После Прочтения
Шрифт:
– А ситалитам снятся сны? Мне сегодня, похоже, приснился. Я видел что-то ужасное, ты была в крови… – я напрягся, пытаясь припомнить детали, но напрасно.
– Иногда снятся… – рука Киры оказалась у меня на груди, и я напрягся. – А где была кровь?
Она привстала и потянулась за моей рукой.
– Здесь? – она прикоснулась моими пальцами к своей шее, – Или здесь?
Рука спустилась ниже, но я ее остановил.
– Глупая, это действительно было страшно…
Ее тело настоящий источник удовольствия, я никогда не мечтал о таком наслаждении и не думал, что его может
Ум и красота любимой, заставляли меня самого становится лучше, я мог пожертвовать для нее всем. Даже жизнью. Теперь, когда мы были равны, когда наши тела и сущности были одной природы, я не мог представить, что нас что-то разлучит.
– Я жду вечером Андрея, – Кира поднялась с кровати и начала одеваться, – Он заскочит на минутку посмотреть, как ты.
– Любимая, мне кажется, ты чем-то озабочена. Все в порядке? – я смутно ощущал, что что-то не так.
– Артем, ты просто очень мнительный, – она уже расчесывала свои блестящие, черные локоны, – Профессор попросил его навестить нас. Андрей вечером будет поблизости и просто заглянет в гости.
– Я не про Андрея, а про тебя. Я слышу твою душу и чувствую перемены, – мне действительно стало не по себе, Кира была очень странной. Она никогда не смотрела на себя в зеркало подолгу, а теперь, застыла перед ним на несколько минут. Создавалось впечатление, что она просто не знает, чем себя занять.
– Милый, давай пойдем во двор, я хочу увидеть с тобой закат, и Андрея встретим заодно, – Кира наконец-то положила расческу на столик и развернулась ко мне. – Жду тебя в беседке.
Она улыбнулась и вышла из комнаты. Я встал и поискал глазами свитер, который одевал утром на прогулку… Странно. Его нигде не было, как и джинсов. Покопавшись в гардеробе, я достал черные брюки и серую рубашку. Кожаная куртка лежала в кресле и была влажной, плюс ко всему с запахом нашатыря. Я замер в замешательстве и принюхался. Действительно нашатырь… Ощупав карманы, я не нашел шприца с вакциной. Неужели потерял?
Спустившись по ступеням во двор, я увидел через низкий чугунный заборчик Аню. Девушка шла с плеером в ушах и подпевала исполнителю. Я окликнул, и она подошла к калитке.
– Привет, – ее голос был дружелюбно-безразличным.
– Привет. Ты одна? А Митька где? – я осмотрелся по сторонам, но парня рядом не было.
– А ты что, не помнишь? Ну, Артем, тебе надо меньше пить! – она рассмеялась. – В больницу поехал, плечо зашивать.
Меня передернуло… Абсолютно ничего не помню...
– А что с ним? – я вцепился в ограждение между нами.
– Ну, сосед, ты даешь! Кира правильно не давала тебе выпивать. Вы же с Митькой вместе прыгали. После очередного тоста, решили испытать тарзанку и вот…
– Так он сорвался? – я облегченно вздохнул.
– Еще как. Врач сказал, десять швов наложил. А ты крепкий, вместе же упали… – Аня усмехнулась, – Ну давай, пока.
Девушка двинулась дальше, на ходу снова одевая наушники.
Я развернулся и пошел на задний двор к Кире. Она сидела в беседке, вытянув ноги на скамейке. Я подошел к любимой,
– Митя в больнице, – я поправил ее завернувшуюся брючину. – Совсем не помню, как это произошло.
Кира бросила на меня недоверчивый, настороженный взгляд, но ничего не ответила.
– Поэтому ты такая? Ты сердишься на меня?
– Нет. Я тебя люблю, и этого ничто не изменит, – она взяла мою руку и прижалась к ней губами.
– Я тоже тебя люблю, моя хорошая.
Мы долго сидели и смотрели на уходящее солнце. Когда последний его лучик скрылся в бору, к дому подъехала машина.
– Это Андрей, – Кира поднялась, и я встал за ней.
Андрей уже сидел на крыльце, когда мы подошли к дому. Парень странно на меня глянул и откашлялся. Понятно, он теперь человек, а я ситалит, ему есть чего опасаться.
– Привет, тунеядцы.
– Здорово! – мы пожали друг другу руки и прошли в дом.
– Надеюсь, ты не рассчитывал на ужин? – Кира включила кофеварку.
– От тебя дождешься, – он засмеялся.
Мы просидели на кухне минут пятнадцать, а потом Андрей вспомнил, что сегодня по телевизору матч и рванул в гостиную, узнать счет.
– Артем, мне нужно с тобой поговорить, – Кира тоже встала из-за стола и направилась в спальню.
Я двинулся следом. Меня, не переставая, преследовало странное ощущение, словно все вокруг ненастоящее.
– Кира, я хочу, чтобы ты мне все объяснила, – начал я с порога. – Я вижу, что-то не так. С отцом беда?
– Нет, он жив и здоров, – Кира стояла лицом к окну. – Все отлично. Иди ко мне.
Я подошел, и она сразу же развернулась ко мне. В ее серых холодных глазах я не видел ничего: ни любви, ни огня, ни жизни. Не дав мне сказать больше ни слова, Кира притянула меня к себе и со сдавленным, мучительным стоном поцеловала.
Сквозь волну удовольствия, я почувствовал легкий укол в шею, и отстранившись, нащупал пальцами ранку.
– Что это? – подняв глаза, я увидел слезы? на щеках Киры.
...Ситалиты не плачут, но она всегда была особенной…
– Это жизнь, любимый. Я возвращаю ее тебе… – родное лицо стало растворяться в тумане. – Ты должен быть человеком. Прости меня за эгоизм… Я не имела права желать тебя для себя.
Прощай…
****************************
Я открыл глаза. Первое, что меня насторожило, это размеренный гул, словно я лежал рядом с открытой водой. Я сел и огляделся. Небольшое бунгало было типичным для морских курортов. Но…
Как я здесь оказался?
Почему я так плохо вижу? Почему не чувствую запахов…
«Ты должен быть человеком… Прощай… »
Боже… Кира…
Она ввела мне свою сыворотку. Она бросила меня… Снова…
…Я не ситалит...
– Нет! Нет… – я стиснул зубы и застонал. Подушка улетела в угол и врезалась в столик, опрокинув вазу с цветами.
– Продолжение будет? Или мы уже можем поговорить? – я поднял голову и увидел сидящего у двери Андрея. Он с аппетитом грыз манго и улыбался.