После Нуля
Шрифт:
Сознание не покинуло его полностью. Он практически не мог шевелиться, но слышал всё прекрасно. А вот рассмотреть что либо, он был не в состоянии - кровь из рассечённой брови залита ему глаза. Он почувствовал, что его взяли за руки и куда-то поволокли.
– Ебанутый приказ.
– услышал Казимир голос.
– Сам ты ебанутый.
– произнёс другой человек.
– Нормальный приказ. Сначала допросить надо, а потом и убить можно.
– Как по мне, так лучше сразу убивать надо.
– Нихера ты Квака не понимаешь, поэтому в сторожах и сидишь.
– Ха, - усмехнулся человек по имени Квака.
– А ты то, раз
– Не твоё дело. И вообще, заткнись и тащи молча.
– Ха -ха - ха ...
После того, как его проволокли около сотни метров по сырому асфальту, он услышал скрипучий звук, открывающийся железной двери. Совсем не думая о бережном отношении к телу Казимира, те двое, что тащили его, протиснулись в дверь и заволокли за собой Малевича. Когда его втаскивали в помещение, Казимир зацепился штанами за какую-то херню, и разодрал их, как раз в районе пятой точки. Дыра получилась большая, такая, что вся его жопа, неприкрытая теперь тканью, волочилась по холодному бетонному полу, пытаясь отшлифовать его. Метров через десять, Казимира отпустили, и он упал, ударившись затылком о пол. Лязг замка, дал ему понять, что его собираются затащить в очередную дверь. Четыре крепкие руки схватили Малевича за одежду и совершенно не церемонясь, швырнули в открытую дверь.
Состояние свободного падения. Именно это его испытал Казимир, после того, как его втолкнули в дверь. Благо для него, летел он недолго, секунду - полторы, но приземление было болезненным. Ещё бы, упасть с двух метровой высоты на груду сырых, трухлявых, воняющих плесенью досок - не самое безболезненно ощущение.
– Шкура, принимай пленника!
– прокричал сверху один из его провожатых.
– Дебилы!
– послышался мерзкий, скрипучий и очень хриплый голос, откуда то из глубины того помещения, в котором оказался Казимир.
– Сначала меня зовите, а потом пленных бросайте, он же убиться мог!
– Да и хуй с ним!
– крикнул голос сверху и захлопнул дверь.
– Дебилы - они и в Африке дебилы.
– подытожил Шкура.
"Или подытожила?" - возникла мысль в раскалывающейся голове Малевича.
– "Ведь по их голосам непонятна их половая принадлежность".
Огромная, сильная ладонь, схватила запястье Казимира и поволокла его.
"Мужик" - сделал вывод Малевич.
– "У бабы такой руки быть не может. Хотя... чёрт их, бомжей, знает".
Его проволокли еще метров пять, и прислонили к стене, потом резко развернули, скрутили руки за спину и связали. Связали жестко и очень больно - стальной проволокой.
– Не боись, ничего твоим рукам не будет.
– прохрипел Шкура.
– Скоро Король придёт и решит, что с тобой делать.
"Весело, сука. Не обманул Кузнец" - подумал Малевич.
– "Надо будет ему эту шутку рассказать, пусть поржёт".
Долго ждать не пришлось. Примерно через четверть часа дверь отворилась и в помещение вошли люди. Судя по шагам, не меньше четырех человек.
– Этот?
– спросил кого-то наглый, властный голос.
– Ага, этот.
– с долей подъёбки, ответил ему, судя по голосу, Шкура.
– Сложно перепутать - он тут один ваще-то.
– Ты, манда ебаная, давно в хоре не пела?
– спросил у Шкуры властный голос.
"Манда? Шкура - это баба?
– ахуеть не встать!" - подумал Казимир.
– Ну ты чё, Король, я же шучу, прости.
– начала оправдываться
– Поздно извиняться. Допизделась ты.
– огорчил Шкуру Король.
– Сегодня ночью ублажаешь группу Бабайки.
– Ну пожалуйста, не надо, лучше к сторожам, они хоть моются иногда.
– взмолилась Шкура.
– Или заткнись, или ещё одну группу дам!
– рявкнул Король.
Возражений не было. Шкура, видимо поняла, что не сможет отмазаться, и не стала усугублять своё положение попытками извиниться перед Королём.
– Ебло ему помойте. Хочу посмотреть на него.
– приказал Король.
На Казимира вылили пол ведра вонючей жидкости, которая тут, скорее всего, считалась водой, и протерли лицо, такой же, противно воняющей тряпкой. Кто-то поднёс к его лицу факел, давая возможность Королю лицезреть пленника.
С минуту ничего не происходило. Четыре человека, лиц которых Казимир не мог рассмотреть из-за факела, слепящего его глаза, стояли и молча смотрели на него.
– Все вышли!
– нарушив молчаливую паузу, приказал Король.
Возражений не было и все как один, молча, покинули помещение, закрыв за собой дверь.
– Привет, Казимир, ну и какими же судьбами тебя сюда занесло?
– спросил Король.
– Ахуенно. Меня сам Король бомжей знает. Или я такой известный, или я мы раньше встречались.
– предположил Малевич.
– И если ты меня убивать не стал, значит расстались мы по-хорошему, а таких людей не так-то много.
Человек с факелом в руках, слушал это молча, давая своему пленнику выстроить логическую цепочку, которая приведёт его к разгадке личности Короля.
– Ты чё, ждешь, пока я тебя отгадаю?
– спросил Казимир.
– В пизду игры, чё мы, дети что-ли. Покажись уже.
– Ох и мудак же ты Казимир.
– раздосадовано произнёс Король и поднес факел к своему лицу.
– Как же я не догадался, что в этом гавне, только такой гавнюк как ты может жить.
– шутливо сказал Малевич, узнав говорящего с ним человека.
Вася Рамс. Именно под этим именем знал Казимир этого человека. Познакомились они с ним ещё на "малолетке", почти сорок лет назад. Потом, когда оба были на свободе, они пару раз работали вместе, но Казимиру не понравились методы Рамса - он старался работать бескровно, поэтому они разбежались, хотя деньги они поднимали хорошие. Что же за дела мутил Рамс, что его клиенты должны были оставаться в живых? Вымогательство и рэкет – один из самых значимых статей дохода, братвы девяностых.
– Тебя как в эту дыру занесло?
– спросил Казимир Рамса.
– Ты же пацан центровой, с Края не вылазил.
– Ты аккуратнее базарь. У нас за центрового можно хорошо выхватить.
– ответил ему Рамс, мастряча факел к канализационной трубе.
– Ща, фонарик присобачу и расскажу.
Со второй попытки ему удалось закрепить факел. Король - Рамс, нагнулся к Казимиру, немного развернул его и принялся разматывать проволоку.
– По работе я тут был.
– начал рассказывать Рамс.
– Должника одного хорошо напрягли, рыбой он тут занимался. Подняли вообще чётко, только вот я забухал хорошенько. Полторы недели бухал, пока водка киселем не стала. Думал "белочку" выхватил - а хуй-то там, хотя лучше бы это была "белочка". Ну и хули, потом туда - сюда короче, с пацанами местными словились, бригаду замутили, вонючек напрягли на нас работать и вот я тут.