После нас - хоть потом
Шрифт:
– Слава Богу… - Полковник облегченно вздохнул, но тут же встревожился вновь.
– Потом с корой… - беспомощно проговорил он.
– Вы ведь в прошлый раз сказали, она полсотни заварок выдерживает…
Супруга его томно оправила пепельные волосы и возвела глаза к потолку. Розовые губы чуть приоткрылись, явив влажный жемчуг зубов. Интересно, сколько ей лет? Двадцать пять? Двадцать? Ах, полковник, полковник! Ну, сам виноват…
– Полсотни, говорите?
– рассеянно переспросил дон Жуан.
Полковника прошиб пот.
– Это я округлил, - разом охрипнув, поспешил исправиться
– На самом деле, конечно, около сорока… Но все равно, заваркой больше - заваркой меньше… Как вы полагаете?
– Полагаю, да, - серьезно ответил дон Жуан - и вокрес полковник.
– Завтрак на столе!
– радостно брякнул он, потирая большие ладони.
– Прошу.
То ли за четыреста лет научились лучше готовить, то ли дон Жуан давно не пробовал ничего иного, кроме скрипящей на зубах угольной пыли, но завтрак показался ему превосходным. Стоило потянуться за чем-либо, как асимметрично мордастый пасынок (ну не сын же он ей в конце-то концов!), видимо, извлекший из вчерашнего все возможные уроки, вскакивал и, чуть ли не пришаркнув ножкой, подавал желаемое. Весьма способный юноша, с легким омерзением отметил дон Жуан. Далеко пойдет…
– Грибочки, рекомендую, - приговаривал полковник.
– А там, Бог даст, и шашлычком из осетринки попотчуем. Петр Петрович-то вот-вот нагрянет… - Полковник приостановился и дерзнул всмотреться в надменное смуглое лицо гостьи.
– Так что, подзаправимся - и к генералу. Ждет с нетерпением.
– Генерал?
– Дон Жуан насторожился. Ко всяким там генералам, командорам и прочим гроссмейстерам он питал давнюю неприязнь. Были на то причины.
9. У ГЕНЕРАЛА
Первый гость:
– Клянусь тебе, Лаура, никогда
С таким ты совершенством не играла.
Как роль свою ты верно поняла!
– Вовремя, вовремя… - Сухонький, чтобы не сказать - тщедушный, генерал милиции вышел из-за стола, чтобы самолично усадить гостью в кресло
– то самое, в котором сиживал недавно владыка.
– И с инфарктом - тоже вовремя. Вы даже представить не можете, как вы нас выручили с этим инфарктом… Добрались, надеюсь без приключений?
Дон Жуан лукаво покосился на затрепетавшего полковника.
– Благодарю вас, превосходно… - На доне Жуане был светло-серый английский костюм и французские туфельки на спокойном каблуке - все из гардероба полковницы.
Генерал тем временем вернулся за стол и, лучась приветом, стал смотреть на гостью. Глаза его однако были тревожны.
Странное лицо, подумалось дону Жуану. Лоб, нос, глаза - несомненно принадлежали мудрецу, аналитику и - чем черт не шутит!
– аристократу. Рот и нижняя челюсть наводили на мысль о пропащих обитателях Злых Щелей.
– Ну, как там Петр Петрович?
– осведомился наконец генерал.
– О-о! Петр Петрович!..
– молвил дон Жуан с многозначительной улыбкой.
Генерал понимающе наклонил прекрасной лепки голову. По обеим глубоким
– Да, - признал он.
– Что да - то да. Так вот, возвращаясь к инфаркту… Работа, должен признать, безукоризненная. Но с баржей, воля ваша… того… переборщили. Нет, я прекрасно вас понимаю. Бушлаты - на дне. Тот, кто списывал, суду уже не подлежит. Полковник Непалимый, сами видите, по гроб жизни вам благодарен…
Дородный красавец полковник растроганно шевельнул собольими бровями. Генерал вздохнул.
– Но теплоход-то зачем?
– продолжал он, морщась и потирая залысину.
– Шума теперь - на всю страну. Утром соболезнование от правительства передавали, назначают комиссию, опять же водолазы вызваны… Но это, я надеюсь, вы сами уладите.
– Он замолчал, покряхтел.
– Теперь насчет коры…
– Да что, собственно, кора?
– сказал дон Жуан.
– Заваркой больше, заваркой меньше…
Генерал вздрогнул. Полез в боковой карман, достал платок и, не спуская с дона Жуана зеленоватых настороженных глаз, медленно промакнул обе залысины.
– Так-то оно так, - внезапно осипнув, проговорил он.
– Однако после кончины очередного нашего… - Генерал кашлянул.
– Словом, кое у кого возникли подозрения, что речь уже шла не о двух-трех, но о десятках заварок… Кусок коры взяли на экспертизу.
– Глава милиции вздернул рыжеватую бровь и смерил полковника глазом.
– Федор Прокофьич, распорядись насчет кофе.
– Сию минуту.
– Полковник повернулся и скрылся за дверью.
Генерал дождался, пока она закроется, и подался через стол к дону Жуану.
– Кора оказалась дубовой, - сообщил он сдавленным шепотом.
– Да что вы!..
– тихонько ахнул Дон Жуан и откинулся на спинку кресла.
– А вы не знали?
– с подозрением спросил генерал.
– Я же только что прибыл… ла, - напомнил дон Жуан, мысленно проклиная родной язык Фрола Скобеева, в котором глаголы прошедшего времени черт их знает почему имели еще и обыкновение изменяться по родам.
– А… Ну да… - Генерал покивал.
– Представьте себе, оказалась дубовой… Теперь будут проверять всю цепочку и начнут наверняка с нас. Но вы-то, я надеюсь, подтвердите, что на нашем участке подмены быть не могло… - Он запнулся и снова уставился на гостью.
– Простите… Это ведь, наверное, не вы у нас были в прошлый раз?
Времени на колебания не оставалось.
– Разумеется, нет, - ровным голосом отвечал дон Жуан, хотя сердце у самого проехало по ребрам, как по стиральной доске.
Генерал не на шутку встревожился.
– А ваш предшественник? Он согласится подтвердить - как считаете?
– Какие могут быть разговоры!
Дверь приоткрылась, послышался знакомый бархатный баритон: «Не надо, я сам», - и в кабинет вошел полковник с подносиком, на котором дымились две чашки кофе.
– Ну и слава Богу!
– Генерал заметно повеселел.
– Стало быть, с корой тоже уладили… Что же касается розыска… - Он сочувственно прищурился и покачал головой.
– Должен сказать прямо: трудная задача. Трудная. Ну посудите сами: мужчина, предположительно молодой, внешность неизвестна, развратник…