После неё
Шрифт:
— У тебя нет пары недель.
Мы шли, уворачиваясь от сугробов на тротуаре, пока не дошли до Emerald house. Вывеска паба, однако, не горела.
— Неужели этот скряга не оплатил свои счета?
Пёрпл открыла дверь, а я в шоке замерла в дверном проёме. Зал был заполнен сотнями и сотнями цветов всех видов. Единственное, что их объединяло, — это фиолетовый цвет.
Передо мной возник Джо.
— Высокий бородатый парень потребовал, чтобы я закрылся для других клиентов и заполнил для тебя своё заведение фиолетовыми цветами. Он дал мне кучу бабла и
Я посмотрела на Уайт, которая выглядела зачарованной и потрясённой. — Я влюбилась в Бо Бакера.
— Это шутка?
Пёрпл покачала головой и протянула мне открытку.
И в этом году я не получил от тебя приглашения.
Я снова огляделась: никто и никогда не делал для меня ничего подобного, даже близко.
— Я… я сказала ему оставить меня в покое, — пробормотала очень неубедительно.
— Нет, не стоит! Это работает так: ты одна из тех, он один из этих, вы родственные души, так что ты должна вернуться к ненависти к нему и жалобам на него!
Я хмыкнула и подошла к столику слева, заваленному букетами фиолетовых ромашек. Взяла один цветок и посмотрела на него с грустью и волнением.
— Не хочу жаловаться на него, я бы не смогла, потому что он мне слишком нравится, а я ему — недостаточно.
— Ты правда думаешь, что не нравишься тому, кто наполнил бар фиолетовыми цветами ради тебя? — спросила Уайт.
— Но тогда, почему он так себя ведёт?
— Спроси у него, — ответила Пёрпл, пожимая плечами.
— Ты права, мне нужно с ним поговорить.
Я собралась выйти, но меня остановил Джо.
— Эй, у меня бар оплачен на весь вечер.
— Угости выпивкой Дуэт и учти — постарайся развлекать моих сестёр, а не оскорблять их!
Я вернулась в Tower и сразу же поднялась на этаж Бо. Дойдя до его двери, глубоко вздохнула и тихонько постучала. Бакер открыл быстро; на нём всё ещё был костюм, который помогала надеть меньше часа назад, только галстука уже не было, а рукава рубашки закатаны до локтей.
— О чём я просила тебя по меньшей мере десять раз? — начала я.
— Напомни мне, в последнее время я очень рассеянный.
— Что мы больше не можем встречаться.
— На самом деле я с тобой не встречаюсь.
— Тебе не нужно было устраивать то, что ты организовал.
— Тебе не нужно было уходить. Это твой день рождения, и всё в твоём распоряжении, даже не очень приятный владелец паба.
— Бо!
— Объясни мне, почему ты больше не хочешь со мной встречаться.
— Если объясню, ты оставишь меня в покое?
— Вообще-то, нет, так что не утруждайся. Это ни хера не изменит.
Я протянула ему маргаритку, которую продолжала сжимать в руках, он взял цветок. Этот жест, казалось, несколько успокоил нас обоих. Бо посмотрел на меня, его черты лица стали более спокойными.
— Но если ты всё равно хочешь рассказать мне, Пенелопа, я выслушаю
— Я не люблю, когда меня игнорируют.
— Это невозможно сделать, ты громкая и сварливая.
— Мне не нравится, когда меня игнорируешь ты! — уточнила я.
— Именно это я и пытаюсь сделать, но ты захотела закрыть тему.
— Я прекратила всё до того, как ситуация стала сложной для меня.
— У тебя есть другой парень?
— Нет!
— У тебя есть ребёнок?
— О чём ты говоришь!
Он громко вздохнул и распахнул дверь.
— Войди, пожалуйста.
Я вошла. Несмотря на то что Бо согласился проводить примерки в своей квартире, я бывала у него очень редко, и наши встречи всегда проходили в гостиной. В отличие от квартир других игроков, жилище Бо было голым и безликим. Здесь не висело ни фотографий, ни каких-либо других свидетельств его присутствия, только трофеи, которые он выиграл, словно это был музей Милашки Би. Единственное, что выделялось, — перед окном с видом на Балтимор стоял красивый рояль.
— Пенелопа, я пытаюсь понять, в чём для тебя возникает трудность в наших отношениях.
Я прошла на середину комнаты и остановилась. Как объяснить ему, что он для меня уже больше, чем просто свидание, и при этом не чувствовать себя жалкой?
— Для тебя нормально провести вечер с девушкой, а потом делать вид, что ничего не произошло?
— Это были и будут судьбоносные дни. Ты тесно сотрудничаешь с командой уже много лет, думаю, ты в курсе. У меня рутина, просчитанная до минуты, я не могу вносить изменения. Да ещё Ламар живёт рядом. Конечно, у меня есть жизнь и вне поля, но до плей-офф осталось всего несколько игр, и у меня не так много свободного времени.
— Ты игнорируешь меня уже несколько дней, я постоянно прохожу мимо тебя!
— Я давал тебе свободу, думал, ты сама этого хочешь.
— Разве тусовки с Энни это вариант управления своим пространством? — настойчиво провоцировала я.
— Я не тусуюсь с Энни, я говорил тебе об этом по меньшей мере сотню раз.
— Точно так же, как ты неоднократно говорил мне не общаться с Элвудом.
— Это другое.
— В чём, твою мать, по-другому?
— Доктор заинтересован в тебе, Энни не заинтересована во мне. Ты часто видишь нас вместе, потому что она работает над моим имиджем и спонсорством, а также над всеми социальными каналами и СМИ. Она помогает МакМиллиану в других вопросах, связанных с клубом.
— Ты думаешь, я глупая? Вы всегда вместе, в самолёте, в Castle, за обедом, в перерывах, а со мной ты никогда ничем не делишься!
— Это работа, ты ревнуешь без причины.
Я скрестила руки на груди.
— Ни хера не без причины!
— Теперь понимаю. Ты имеешь в виду, тот случай, когда застала нас в полотенцах в моём номере во время выездной игры, верно? Мы делали общий массаж. Я занимал номер, достаточно большой, чтобы вместить массажиста, и всю атрибутику, включая кушетку, поэтому разрешил Энни воспользоваться номером. Ты не так поняла.