жизнью.
Я сдаюсь и слабо киваю Лэндону. Он слегка улыбается мне и говорит:
– Тебе надо отдохнуть.
Он обнимает меня и собирается выйти из комнаты.
– Как думаешь, это когда-нибудь прекратится? – спрашиваю я, и он оборачивается.
– В смысле?
Я почти шепчу:
– Эта боль.
– Не знаю… Правда, мне хотелось бы думать, что это так. Время лечит… почти все раны, – отвечает он и то ли хмурится, то ли улыбается, изо всех сил стараясь меня утешить.
Я не знаю, сможет ли время излечить меня. Знаю только, что не переживу, если оно с этим не справится.
Уверенный в своем замысле и все же, как всегда, вежливый, на следующее утро Лэндон вытаскивает меня из кровати, чтобы я не пропустила стажировку. Я наспех пишу записку Кену и Карен, в которой благодарю
Как только мы заезжаем на парковку, меня опять посещают воспоминания. Хардин стоит на коленях в снегу. Зед рассказывает про спор. Я быстро открываю свою машину и забираюсь внутрь, чтобы спрятаться от холодного воздуха. Увидев свое отражение в зеркале, я съеживаюсь. Под глазами, все еще красными от слез, дополняя мой образ, набухли темные круги, как из фильма ужасов. Мне точно понадобится больше косметики, чем я предполагала.
Отправившись в «Уолмарт», единственный магазин поблизости, открытый в такой час, покупаю все необходимое, чтобы замаскировать мои чувства. Но у меня не хватает сил, чтобы старательно наложить макияж, так что вряд ли теперь я выгляжу лучше.
Вот доказательство: я приезжаю в «Вэнс», и, увидев меня, Кимберли открывает рот от удивления. Я пытаюсь выдавить из себя улыбку, но она вскакивает из-за стола.
– Тесса, дорогая, ты в порядке? – с тревогой спрашивает она.
– Я так плохо выгляжу? – Я слабо пожимаю плечами.
– Нет, конечно, нет, – врет она. – Просто ты кажешься…
– Измученной. Потому что так и есть. Экзамены меня добили, – говорю я ей.
Она кивает и добродушно улыбается, но я спиной чувствую ее взгляд – Кимберли провожает меня глазами до двери кабинета в самом конце коридора. День тянется бесконечно долго, но около полудня ко мне стучит мистер Вэнс.
– Здравствуй, Тесса, – улыбается он.
– Здравствуйте, – выдавливаю я.
– Я просто хотел зайти и сказать, что твоя работа меня впечатляет. – Он тихо смеется. – Ты выполняешь задания лучше и внимательнее, чем большинство штатных сотрудников.
– Спасибо, это много для меня значит, – отвечаю я, а внутренний голос напоминает, что стажировку я получила только благодаря Хардину.
– В связи с этим я хотел бы пригласить тебя в эти выходные на конференцию в Сиэтл. Обычно там достаточно скучно, но это ведь мир цифровых публикаций, «веяния будущего» и все такое. Ты встретишься с разными людьми, узнаешь много нового. Через несколько месяцев я открываю второй филиал в Сиэтле, и мне самому надо там кое с кем увидеться, – улыбается он. – Ну, что скажешь? За все платит компания, выезжаем в пятницу днем, и я буду рад, если Хардин тоже поедет. Не на конференцию, а в Сиэтл, – объясняет он с хитрой ухмылкой.
Если бы он только знал, что происходит!
– Конечно, я хотела бы поехать. Большое спасибо, что пригласили меня! – говорю я, не в силах сдержать радость и внезапное облегчение от того, что наконец-то в моей жизни происходит что-то хорошее.
– Отлично! Я попрошу Кимберли предоставить тебе подробную информацию и объяснить, какие счета нужно будет подготовить… – Он продолжает говорить, но я уже ухожу в свои мысли.
Идея о поездке слегка облегчает мою боль. Я буду вдалеке от Хардина, но при этом Сиэтл теперь почему-то напоминает мне о том, что мы хотели туда съездить. Он оставил след в каждой частичке моей жизни во всем штате Вашингтон. Я чувствую, как стены кабинета сжимаются, как в комнате становится душно.