После Нуля

Седьмой Ноль

Буран стоял в дверях, абсолютно неподвижно и мне пришлось его немного подвинуть.

Вся ванна залита кровью. В ванне разрубленное на куски тело, без ног и головы. В унитазе кишки, некоторые вывалились из него и лежат на полу. Рядом с унитазом в луже подсохшей крови отрезанная голова. Женская голова с открытыми глазами и застывшей гримасой ужаса на лице, все волосы перепачканы кровью...

– Там типа мангала за домом, они ночью шашлыки жарили, - добавил красок к увиденной нами картине Кривой, - Теперь что скажешь, а, Саня?

Саня

молчал.

– Слава, сюда иди, - Я позвал сына, - Сын, ты сейчас увидишь страшные вещи. Это не испытание, не проверка, просто посмотри на это и подумай, надо ли тебе всё это, все эти походы и сражения, вся эта кровь, кишки и гавно. Если не сможешь смотреть на это я пойму и никто и никогда не скажет что ты слабак. Понял?

– Да пап, понял.

Он не испугался, не отбежал и не закрыл глаза. Просто спросил:

– Зачем они это сделали?

– Они её ели, отрезали куски и жарили.
– Не выбирая выражений "помягче", ответил я, - Просто сожрали её.

– Ты всё ещё хочешь ходить с нами в город?
– спросил у Славы Кривой.

– Да. Хочу. Я хочу защищать людей, что-бы их не съедали.

– Мы не для этого ходим в город. Мы не защищаем людей, мы ходим для того, чтобы добыть нужные нам вещи. И всё. Ясно?

– А зачем тогда сейчас мы убили этих людоедов?
– немного не поняв наши действия, спросил он.

– Мы не собирались, мы просто поговорить хотели, а они нас обматерили, за это мы их и наказали.

– А если бы они поговорили с нами, мы бы просто ушли?
– продолжил расспросы сын.

– Да. Просто ушли. Я даже не уверен, что мы их убили бы, зная, что они людоеды. Сейчас тебе это сложно понять. Не думай об этом. Если решил идти дальше, то просто слушайся меня и всё. Хорошо?

– Хорошо, - согласился Пятачок.

– Буран, ты как? Пришёл в себя?
– Спросил его Кривой.

– Как так-то? Как так?
– со слезами на глазах заговорил Буран.

– Вот так вот, вот так. Жизнь такая теперь, Саня. Пиздой накрылась прошлая жизнь, кончились прогулки с семьей по парку, посиделки в кафе пиздой накрылись, пикникам на природе пиздец, всему пиздец!!! Теперь или ты убьешь или тебя! Ясно?! Закон ёбаных джунглей! Ясно тебе? Или ты, или тебя! Если не принимаешь это, то пиздуй домой и рой колодец! Пойми это уже или домой возвращайся!

Слезы прекратились. Посмотрел со злостью мне в глаза и... и я оказался в голове Бурана.

– Если ты не примешь этот новый Мир, то он сожрёт тебя. Сожрёт, как те твари сожрали эту девку. Он сожрет тебя и твою семью. Ты этого хочешь? Ты хочешь, чтобы на месте этой девки была твоя дочь? Нет? Тогда прими это, прими Новый Мир. Ты же боец, Саня, боец! Защити семью, защити себя, нас всех! Прими новые правила, изменить, брат!

Меня выкинуло. Я смотрел в глаза Бурану. Теперь в нем не было злости, теперь в них облегчение и понимание ситуации. Он кивнул:

– Я понял. Я всё понял. Я приму новые правила. Ради семьи, ради дочери. И ты прими меня, прими

и веди в этом новом Мире.

После этих слов он приклонил колено и склонил голову:

– Я принимаю Новый Мир. Прими и ты мою клятву верности тебе. Мой меч Твой!

– Клятва принята, - слова вылетели из меня сами по себе, против моей воли.

– По ходу ёбнулся Буран, - подытожил Кривой, - вы оба ёбнулись.

– Всё хорошо, Юра, потом объясню. Поднимайся Буран, идти пора.

– Этого кто сделает?
– Кривой кивнул на связанного каннибала.

– Пятачок, убей его.
– Уже совершенно осознанно сказал я. Все уставились на меня, но никто, кроме сына, ничего не сказал:

– Я?

– Это твоё испытание.

– А если я не смогу?

– Ты вернешься домой, а испытание отложим на год.

– Тогда я смогу, я готов.

Он достал нож. Встал на одно колено, занес руку для удара и в этот момент каннибал открыл глаза и последнее что он увидел перед смертью, было лицо мальчика двенадцати лет. Лицо не выражало ничего, ни страха, ни злости, ни ненависти - спокойное лицо ребёнка, превращающегося в мужчину...

Глава 7

– Что за ёбань ты там устроил? Зачем мелкого на это подписал? Что с Бураном сделал?
– Кривой завалил меня вопросами, когда мы вышли из дома и пошли с ним в авангарде.

– Не такой уж он и мелкий, хоть и лет ему мало, а ростом уже под метр семьдесят и силы в нём не меньше, чем в любом из нас...

– Зато мозги ещё не окрепли и не готовы к такому!
– перебил он меня.

– Готовы, Юра, готовы. Не был бы готов - не сделал бы этого. Если у нас средневековье, то и становится мужчинами надо раньше. Тебе напомнить может как в те времена было?

– Тогда - это не сейчас, - попытался возразить он.

– Еще как сейчас, а может ещё и жёстче. Себя вспомни шесть дней назад.

– Ладно, может ты и прав. А с Саней что?

– А вот тут я сам охуел от того, что получилось. Я как-то к нему в голову залез. Даже о чём-то поговорил там с ним, смутно это уже помню. Успокоил вроде его, направил куда надо...

– Куда надо? Или кому надо?
– как же правильно задал вопрос Кривой.

– Не буду врать, подтолкнул его в свою сторону, но присягать мне не приказывал. Вроде не приказывал, - ответил я искренне.

– Не думал, что это всё твоя "подачка", или как ты её там называл?
– Кривой всё сыпал на меня вопросы, причём правильные вопросы.

– Думал конечно. И, скорее всего, это она и дала мне такую способность...

– Или сама это сделала, - предположил Кривой.

– Может и так. Надо будет проверить ещё на ком-нибудь, - я повернулся к Юрке и, улыбаясь, спросил его, - Проверим?

– Ага, щас! Даже не думай! К рыжему придём сейчас, на нём и тренируйся. Если я и захочу присягнуть тебе, то пусть это будет добровольно, хорошо?
– это он даже не спросил меня, а скорее попросил.