После него
Шрифт:
Он ободряюще мне кивнул, и я обернулась к мужчине с пышными седыми усами в бордовом костюме из вельвета. Подала ему руку, и он галантно чмокнул ее в двух сантиметрах от кожи. На меня, впрочем, не глядя, только на Тимура.
— Я думал сегодня отвлечься с прекрасной дамой, но, кажется, судьба считает, что мы не договорили, — ухмыльнулся Тимур. Ох уж эта бизнес-ложь. — Познакомьтесь. Агата, это Адам Вуйчик. Адам, мою спутницу зовут Агата.
— Вы прекрасны, мадам. Надеюсь, я сегодня за этим столом разбогатею так, что честь
Несмотря на то, что Адам не высказывал ко мне никакого интереса, даже не смотрел толком, глаза Тимура все равно нехорошо сверкнули на этих его словах.
За покерным столом кроме Тимура и Адама устроились еще четверо: мужик в потертой ковбойской шляпе, пожилая женщина с длинными алыми ногтями и такой же вызывающей помадой, азиат в дорогом костюме и нервный парнишка в рубашке кислотных цветов со стоящими дыбом рыжими волосами и «кошачьими» линзами в глазах.
Или не парнишка?
— Я Харри! — заявил он. Или она.
— Билл, — представился ковбой.
Кто бы мог подумать!
Остальные решили не называть своих имен, тем более, что крупье, худой усатый мужик с выражением лица человека, повидавшего все людские пороки, не особенно приветливо отнесся к этой инициативе.
Тимур ловко привлек меня к себе, я наклонилась, чтобы коснуться его губ, и он воспользовался тем, что заставляет мир вокруг меня кружиться как в хороводе, уронил меня к себе на колени. Как обещал.
Его рука как-то так удачно скользнула в разрез, что стало даже неловко — она легла на внутреннюю сторону бедра, слишком быстро подобравшись к тому месту, где было уже горячо и влажно.
Крупье, не меняя каменного выражения лица, монотонно заговорил:
— Техасский холдем. Блайнды, пожалуйста, господа. И дамы. И… — он оглядел Харри повнимательнее. — …и прочие формы жизни.
Взгляд Тимура стал очень внимательным, а его пальцы впились в мою кожу.
Харри подмигнул крупье, выкладывая фишку:
— Моя рубашка отпугивает акул и привлекает удачу! Научно доказанный факт!
Билл-ковбой закатил глаза и тоже выложил что-то на стол, прокомментировав:
— А моя шляпа отпугивает здравый смысл, сынок.
— Раздаю карты, господа. Попытайтесь не плакать, когда увидите их, — равнодушно проговорил крупье, раздавая всем за столом по две закрытые карты.
Реакция на них была самая разнообразная, и только Тимур вообще не стал их переворачивать. Лишь сделал знак пробегавшему официанту и обратился к Адаму по-русски:
— Что насчет нашего контракта? Думаю, мы можем обсудить детали поставок уже сейчас.
Адам, не отрываясь, смотрел на свои карты с видом человека, получившего черную метку от пиратов.
Я не выдержала и слегка приподняла карты Тимура.
— Это плохо или хорошо? — шепотом спросила я, прижавшись к нему всем телом.
— Если я тебе отвечу, я проиграю.
Ковбой крякнул, поправил шляпу и заявил:
—
Азиат решительно выложил фишки перед собой, выстраивая идеальную башенку.
— Рейз, — сказал он с сильнейшим акцентом. — Триста. Мне надо отбить стоимость костюма до конца круиза.
— Слишком горячо для меня, как мой третий муж, — вздохнула леди, с костяным стуком ногтей сбрасывая карты. — Фолд.
— Колл, — кивнул Тимур. — Кстати, Адам, я изучил документацию — ваши условия по срокам поставки выглядят несколько оптимистично.
Я заметила промелькнувшую улыбку на лице Адама, и мне это не понравилось. Я запустила пальцы в волосы Тимура, слегка потянула их и царапнула его скальп. Надеюсь, он поймет намек.
— Колл, — тоже кивнул Адам и выложил фишки, идеально, одну к одной. — Наша логистика отлажена годами. Мы даже учитываем сезонные колебания в Южной Азии и настроение таможенников по понедельникам.
На русском он говорил совершенно без акцента, и это напрягло меня еще сильнее.
Наверное, я как-то выразила эту свою неуверенность и тревогу, потому что Тимур вдруг повернул ко мне голову и посмотрел прямо в глаза.
Его пальцы расслабились и даже слегка погладили мое бедро.
Все хорошо — поняла его посыл я. Все под контролем.
34. Рисовое вино из туфельки красавицы
Харри тем временем выудил из-за пазухи огромные солнечные очки в алой оправе со стразами и водрузил их на нос.
— Что ж… Фолд! — заявил он театрально бросая карты в середину стола. Сегодня не мой день! Впрочем, как и вчера. И позавчера! И весь этот год!
Крупье с выражением легкого презрения на лице выложил три карты на стол и равнодушно проговорил:
— Флоп. Валет пик, девятка бубен и тройка треф. Не аплодируйте, я всего лишь делаю свою работу.
Ковбой достал из нагрудного кармана очки с толстыми стеклами, надел и вгляделся в свои карты, словно не доверяя первой оценке.
— Чек… — проворчал он. — В молодости я бы рискнул, но сейчас мой единственный риск — это острый соус к буррито…
— Ставлю пятьсот, — самоуверенно заявил азиат, поправляя идеально сидящий галстук. — Я оптимист. Или идиот.
— Колл, — бросил Тимур, даже не взглянув в карты. Он снова сжал горячей ладонью мое бедро и повернулся к Адаму: — Если мы заключим контракт, вам придется пройти нашу процедуру аудита. Это стандартная практика для всех новых партнеров.
Все их слова скользили мимо меня. Вероятно, конкретика была раньше, когда Тимур играл в рулетку. Или им нет необходимости обсуждать очевидное. Только мне казалось, что напряжение одновременно растет на обоих уровня — и карточном, и деловом.