После Нуля

Седьмой Ноль

– Согласен. Пошли, отнесем их от подъезда, к забору садика.

Закончив укладывать тела, Юра пошёл сливать бензин, а я, перепрыгнув через металлический заборчик детского садика, собрался наломать веток с деревьев, для погребального костра.

Во двор завернул тентованный Камаз, защитного цвета. Точно, вояки - номера черные. Остановились рядом с телами.

– Что происходит? Почему сразу о мертвых не доложили?
– начал выкрикивать молодой, но уже довольно толстый лейтенант, — Или от трупов избавляемся?!

–

Похоронить решили, друзья это наши, - сказал я, подойдя к заборчику, но не торопясь перелазить на их сторону.

– Это точно не они, это хулиганы какие-то.
– вступилась за нас та самая старушка. И начала рассказывать военным ту же историю, что и нам недавно, только сейчас, она почему-то упустила, что нападавшие были сотрудниками полиции.
– Я и Мишутку в комендатуру отправляла, это вас прислали?

– Не прислали нас сюда, мы просто центр дарами объезжаем. Собрание в центре, не слышали что ли? — ответил военный, пристально разглядывая нас.

– Как же не слышали, слышали. Думали, дождемся вас и пойдем.
– продолжала старушка.

– Так что с телами делать будем, а лейтенант?
– спросил Кривой.

– Продиктуйте мне их имена и фамилии, данные все, какие о них знаете и можете быть свободны. — пояснил лейтенант.

– А с ними то что будет?
– продолжил настаивать Кривой.

– Заберем мы их, хороним всех в братской могиле, а не нравится, грузите их себе и на кладбище везите, а тут пожары устраивать не дам. За это вплоть до расстрела на месте. Ясно?- почти рявкнул военный.

Мы дружно молчали, обдумывая услышанное.

– Ну что, сами повезете или как?
– еще раз спросил военный.

После этих его слов наша машина, сделав вид, что захлебывается, заглохла. Вопрос был решен.

Узнав подробнее у лейтенанта, об этих братских захоронениях и рассказав ему под запись, данные об Иване и его семье, мы побрели со двора.

– Теперь к Велесу, если там тоже самое, значит по участникам клуба они проходятся, либо мстят за те жалобы, либо просто оружие собирают.
– предположил Юра.

– У них оружие Ивана, когда я встречу людей с этим оружием, я их заживо сожгу.

Проходя через центр, пришлось пробираться через собиравшиеся, казалось бы стихийно, толпы людей. На самом деле соседи собирались подъездами или домами, случайно встретившиеся друзья, коллеги, затем к ним присоединялись друзья, друзья друзей, а дальше всё начало сливаться в одну большую, шумную толпу.

Так на площади начиналось общегородское собрание. Власть имущие этого города, решили объяснить людям, как им теперь надо жить и кому подчиняться.

– Либо остаемся и узнаем новости города, либо идем к Олегу и Лехе, которым может угрожать опасность, что делаем?
– спросил Кривой.

– Знаешь, что я думаю, — ответил я Юрке. — Можешь конечно, считать

меня жестоким и бесчеловечным, но сейчас идет кровавый отбор, вот ты сегодня пятерых сделал и даже без царапины остался, а Ивана и всю его семью вчетвером убили и он совсем ничего не сделал, потому что еще верил, что человек человеку брат, хотя волками друг другу мы, люди, стали уже давно. Просто сегодня нам загоны открыли и теперь, кто не в стае и кто не доказал этой самой стае своё право быть в ней, тому и валяться луже крови и собственных мозгов.

– А ты, Кузнец, чем ты доказал право быть в стае? — спросил он меня.

– Пока ничем. Пока я просто пытаюсь собрать стаю и попутно доказать, что я достоин в ней быть.

– Есть в этом логика и здравый смысл, только никому пока это не рассказывай, не поймут нас пока остальные, а если и поймут, то не примут это. – посоветовал мне Кривой.
– Пошли, а то всё прослушаем.

У нас в стране всё как обычно - мы обосрались, но всё под контролем, мы тонем в гавне - но контроль полный.

Так же и тут. Ничего нет, магазины пустые, но скоро всё будет, вы только не волнуйтесь. Свет к концу следующей недели сделаем, потом воду дадим, люди работают, потерпите! Только вот те люди, которые и должны это делать, находились в толпе рядом с нами, это мы поняли по их выкрикам. На эту неделю обещали поставки воды и горячей еды силами военных, но вопросы, то, что машины не работают или работают через раз, и на чем же вы это привезете, игнорировались. Опять просто пиздят людям глядя в глаза. Никто из этой лживой администрации города не смог сказать людям правду, не смог, не решился.

Полковник ВВ ничего не обещал, просто зачитал нормы комендантского часа, развернулся и ушёл.

Вот что удалось запомнить:

С 20.00 до 6.00 запрещено выходить из дома.

При передвижении днем всё обязаны иметь при себе паспорт и предъявлять его сотрудникам полиции или военным патрулям.

Костры в квартирах и во дворах жечь запрещено. Кстати, этот пункт вызвал дикий протест и свист толпы.

И еще несколько стандартных, глупых пунктов, кроме этого:

За грабеж, разбой, воровство или мародёрство - расстрел на месте!

Интересно чем они стрелять собрались, рогатками? Или с арбалетов, луков? Но вроде же родную краснознаменную этим никто не снабжал уже лет триста!

– Надо было машину попробовать завести. Хоть толкнуть попробовать. – посетовал Юрка.

– Тогда собрание бы пропустили. – ответил ему я.

– После собрания бы попробовали. — продолжил он.

– Не стоит больше на машинах двигаться. Убить за работающую машину теперь могут. – объяснил я ему свои слова.

– Да кто убьет то, день же. Да и солдатики на каждом углу. — словно забыв о своём утреннем приключении, как-то наивно, спросил Кривой.